–Да, очень, – отвечала Джудит. – Хотя пока я мало что видела. Только несколько магазинов, да еще диких зверей в Экзетер Эксчейнд, куда меня вчера водил Перри.
Мистер Тэвернер засмеялся.
– Ну что ж, это совсем неплохо для начала. – Он взглянул на миссис Скэттергуд, которая прислушивалась к разговору между адмиралом и Перегрином.
Мистер Тэвернер понизил голос:
– Я вижу, теперь с вами будет жить знатная дама. Все так, как и должно быть. До сегодняшнего дня я не имел удовольствия встречаться с нею лично, но я о ней немного слышал от других. Думаю, она вполне справедливо пользуется большим влиянием. Вам повезло.
– Нам она очень нравится, – спокойно ответила Джудит.
– Я полагаю, Перегрин тоже не сидел без дела, – произнес мистер Тэвернер. И снова в его глазах засветился добрый огонек. – Вы не обидитесь за мое признание? Ведь с первого взгляда я даже не признал в нем того юношу, с которым встретился в Грэнтеме.
Теперь лукаво заблестели глаза у Джудит.
– А может быть, это относится к нам обоим, сэр?
– Отнюдь, – серьезно отвечал он. – Вас, кузина, я узнал бы всегда. – Тут он заметил, что его дергает за локоть адмирал, пытающийся обратить внимание Джудит на себя. Мистер Тэвернер тут же поднялся. – Прошу прощения, сэр. Вы что-то сказали?
– О сын мой! Ничуть не сомневаюсь, что тебе очень здесь нравится! – сказал адмирал и ткнул сына пальцем под ребро. – Я вот что говорил, сынок. Тысячу раз жаль, что наш Перри не служил в морском флоте. Вот там, действительно, настоящая жизнь для вас, молодых! Да, Бернард, это относится и к тебе тоже. С этой нынешней войной, знаете ли, любой неглупый молодой человек может сколотить себе на море целое состояние. Черт побери! Да будь я хоть на два десятка лет помоложе, ничто бы мне не доставило большей радости, чем командовать каким-нибудь отменным небольшим фрегатом! Но это лишь для молодых! А они нынче все сплошь такие робкие, что дальше, чем за милю, отъехать от города чертовски боятся.
– Ну право же, сэр, это совсем не так! – запротестовала миссис Скэттергуд. – Становится страшно, как подумаешь, что все офицеры отправились на этот ужасный полуостров! А вы тут еще говорите, что молодежь боится и шагу ступить из города! Я лично могла бы вам назвать, по крайней мере, с десяток очаровательных юношей, которые отправились на войну, и там их убили французы. У меня у самой есть молодой родственник. – Она повернулась к Джудит. – Это брат Ворта, знаете ли, Чарли Аудлей. Это такой чудесный, такой смелый юноша! Он как раз сейчас там.
– Ах, армия! Ну, армия в счет не идет, мадам, – возразил адмирал. – Скажете тоже, армия! Ну что они там, в армии, знают про войну, если ведут ее так? Им надо было быть вместе с нами, в нашей битве под Трафальгаром! Вот где шло настоящее сражение!
– Вы не можете говорить это всерьез, сэр, – вмешался сын адмирала. – И сухопутные войска вели весьма жестокие бои в Испании.
Мистер Тэвернер говорил тихо. Его глаза с явным неодобрением смотрели на отца. Адмирал несколько смутился и поспешил обратить все в шутку. Против этих парней, которые в армии, он, конечно же, ничего плохого сказать не может; он ничуть не сомневается, что они все – отличные ребята; единственное, что он имел в виду, что было бы лучше, если бы все они служили во флоте.
Судя по замечаниям адмирала, здравого смысла у него было маловато. Переводя взгляд с отца на сына, мисс Тэвернер заметила в глазах последнего выражение легкого презрения. И чтобы разрядить ситуацию, она повернулась к адмиралу и стала расспрашивать его о Трафальгарской битве.
