Тридцатью минутами позже.
Локация — кабинет начальника дознания Дорожного РОВД.
— Павел, а где вы с утра были? — голос блондинистой начальницы был холоден, как лед.
— Подозреваемую опрашивал. — я достал из папки и помахал в воздухе протоколом.
— Павел, я вам советую от ваших оперских привычек отказываться. Или подозреваемая бабушка восьмидесяти лет, что уже пять лет, как из дома не выходит?
— Никак нет, гражданка семидесятого года рождения.
— Так вот, Павел, гражданок семидесятого года рождения и прочих граждан, кроме неходячих инвалидов, мы допрашиваем на своем рабочем месте, в служебном кабинете, чтобы руководство знало, чем вы занимаетесь и где находитесь. Вам все ясно?
— Так точно, все ясно.
— Иди, Паша и не подставляй меня.
— Ольга Борисовна, один вопрос. Девочка, в принципе, созналась, что деньги из кассы брала. Естественно, как всегда, говорит, что с разрешения хозяина, но я их на завтра обоих вызову, пусть она своему хозяину это в лицо скажет, тем более, что ее коллега говорит, что зарплату им хозяин выплачивает два раза в месяц, по ведомости, как положено. Но я этот вопрос завтра добью. А вот с дальнейшим оформлением у меня затык. Нельзя ли мне посмотреть, на аналогичные дела, чтобы, так сказать, по образцу делать, а не самодеятельностью заниматься.
— Можно, конечно. Ты вон тот журнал возьми и посмотри, где, интересные для тебя, дела находятся. Можешь в архиве отказные взять, там есть материалы, где практически в последний момент, когда дело для передачи прокурору готово, выясняется, что растраты не было, типа деньги нашли или еще что-то. Ну а материалы, как образец, все оформлены. Так что покопайся.
Я и покопался. Оказывается, что жертва алкогольной интоксикации Лемешев Яков Рувимович, в моменты прояснения сознания, вполне успешно расследовал растраты и присвоения. Часть дел шло в суд, но, большая часть из них прекращалась по различным обстоятельствам. Все было в этом направлении хорошо, кроме одного — практически по всем делам в качестве потерпевшего выступал предприниматель без образования юридического лица Орехов Борис Константинович.
Глава 9
Глава девятая.
Август 1993 года.
Стрелковое упражнение номер три.
Локация — подвал Дорожного РОВД.
Неладно что-то в Датском королевстве. Не верю я, что уважаемый предприниматель из месяца в месяц наступает на одни и те же грабли, за, почти, два года ничего не придумал, как обезопасить себя от вороватых продавцов, которые регулярно запускают шаловливые ручки в кассу. Да Лемешев, оформляя второе или третье дело, должен был сказать потерпевшему — дорогой Борис Константинович, прими меры, не надо больше ко мне ходить с заявлениями, что тебя опять обокрали. Или наоборот? Если наоборот, то, в чем интерес Лемешева я понять могу — инвалид ты или нет, будь любезен какое-то количество дел в суд направь. Но, тут просто показателей в работе явно недостаточно, чтобы так регулярно сотрудничать с предпринимателем, тут очевиден финансовый интерес. Вырабатывает организм Якова Рувимовича спирт самостоятельно, или нет, я не знаю, но, чтобы каждый день выпивать — резервов человеческого тела явно недостаточно.
Я потянулся к телефонной трубке.
— Добрый день, мне бы Бориса Константиновича хотелось услышать… Вы у аппарата? Прекрасно. Дознаватель Громов, Дорожный РОВД. У меня в работе находится ваше заявление о растрате. Мне необходимо, чтобы завтра вы пришли ко мне в десяти часам утра, и принесли документы — трудовой договор, ведомость на выплату заработной платы, документы, подтверждающие недостачу денег в кассе. Ну, вероятно, что-то еще потребуется, это уже завтра мы с вами на допросе выясним. Где Лемешев? Не знаю, болеет, наверное.
Закончив телефонный разговор с коммерсантом, у которого в процессе разговора явно испортилось настроение, я двинулся в дежурку — нужно было выяснить домашние адреса фигурантов по другим делам о растрате, которые расследовал дознаватель Лемешев.
На обратном пути меня окликнула моя нынешняя начальница:
— Павел, зайди, пожалуйста.
