– Что еще за Котов?
Вася перешел на темп и скрылся за дверью кабинета президента фирмы, мгновенно пропав из поля зрения ошеломленных церберов.
Лаптев Игорь Иванович оказался чуть ли не пацаном, на вид ему можно было дать не более двадцати двух лет: широкое сытое лицо с капризной складкой губ, глубоко посаженные глаза неопределенного цвета, белесые брови и ресницы, волосы ежиком с вихром на затылке. Одет в серый костюм в крупную клетку, белую рубашку не первой свежести, если судить по серому налету на воротнике, малиновый галстук. На руках по три массивных золотых перстня. В зубах сигара. «Что называется – из грязи в князи», – подумал Василий с невольной усмешкой. Этот тип ярко отражал уровень самого низкого звена в торговом бизнесе.
В кабинете, кроме хозяина, находился посетитель, наглого вида юнец в кожаной куртке: он сидел прямо на столе, приставленном к громадному столу босса в виде буквы Т. Оба в немом изумлении уставились на появившегося, как чертик из коробки, Василия.
– Ты кто? – хрипло выдавил из себя Лаптев.
– Акшобхья, – ответил Василий лаконично.
Президент «Черной пантеры» не понял, вряд ли он читал что-нибудь в жизни, кроме телефонного справочника и отчетов главбуха. Прозвучавшее имя он трансформировал по-своему, созвучно своим знаниям:
– Что еще за Ашот? Как ты здесь оказался?
– Через дверь. – Василий прислушался к звукам в приемной: амбалы вот-вот опомнятся и доложат шефу о появлении странного посыльного. – Вчера я имел честь познакомиться с твоими клевретами, они шантажировали врача санэпидстанции Клавдию Новикову.
– Ах вот в чем дело. – Лаптев откинулся на спинку кресла, сцепив руки на груди, ухмыльнулся. Отрицать свою причастность к рэкет-банде он и не подумал. – Правдолюбец сыскался. Сам пришел. Жорж, это он сломал руку Биндюгу, зови ребят…
Вася пустил гайку в ухо соскочившему со стола парню, проследив за его падением. Лаптев как зачарованный уставился на лежащее тело, потянулся к столу, достал из ящика тяжелый «магнум-38». Эта мощная «пушка» красноречиво говорила о гипертрофированных амбициях президента, для которого золотые перстни, охрана, личный «мерседес», длинноногая секретарша, крутой пистолет служили доказательствами принадлежности к сильным мира сего.
– Ну что? – повеселел Лаптев, направляя ствол «магнума» на посыльного. – Не стоило бы тебе нарываться на неприятности, супермен. Как говорится, против лома нет приема.
– Есть, – равнодушно ответил Василий.
В кабинет ворвались амбалы, вооруженные не менее впечатляюще: у одного из кулака торчал ствол «люгера», второй картинно нес штурмовой пистолет «партизан». Пришлось действовать на скорости, чтобы удержать ситуацию под контролем.
Большинство приемов ниндзюцу имеют исключительно красивые, поэтические названия, например: мурасимэ-но дзюцу – «искусство дождя в деревне», или оникудаки – «разрушитель демонов». Эти названия ничего не говорят непосвященным, именно для того разработчики приемов и прятали смысл каждого, чтобы сохранить в тайне секреты боевых искусств. Лишь тот, кто ступил на тропу совершенствования, гармонизации со Вселенной, что и является целью искусства ниндзюцу, в конце концов овладевал приемами, постигая их практический смысл. Вася, который за двадцать с лишним лет занятий боевыми искусствами овладел айкидо и кунгфу, прошел цикл подготовки русбоя и закончил школу «тайного искусства владения оружием», знал практически весь арсенал приемов ниндзюцу. Так, термин «оникудаки» в переводе на язык движений означал: выкручивание локтя противника вверх до вывиха плеча. Что Василий и продемонстрировал амбалу с автоматом, послав второго на пол легким касанием пятки к его ключице.
Спустя мгновение охранник обмяк, а ствол «партизана» оказался наведенным в лоб Лаптеву. Тот, впрочем, осознал свое положение не сразу.
– Т-ты ч-что?., к-как ты?., почему? – Шеф «Черной пантеры» вспотел, опустил враз потяжелевший, как гиря, «магнум». – Успокойся, к-как там тебя… чем это ты их? – Лаптев отдернул руки от стола, кивнул на три лежащих тела. – Карате, что ли?
– Муто-дори, – доходчиво ответил Василий. В русбое эта техника имела не столь романтическое название «техники отцов и детей», но на Лаптева она не произвела бы впечатления.
– Так что вы хотите? – продолжал президент фирмы, постепенно приходя в себя, и незаметно нажал кнопку сигнализации. – Может, присядете?
– Некогда, – покачал головой Вася, передернув затвор пистолета. – Не стоит звать сюда своих цепных псов, мальчик, меня это не остановит. Давай отбой.
Побледневший Лаптев пробормотал в микрофон сотовой связи:
– Всем вернуться на свои места, проверка. – Глянул на неподвижно стоящего гостя. – Я слушаю.
Вася усмехнулся.
– Если ты еще раз, гаденыш, попробуешь приставать к Клавдии Новиковой, а тем более угрожать, посылать к ней своих горилл, жить дальше будешь без языка. Я понятно выражаюсь?
Лаптев поерзал в кресле, что-то про себя прикидывая, и Василий дал очередь из «партизана» по дверце бара, породившую звонкий грохот лопнувших бутылок.
– Как понял? Перехожу на прием.
– По-понял, – торопливо заговорил босс фирмы, забыв о своем «магнуме» начисто. – Все сделаю, не сомневайтесь…
Василий разрядил «магнум», остальное оружие бросил на пол и вышел.
Охранники на выходе посторонились, держа руки на рукоятках пистолетов, но задерживать не стали. Они еще не знали, что произошло в кабинете шефа.
С чувством облегчения Василий сел за руль «вольво» и вдруг понял, что хоть сейчас готов звонить по номеру, который ему оставили таинственные наниматели из Москвы, представители всесильного главы президентской службы безопасности. Останавливало его только врожденное чувство осторожности: следовало все же сначала посоветоваться с Соболевым и заехать в Рязань, где жила Ульяна Митина. Очень хотелось верить, что два дня назад он в самом деле слышал ее мысленный голос.
ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА
Юрий Бенедиктович Юрьев, глава администрации президента, прибыл в городок Кош-Агач на Алтае инкогнито, изменив внешность. Устроившись в местной гостинице под видом пожилого туриста, который загорелся желанием посетить буддийский монастырь на перевале Куг-Багач, он неторопливо обошел городок, внимательно осматривая его достопримечательности, побывал на рынке, а убедившись, что никто им не интересуется и спецсредства для слежки не использует, послал тихий ментальный сигнал – раппорт, сразу же принятый тем, к кому, собственно, и прибыл Юрий Бенедиктович.
Спустя час они встретились в двух километрах от города, в небольшой долине, окруженной пихто-кедровым лесом, к югу переходившим в редкий чистый лиственный с огромными, как колонны, деревьями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
