И тут Элизабет увидела Роберта. Подавив удивленный возглас, она стремительно выпрямилась. Александр шагнул в комнату, подарив ей столь ослепительную улыбку, что у нее на миг перехватило дыхание. Но он прошел мимо, направляясь к Джоанне. Здесь он наклонился и помог служанке собрать рассыпавшиеся принадлежности для шитья. При этом он негромко обратился к присутствующим со словами:
– Приношу свои извинения за то, что помешал вашему приятному времяпрепровождению. Я пришел, разыскивая свою жену.
Он снова выпрямился в полный рост и повернулся к Элизабет, после чего внимательно посмотрел на нее. Его соблазнительные губы растянулись в улыбке, от которой ее кровь побежала по венам быстрее.
– Теперь, когда я ее нашел, прошу меня извинить. У меня и леди Элизабет есть неотложные дела.
Элизабет наконец обрела пропавший было от неожиданности голос.
– Что-то… что-то не так, милорд?
– Нет, все хорошо.
– Тогда мои дамы могут продолжать шить? Или… ну, как долго я буду занята?
– Примерно час… ну, может, чуть больше или меньше, в зависимости от того, как быстро пересыпаются песчинки.
Она могла бы поклясться, что увидела мелькнувшие в его синих глазах лукавые огоньки. Когда Элизабет поняла смысл того, что он сказал, ее захлестнула горячая волна, а колени ослабели. Он пришел, чтобы улести ее на первую из встреч, обусловленных их соглашением. Встреч, на которых будут присутствовать только они двое.
Святые небеса…
– Я думала, наша встреча состоится утром, – с трудом выдавила Элизабет.
– Я не могу больше ждать. – В глазах Роберта появилось что-то зловещее, и Элизабет поняла, что это ей не кажется, поскольку Аннабель тоже затаила дыхание. – Вы пойдете со мной сейчас, леди? – негромко произнес он, протягивая ей руку.
– Да, милорд. – Элизабет неловко шагнула к Роберту и взяла его за руку.
Когда их ладони соприкоснулись, Элизабет вздрогнула. Ощущение было таким, будто его горячая энергия каким-то волшебным образом передалась ей.
Лицо Роберта почти ничего не выражало, но, казалось, и он ощутил в это мгновение что-то необычное. Однако времени раздумывать над этим не было, поскольку Роберт увлек ее вперед, по направлению к двери. Элизабет лишь успела оглянуться на Аннабель, кивнуть ей и пробормотать, что они увидятся за ужином.
Следуя за Робертом, Элизабет оказалась в прохладной полутьме коридора. Этот обычный влажный холод, который царил во всех внутренних переходах замка, лишь подчеркнул теплоту их ецепленных рук.
– Куда мы идем?
К своему удовлетворению, она поняла, что в ее голос вернулись властные нотки, несмотря на взвинченность от необычных ощущений.
– В твою комнату, конечно.
– О!
О? Это все, что она может сказать?
«Неплохо. – услышала Элизабет насмешливый внутренний голос. – Какой умный ответ».
Она не только ведет себя глупо, но и говорит глупости.
– Похоже на то, что мы не останемся здесь на весь час, но по крайней мере это хорошее место, чтобы начать, – добавил он.
– Ты говоришь так, словно у тебя большие планы на будущее.
Элизабет произнесла это, не подумав, поскольку еще не привыкла к неожиданному повороту событий, но тут же пожалела, что эти слова сорвались с ее губ.
Роберт лишь кивнул, слегка улыбнулся ей, и Элизабет захлестнула волна туманящего сознание тепла, от которого у нее закружилась голова и перехватило дыхание. Черт побери, она не привыкла к таким чувствам и к такому поведению. Она – взрослая женщина. Она – леди, успешно управлявшая домовладением своего мужа на протяжении пяти лет. Она не должна давать волю эмоциям. Никогда. Она будет спокойной, уравновешенной и… твердой, черт побери, а не легко опьяняемой, возбуждаемой и…
Ее размышления оборвались, когда, казалось, одним плавным движением Роберт поднял засов двери в их комнату и негромко произнес:
– Мы на месте.
После этого он провел ее внутрь и мягко повернул у стены. В следующее мгновение он встал прямо напротив, не дотрагиваясь до нее.
Ставни оказались закрыты, поэтому в комнате было холодно и темно, поскольку солнечный свет сюда не проникал.
Мужчина стоял так близко, что она ощущала его возбуждающее тепло даже через несколько слоев одежды.
От него хорошо пахло. Удивительно хорошо, Элизабет с удовольствием вдохнула этот запах, стараясь сделать это бесшумно, чтобы этот вдох остался для Роберта незаметным. От него пахло чисто вымытым чувственным мужчиной и, возможно, фиалковым корнем и гвоздикой. Это было тем более приятно, что его запах напоминал ароматическую смесь, которую она готовила для использования мужчинами – гостями Данливи – для омовений.
Было похоже, что этот запах исходит от его одежды. А может, от тела. Элизабет точно сказать не могла, поскольку не осмеливалась наклониться ближе, чтобы проверить свою догадку. Ее пальцы непроизвольно согнулись от желания коснуться его широкой груди, привлечь Роберта ближе. Для чего? Для объятий? Для поцелуя? Для чего-то большего?
О да, для большего…
От этой мысли она пришла в замешательство. Всего несколько часов назад она делилась своими сомнениями с отцом Павлом. Те чувства, что она испытывает сейчас, просто смешны. И являются проявлением слабости. Она обещала заставить Роберта поработать за каждый шаг, сделанный по пути к возобновлению их интимных отношений, и вот после этого…
– Думаю, ты это одобришь.
От звука его голоса она вздрогнула. Теплый, басовитый рокот доставлял ей удовольствие, как и выражение его потрясающих глаз.
– Что?
– Мой запах. – Он улыбнулся одними уголками губ – Ты, похоже, полностью занята им с того момента, как мы вошли в комнату.
– Вы… должно быть, ошибаетесь, милорд, – сдавленно произнесла Элизабет, надеясь, что ее щеки не заалеют снова и не выдадут ее притворства. – Я не занята ничем..
– Жаль. Я думал, у тебя достаточно острое обоняние, чтобы это почувствовать. Прислужник, что помогал мне умываться, дал мне порошок и сказал, что ты смешала его своими руками. – Роберт неотрывно смотрел на нее, все еще чуть улыбаясь. – Это хорошая смесь, миледи.
– Рада, что она тебе понравилась.
– Мне она понравилась бы еще больше, если бы понравилась тебе. – Его белые зубы блеснули. – Точнее, если бы тебе понравилось, как от меня пахнет.
На этот раз она не смогла сдержать себя, и ее щеки заалели.
– О… я, ах… да, теперь, когда ты упомянул об этом, я думаю, что этот запах очень хорошо тебе подходит. – Она сделала глубокий вдох, словно проверяя, как чувствуется аромат. – Мне очень нравится.
Черт побери, с каждой секундой она ведет себя все более и более глупо. Она хотела опустить голову, чтобы избавиться от прямого взгляда человека, чье присутствие заставляло неметь ее язык, но потом поняла: они стоят так близко, что, если опустить голову, она упрется лбом ему в грудь.
