когда он среди людей, то на него либо не обращают внимания, либо перебивают его, либо отвечают вместо него, потому что он говорит медленнее, чем другие. Он терпеть не может телефонные разговоры, потому что не знает, что сказать, а молчание для него мучительно. Кто-то сказал ему, что его голос звучит монотонно и что он говорит слишком громко, но он не знает, как сделать так, чтобы его голос звучал по-другому. Он охотно признает, что не может себе представить, как его слышат другие люди или как они могут его воспринимать. Для этого потребовалось бы вообразить, что именно думает или чувствует другой человек, а для Джоны это непостижимая загадка.
Когда Джона находится в обществе, ему часто кажется, что все остальные понимают шутку: они одновременно смеются, а ему остается лишь гадать, что он упустил. Эта трудность в понимании юмора заметна даже у аутичных малышей, если сравнивать их с ровесниками, которые любят повеселиться и могут легко переключаться между серьезным и шутливым общением[114]. Люди говорят Джоне, что понимание юмора — это чтение между строк, но все, в чем он может разобраться, — это фактическая информация, а не скрытые смыслы. Джона замечает, как другие люди обмениваются взглядами, пожимают плечами или поднимают бровь, но он понятия не имеет, как трактовать такой язык тела. Он говорит, что это выглядит так, словно остальные изъясняются на каком-то своем негласном языке, непонятном для него. Это заставляет Джону чувствовать, будто он прилетел с другой планеты и со стороны наблюдает за игрой представителей сложного вида, не может участвовать в ней и даже чувствует себя исключенным из нее[115].
Его трудности с когнитивной эмпатией типичны для многих аутичных людей[116]. Однако, хотя он и страдает от этого, знакомые описывают Джону как очень заботливого человека. Например, если он слышит, что кто-то заболел, он старается придумать, что мог бы сделать для этого человека, как-то помочь ему. Если он узнает, что с кем-то несправедливо обошлись или кто-то пострадал, это расстраивает его и он хочет как-то вмешаться. Таким образом, как и у многих аутичных людей, его «эмоциональная эмпатия» не затронута[117]. В этом смысле аутичный человек — это зеркальная противоположность антисоциального психопата, чья когнитивная эмпатия часто активно им используется (для эксплуатации других людей), в то время как аффективная эмпатия притуплена. Психопатов, в отличие от аутичных людей, просто не волнует, что чувствуют другие люди.
Джона испытывает горечь, вспоминая свое детство. Непрерывная травля, как физическая, так и словесная, наложила отпечаток на его уверенность в себе, и он объясняет этим депрессию, развившуюся у него во взрослом возрасте. Джона считает, что, если бы другие дети просто оставили его в покое, он мог бы быть счастливым и тогда, и теперь. Однако в действительности его дразнили и безжалостно издевались, когда он был ребенком, заставляя чувствовать себя неудачником, и это самоощущение осталось с ним до сих пор.
Джона — один из примеров аутичных гиперсистематизаторов, испытывающих трудности. Однако не все аутичные люди так страдают. Дэниел Таммет — еще один гиперсистематизатор, который пришел в нашу клинику, и его жизнь сложилась замечательно[118]. Я поставил ему диагноз «синдром Аспергера» — термин, которым обозначали в то время людей аутичного спектра, чьи речь и интеллект находились хотя бы на среднем уровне[119]. Подобно Джоне, Дэниел обладает удивительными умственными способностями. Например, он запомнил число пи (π) до 22 514 знаков после запятой, и после того, как он назвал их все (это заняло пять часов, и при этом присутствовали наблюдатели), ему присудили титул чемпиона Европы в этом соревновании по памяти.
Я спросил его:
— Почему ты принял этот вызов?
Он улыбнулся мне и мягко ответил:
— Запоминание такой последовательности, как число пи, утешает и обнадеживает, поскольку π всегда одно и то же — предсказуемо на 100%. Это точное отношение длины окружности к ее диаметру. Разве это не красиво? Подобно тому, как некоторые аутичные дети раскладывают свои цветные кубики или игрушечные машинки в длинные последовательности, которые следуют логическому порядку, мне приносят умиротворение и удовольствие числа, поскольку они всегда следуют одному и тому же надежному правилу.
Я кивнул, восхищаясь его замечательным умом, и спросил:
— Что для тебя означают числа?
Он посмотрел вверх и сказал:
— В детстве мне было тяжело с людьми, потому что в их поведении нет никакой закономерности — они никогда не делают одно и то же дважды. Поэтому я подружился с числами, а не с одноклассниками. В уме я разбиваю длинные числовые последовательности на составные части, а затем нахожу закономерности. Я могу перемножать трехзначные числа, иногда быстрее калькулятора, собирая результат из этих основных единиц.
Дэниел, знающий десять языков, похожим образом анализирует человеческий язык, быстро выявляя закономерности в грамматике и собирая десятки тысяч слов, подобно тому как Джона собирает названия растений. Телевизионная съемочная группа проверяла способность Дэниела к изучению языка, взяв его без всякого предупреждения в Исландию, зная, что он не знаком с исландским языком. После недельного пребывания там он дал интервью исландскому телевидению на исландском языке и прекрасно справился с этим. Однако, наряду с талантом запоминать, делать численные расчеты и учить языки, в детстве у Дэниела были все классические признаки аутизма. Подобно Джоне, в школе он держался особняком и не смотрел людям в глаза, пока ему не исполнилось двенадцать, поскольку он не понимал, что это важно.
Разговаривая с Дэниелом, я осознал, что, когда аутичный ребенок крутит колесо игрушечной машинки, поднося его близко к глазам, возможно, он определяет неизменные закономерности. Я наблюдал это у аутичных детей с нарушением обучаемости или низким уровнем IQ, а также у аутичных детей, чей интеллект был среднего или высокого уровня. Подобно колесу, которое вращается все время по кругу, повторяя один и тот же паттерн, не меняется и число пи. Некоторых аутичных людей привлекают устойчивые повторяющиеся закономерности, такие как крутящееся колесо машины, вентилятор или барабан стиральной машины, в то время как другим интересны абстрактные повторяющиеся последовательности, такие как число пи. Хотя уровень интеллекта может влиять на то, направлен ли интерес на конкретные или абстрактные паттерны, аутичные люди, независимо от своего IQ, всегда нацелены на поиск закономерностей по принципу «если-и-тогда», и тем самым они могут выявлять константы, как это делают ученые или математики. Недаром число пи называют математической константой, подразумевая, что оно применимо всегда и к любому кругу. Я понял: то, что восхищало
