Компаньонка выразительно посмотрела на Амелию, но ее подопечная настолько увлеклась забавой, что не могла остановиться.
– Чепуха, короткая верховая прогулка не может утомить такого крепкого мужчину, как он. Не правда ли, майор Уинтер?
Лукас открыл было рот, собираясь достойно ответить, но миссис Харрис вмешалась снова:
– Покажите майору ваши дорожные дневники, дорогая. Они, возможно, его заинтересуют.
Амелия вздохнула. Теперь уже невозможно скрыть от Уинтера эти глупые дневники. Но она была еше не готова прекратить восхитительную игру.
Глава 6
Дорогая Шарлотта,
увы, лишь немногие мужчины с характером обладают приятными лицами. Житейские тревоги отражаются первым делом именно на лице. Но посмотрим, что я мог бы узнать о майоре Уинтере, даже если мне придется с немалым трудом добывать сведения из сомкнутых уст его родственников.
Ваш покорный слуга
Майкл.
Словно сквозь туман, донесся до Лукаса голос Амелии:
– Вероятно, следует спрятать в ножны вашу саблю. Вы сделаете это сами, сэр, или предоставите мне?
Пот выступил у него на лбу. «О Господи, дал бы ты мне побыть хоть минуту наедине с этой маленькой негодницей, я бы упрятал свою саблю так быстро и глубоко, что...»
– Я уверена, что майор сможет сам убрать ее попозже, – жестко проговорила миссис Харрис.
Даже в лихорадке охватившего его желания Лукас заметил, какой ясный и трезвый взгляд устремила Амелия на свою дуэнью. Право, он мог бы подумать, что эта дерзкая девчонка нарочно его мучает. И как эта легкомысленная девственница сумела превратить разговор о сабле мамелюка в чувственную пытку?
– Если мы пока не станем убирать саблю в ножны, – заговорила она самым невинным голоском, – то, может, мне приняться за протирку?
– Вы, кажется, упоминали о дорожных дневниках? – выдавил из себя Уинтер. Если эта леди скажет еще хоть слово о протирке или ножнах, он рухнет к ее ногам, задыхаясь, как гончий пес на охоте. – Мне хотелось бы познакомиться с ними.
Амелия холодно улыбнулась:
– У меня там всего лишь какие-то глупости. Такой большой, сильный моряк, как вы, вряд ли найдет их занимательными.
– Осмелюсь сказать, что рост и сила не имеют к этому ни малейшего отношения, – заявила миссис Харрис.
Бросив строгий взгляд на свою подопечную, вдова подошла к столу, который Амелия раньше пыталась загородить от Уинтера. Взяв со стола стопку не совсем обычных на вид книжечек, компаньонка принесла их и положила перед Уин-тером.
Амелия в растерянности заерзала на стуле, а Лукас тем временем открыл первую записную книжку. Она представляла собой пачку листков простой бумаги, скрепленных тесемками. К каждому листку было что-нибудь приклеено: вырезка из газеты, театральный билет или перышко.
Однако наряду с обычными для женщины предметами – засушенными цветками, зарисовками модных французских платьев – Амелия включила в дневник какие-то карты, статьи о сражениях, заметки о необычных личностях. Как ни удивительно, но легкомысленную леди занимали самые разнообразные факты. Порой она делала комментарии к статьям.
Далее страница за страницей следовали сведения о берберских пиратах – о захвате кораблей и пленных, рассказы об их обычаях и культуре. Преобладали описания морских сражений, было здесь и описание похода в Дерну. Она даже изложила его в собственном варианте.
Какая же странная, необычная маленькая женщина! Лукас перевернул страницу – и его внимание привлек рисунок.
– Откуда вы это взяли?
– Индейский вождь? – Амелия улыбнулась с гордостью. – Это моя мачеха нарисовала его портрет.
У Лукаса участился пульс.
– Кожаные сапоги, отороченные мехом, свидетельствуют о том, что он из племени малиситов. – Лукас уставился на Амелию. – А малиситы живут в Нью-Брансуике.
Улыбка Амелии угасла.
– Этого не может быть, – возразила она. – В Брансуике индейцев нет, немцы ни за что не допустили бы этого.
– Нет, дорогая. Майор говорит о Канаде, – сказала миссис Харрис, наливая себе еще чаю.
– Простите, но я вынуждена поправить вас, – раздраженно произнесла Амелия. – Браунсуик вовсе не в Канаде, а в Германии.
– Нью-Брансуик находится именно в Канаде, – наставительно проговорил Уинтер, решительно не давая Амелии запутать дело. – Судя по этому рисунку, ваша мачеха определенно побывала в Канаде.
– Вы так думаете? Но ведь она могла скопировать рисунок из какой-нибудь книжки.
– Не понимаю, Амелия, о чем спор. – Миссис Харрис явно хотела призвать свою воспитанницу к порядку. – Ваша мачеха вполне могла посетить Канаду. Ведь она, можно сказать, объехала весь свет. Смею думать, что именно за это лорд Тови так полюбил ее, ну и, конечно, за ее значительное состо...
– Майор Уинтер, – перебила компаньонку на полуслове Амелия, – простите меня, Бога ради, но мы совершенно забыли о ваших уроках.
– Мы со временем вернемся к этому, – сказал Лукас, которому очень хотелось узнать, о чем намеревалась далее говорить миссис Харрис.
Но Амелии это было ни к чему.
– О нет, мы не вправе злоупотреблять вашим временем. К тому же день настолько хорош, что просто жаль сидеть в помещении и судачить о моих глупыхдневниках. Почему бы нам не погулять в саду? Мы можем беседовать о правилах хорошего тона и одновременно любоваться алыми розами.
Он смерил ее еще одним долгим взглядом, но Амелия смотрела на него со своей наивно-глупенькой улыбкой, загадку которой Лукас никак не мог разгадать.
– Как вам будет угодно. – Он повернулся к миссис Харрис и вежливо наклонил голову со словами: – Извините нас, мэм.
– Пожалуйста, – ответила вдова, но посмотрела на леди Амелию так, словно та заслуживала, чтобы на нее надели колпак с ослиными ушами, как поступали в ее школе с непослушными и упрямыми ученицами.
Уинтер предложил Амелии опереться на его руку, и они направились к выходу в сад. Он обратил внимание на то, что в доме много комнат, а также на толстые пушистые ковры, мраморные камины и восковые свечи в канделябрах. В доме его кузена не было такого количества картин на стенах, и пахло в нем сальными свечами. В семье Амелии, вне всякого сомнения, водились денежки, и притом немалые. Вся обстановка выглядела новой, словно бы приобретенной в последние годы. Если он прав и деньги на покупки получены от...
– Лукас, нельзя ли идти помедленнее?
Голос Амелии прервал его размышления, Лукас спохватился, что шагает слишком быстро и девушке приходится чуть ли не бежать, чтобы не отставать от него.
– Прошу прощения, мэм, – извинился он, замедляя шаги.
– Вам очень хочется поскорее увидеть мои розы?