Адмирал был ужасно этому рад. Он начал свое повествование, рассказывая только о своих личных подвигах в тот исторический день. При этом посыпалось столько ругательств и резких выражений, что всякий интерес у Джудит вскоре пропал. Ей хотелось услышать о лорде Нельсоне, который, естественно, был любимым героем ее юности. Единственной заслугой дядюшки, по ее мнению, было то, что он сам имел возможность лично разговаривать с этим великим человеком. Но заставить адмирала описать Нельсона подробно ей не удалось. Адмиралу Нельсон не понравился, и он не понимал, почему все так возносили этого лорда. Дядюшка совершенно не понимал, что находят в Нельсоне женщины: ведь это был такой тощий мужчина, даже взглянуть не на что, честное слово!
Мистер Тэвернер отошел с Перегрином к окну, и они стали обсуждать достоинства лошадей. Вошел слуга и что-то сообщил миссис Скэттергуд, которая тут же удалилась, произнося тысячу извинений и шелестя всеми своими газовыми оборками.
Едва за ней закрылась дверь, как адмирал внезапно направил разговор в совершенно другое русло. Пододвинув кресло поближе к Джудит, он прошептал:
– Я рад, что она ушла. Осмелюсь сказать, она, конечно же, очень хорошая, но уж слишком, бедняга, накрашена, верно? Знаете, милочка, все получилось очень нескладно. Кому захочется зависеть от постороннего человека! А этот малый, Ворт, – он и будет теперь распоряжаться вашими богатствами? Мне это совсем не нравится. Я слышал, что он картежник, а в кармане не очень-то густо! Никаких сомнений, что у вашего папаши, когда он составлял это свое завещание, было просто завихрение в мозгах. Осмелюсь сказать, он и впрямь был не в своем уме, да?
У мистера Тэвернера наверняка был исключительно хороший слух, потому что при этих словах адмирала он мгновенно повернулся к отцу и очень сурово на него взглянул. Не дав Джудит возможности возразить на эту реплику, что, естественно, она обязана была сделать, мистер Тэвернер уже пересек комнату и вежливо, но твердо произнес:
– Извините меня, сэр! Мне кажется, такого рода беседа не совсем приятна моей кузине. Джудит – можно мне осмелиться вас так называть? Я все это время пытаюсь уговорить Перегрина, чтобы он доставил мне удовольствие и сходил бы со мной на спектакль. Можно ли мне надеяться, что вы и миссис Скэттергуд тоже окажете мне эту честь? По-моему, в театре вы еще не были? – И он одарил Джудит сердечной улыбкой. – Можно мне испытать такую редкую радость и сопровождать вас на ваш первый спектакль? Куда же нам пойти? В Ковент Гардене – Кембл и госпожа Сиддонс; на Друри Лейн – Беннистер, если вам захочется посмотреть комедию. Вы только скажите, куда вам хочется?
Щеки Джудит вспыхнули от удовольствия. Она поблагодарила мистера Тэвернера и остановила свой выбор на трагедии, что привело в полный ужас Перри. Адмирал, не переставая, поздравлял сына с огромной удачей, выпавшей ему: его кузина – воистину красавица. В этот момент дверь открылась, и дворецкий оповестил о приезде мистера Ворта.
Мисс Тэвернер крайне удивилась. Она обменялась взглядом с Перри и стала быстро наставлять дворецкого, чтобы он передал Его Светлости их извинения, но принять его сейчас не могут. Однако ее слова запоздали: видимо, граф поднялся по лестнице вслед за слугой, потому что он появился в комнате в тот самый момент, когда Джудит давала слуге инструкции. Он, конечно же, слова Джудит слышал, но не подал и виду, разве что губы его слегка разомкнулись в улыбке. Холодным оценивающим взором окинув всю компанию, граф чуть поклонился и произнес своим тихим голосом, что ему повезло застать своих подопечных дома.
