Такого еще со мной никогда не было. Это было совершенно новое для меня ощущение. Я осознавал, что не сплю, тем не менее, чувствовал какую-то отрешенность от мира сего. Может, я умер? Умирать мне точно никогда не доводилось. Следовательно, и ощущения совершенно новые.
От такой мысли я запаниковал и открыл глаза.
Мы все еще были в воздухе, вниз головой. Но мы не падали. Зависли. Меня должна была тянуть вниз сила притяжения. Однако я оставался сидеть на месте. Мать, отец и брат тоже сидели на своих местах. На лицах их застыл страх. Я не понимал, что происходит. Застыло абсолютно все кругом. Мир замер. Исчезли шум бомбежки и рев двигателей авиации. Был другой шум. Он громким барабанным боем отдавался у меня в ушах. И слышался отовсюду. До того, как я открыл глаза, его вообще не было. Появился он после, и удары эти были редкими. А потом они стали частыми.
Наконец, я понял в чем дело. Время остановилось. Иначе как еще это объяснить?
Двигаться я не мог. Меня словно зажало в тиски. Зрачки тоже не могли двигаться. То же самое можно сказать и о дыхании. Я не мог дышать, но нехватку кислорода не чувствовал. Тем не менее, мозг работал как часы.
Все же я заметил, что машина, зависшая в воздухе, едва заметно двигается. Движение было настолько ничтожным, что трудно было определить это с первого раза. А двигалась она не вперед, как положено, а назад. То есть, время не остановилось полностью. Оно прокручивалось назад!
Ну конечно! Тропа. Я представил, что иду назад по тропе. Наверное, это и стало причиной. Но больше всего меня поразило не то, что время двигалось назад, а то, что это смог сделать именно я. Если раньше я мог замедлять время, хотя и непроизвольно, то сейчас я собственным усилием заставил его пойти вспять.
Время двигалось назад невыносимо медленно. Как я уже говорил, я не мог двигать зрачками глаз. Наверное, они все-таки двигались. Только так медленно, что я этого не замечал. Боковым зрением я видел почти застывший дым, образовавшийся от взрыва. Он тоже, медленно, но двигался назад. То есть сжимался.
Пока я рассматривал все эти движения, в моих внутренних часах прошло около двух-трех минут, когда как на самом деле прошли какие-то доли секунды. То есть, если учесть то, что время двигалось медленно. Даже не так. Эти самые доли секунды двигались в обратном направлении. Барабанный бой тем временем продолжал звучать у меня в ушах, и у меня не было ни малейшего представления, что бы это могло быть. На взрывы он никак не походил. Если бы это был шум взрывов, время двигалось бы в нормальном темпе.
Выносить этого я уже не мог. Я попытался представить, что время движется назад быстрее, напрягая всю свою волю. Ничего не выходило.
Тогда я попытался представить себе тропу. С открытыми глазами это удавалось не очень легко.
У меня ушло несколько моих внутренних секунд, прежде чем мне удалось их закрыть (по сути, я их наоборот открыл, относительно течения времени). Тропа появилась тут же, словно она никуда и не девалась со времени появления. Но вместо прямой, она стала кривой и неровной. Меня несло по ней куда-то назад. Медленно. Чувствовалось какое-то сопротивление. Что-то сдерживало меня. Тогда я напрягся всем телом и двинулся против тропы быстрее. Как я уже говорил, тропа перестала быть для меня частью моего воображения. Она стала второй реальностью, неким параллельным миром, который не виден простому человеку. Не могу сказать, существовала ли в действительности та тропа в каком-либо мире, или я придумал ее сам.
Барабанный бой в ушах начал заметно усиливать свой темп, и вскоре превратился в сплошной громкий шум. До меня, наконец, дошло, что это за барабанный бой. Вероятно, так слышен шум взрывающихся ракет в замедленном темпе. Ведь звуки — это вибрации. Следовательно, каждая звуковая волна, ударяющаяся о барабанную перепонку моих ушей воспринимается мной как отдельный звук.
Не только звук, но и темп времени усилился. Я это почувствовал и открыл глаза. Действительно, мир двигался быстрее. Только в обратном направлении. Боль в руке, про которую я совсем забыл, внезапно усилилась, я ударился куда-то локтем и боль резко перестала. Я почувствовал, как меня кидает из стороны в сторону. Ощущения при этом были странные и совершенно новые для меня, поскольку я двигался назад во времени.
Земля и небо вернулись на свои места. Машина всеми четырьмя колесами приземлилась на асфальт и поехала задом наперед. Дым вокруг нас сжался вместе с огнем и осколками, ракета приняла свой первоначальный вид и взмыла в небо. То же самое произошло и с другими ракетами.
Время двигалось назад все быстрее и быстрее. Словно кто-то прокручивал пленку на видеомагнитофоне назад. Неприятные ощущения усилились в десятикратном размере. Голова закружилась. Меня затошнило.
Вернуть время в исходное положение оказалось не так уж и трудно. Я просто перестал двигаться назад по тропе, и позволил течению нести себя вперед. Как будто нажал на кнопку "воспроизведение" на пульте дистанционного управления. Время перестало прокручиваться назад и пошло обычным темпом.
— Что с тобой? — спросил отец, увидев меня в зеркале заднего вида.
Было странно слышать от него такой простой вопрос, когда буквально минуту назад мы попали прямо под бомбежку, и чуть было не погибли (или должны были погибнуть).
— Мне плохо, — выдавил я из себя, скривившись от тошноты и головокружения. — Останови машину!
Отец съехал с дороги и остановил автомобиль. Я тут же вылетел из нее, забежал за кусты и вырвал весь завтрак. Впоследствии я прозвал этот недуг временн`ой болезнью. В нее входили и неприятные ощущения, и головокружение, и тошнота. Наверное, что-то подобное чувствуют люди, страдающие морской болезнью. Но эта болезнь хотя бы известна, что не скажешь об "открытой" мной. Я не знал как мой организм или мой мозг поведут себя в будущем, после всех этих экспериментов со временем.
Не прошло и минуты, как в небе послышался рев самолетов. Мост был впереди в километре от нас. Через полминуты от него не осталось и следа. Самолеты разбомбили его до основания. Ждать своей очереди мы не стали и тут же укатили подальше от этого места. Мост разрушен. Теперь надо искать новую дорогу, чтобы выбраться из республики.
Я пришел в себя сразу же, как только началась бомбежка. Всю дорогу я думал о том, что мы должны были умереть там, на мосту. Но я изменил будущее. Вернулся на несколько минут назад во времени и изменил ход событий. Ни мать с отцом, ни мой брат этого не знали. Потому что для них время текло в обычном темпе.
В моей голове никак не укладывался сам факт, что я изменил будущее. Как можно изменить то, что уже произошло (должно произойти)? Я, конечно, думал о том, что можно было бы изменить что-то в своей жизни, вернувшись в прошлое. Думать одно, а испытать — совсем другое дело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