— Слушаю вас, Ольга Борисовна… — я с удовольствием уставился на форменную рубашку капитана милиции, ладно обтягивающую…
— Павел, ты куда смотришь?
— На третью пуговку сверху, Ольга Борисовна, боюсь вам в глаза смотреть, они у вас очень красивые.
— Ха-ха, комплимент оценила, но у меня к тебе дело. Вот, возьми дело о растрате, им Лемешев занимался, но он внезапно…заболел, а там сроки поджимают. Он мне сказал, что все готово, но ты посмотри еще раз и, если все нормально, ты мне его завтра вечером на подпись принеси. Договорились?
— Конечно, Ольга Борисовна, как раз его как образец оформления использую
— Ну иди, работай.
Я не сомневался, что потерпевшим по данному делу являлся уже знакомый мне коммерсант Орехов Борис Константинович. А вот дальше было интереснее.
— Лариса Демидовна, здравствуйте, дознаватель Громов вас беспокоит, Дорожный РОВД. Вы по делу о растрате в вашем киоске проходите в качестве свидетеля, и мне надо уточнить у вас один момент. Вы завтра, будьте любезны, подойдите ко мне с утра, я вас быстро передопрошу, и вы будете свободны. Некогда идти? А на этот случай, любезная Лариса Демидовна Каурдакова у меня наш разговор пишет диктофон. И если вы в девять часов утра не будете стоять у дверей моего кабинета, то в девять часов пять минут я оформлю на вас постановление о приводе, к вам, в ваш киоск приедут люди в форме цвета маренго, будут долбить в двери и громко спрашивать у всех соседей, не видели ли они правонарушительницу Каурдакову. А потом вы в суд поедете за воспрепятствование работе правоохранительных органов. Да, вот такой я серьезный и не понимающий шуток. Где Лемешев? Не знаю, говорят, что болеет. До завтра.
Я потянулся, после чего начал собирать бумаги в сейф. Завтра допрошу «коммерса» и его старую сотрудницу Каурдакову, на сто процентов уверен, что вытяну из них немало интересного. Правда, не знаю, что с этой информацией мне делать, но это, в конце концов, не мое это дело, пусть начальница решает, у нее головка умная. А еще сегодня в ресторане на улице Лысого основоположника, перед самым закрытием заведения, опера или «спецы» должны взять компанию Князя, надолго сняв с меня груз проблем.
— Паша, а ты сейчас куда? — моя зоркая начальница остановила меня в шесть часов вечера на выходе из здания РОВД.
— Так рабочий день уже закончился…- я недоуменно постучал пальцем по стеклу циферблата наручных часов: — Надо отдохнуть до утра, чтобы завтра с новыми силами взяться за работу…
— Ой, а я тебя, наверное, забыла предупредить? У Марины Филатовой ребенок заболел, я ее с дежурства отпустила. Ты, пожалуйста, задержись до десяти часов, подмени ее. Хорошо? — Ольга Борисовна захлопала накрашенными ресницами, силясь изобразить полную дуру, и я не выдержал, рассмеялся.
— Хорошо, Ольга Борисовна, я подежурю, но только не превращайте это в привычку или добрую традицию, у меня тоже ребенок и жена есть, причем она ребенку не мать, так что должны понимать, что я тоже занятой отец.
— Хорошо, хорошо, Паша, ты не будешь для меня дежурной палочкой выручалочкой, договорились.
До половины десятого вечера я успел допросить двух мелких расхитителей — мужик и женщина пытались украсть в нашем главном продуктовом магазине акульи плавники и мясо черепахи. В свое оправдание сожители сказали, что давно мечтали сварить экзотический суп, но цены кусались. На этом мое дежурство можно было считать завершенным, и я начал собираться домой. Надеюсь, Наташа, которую я огорчил по телефону сообщением, что до дома ей придется добираться самостоятельно, к моему приходу сварит что-то, может быть не экзотическое, но, хотя бы горячее. Но, на худой конец, в холодильнике, на веранде дачного домика, всегда хранятся замороженные пельмени. И это не слипшееся масса, упакованная в рваную картонную коробку, а, вполне добротные кулинарные изделия в красивом пакете. От мыслей о еде мыслей у меня заурчало в животе и я, в очередной раз начал собирать домой.
