Ладно, поговорим потом.
Провожаю взглядом, когда она уходит. Зачётная фигура, только лицо казалось каким-тот знакомым. Ухоженные тёлки похожи друг на друга. На пальце кольцо, значит обременена, но мне бы со своими разобраться. Однажды я позвал к себе в кабинет Горлову, и вот что вышло. Фамилия у неё, конечно, говорящая.
Интересно, что ни одна из моих женщин не звонила. С чего бы это?
Заказываю кофе, и снова ставлю мысленный плюс новенькой, делая глоток. Она мне уже нравится, надеюсь, косяка, как с Крыловым, не предвидится. Бл… Крылов. Откидываюсь на кресле, закрывая глаза.
Сегодня у меня в записях ещё две встречи.
- Ян, - зову к себе, и она тут же появляется. Протягиваю номера. – Пусть ими займётся Карелов. – Надеваю пиджак, выбираясь из кабинета. Жду до последнего, что будут вопросы. Надо же, молчит. Отчего-то уверен, что справится. Если нет, завтра же вылетит.
Еду домой и принимаю душ. Слава с дочкой ещё не пришли. Интересно, сегодня она ночевала в нашей спальне или нет? Намерен закончить её обиды, потому что хочу вернуться к нормальному общению.
«Тики-так, Дениска. Время на исходе», - приходит грёбанное сообщение. Да чтоб тебя. Я совсем забыл об этом дерьме.
Слава и Зойка возвращаются, а я чувствую себя приговорённым. Дался мне этот чёртов «Эдельвейс». Но что-то не отпускает, и внутри торгуюсь сам с собой.
- Слава, поговорить надо! – говорю, как только вижу её, и ощущаю, что напрягается всем телом.
- Срочно? – интересуется.
Да, срочно. Срочнее некуда, но раздумываю над ответом.
- Мне надо Зойку искупать и покормить, - говорит. Ну да, не стану же хватать её и приказывать, чтобы она шла удовлетворять Крылова. Но только думаю об этом, как хочется грохнуть обоих.
«Тридцать минут, и предложение уходит Даниловой».
С…ка.
Сжимаю телефон, рыча. Не могу усидеть на месте. Да пошёл он. Пусть подавится всем, что имеет. Захлебнётся собственным дерьмом. Сдохнет среди хреновых многоэтажек. Но вместо этого отвечаю.
«Я согласен».
Глава 19. Слава
Смотрю на вино, разлитое по бокалам, и чувствую подвох. Это мы сейчас будем отмечать мою беременность? Напряжена, потому что в этой липкой паутине лжи сложно расслабиться. Он врёт мне, я ему. Чудесная у нас семья выходит, ничего не скажешь.
Зойка отправлена в кровать, а я, будто приговорённая к смерти, сижу за столом на кухне, где некогда чувствовала себя хозяйкой, и чувствую волнение. Да говори уже, чёрт бы тебя побрал!
- Что за повод? – интересуюсь, смотря на янтарное вино в моём бокале. Люблю сухое. Сладкое – не мой вариант. Женский, не спорю, но я ближе к чему-то более терпкому. Локти на столе, тереблю в пальцах салфетку, пытаясь себя хоть чем-то занять.
- Разве нужен повод встретиться на кухне с собственной женой?
Его рука тянется к моей, но я тут же откидываюсь на спинку стула, не давая воссоединиться нашим ладоням.
- Ты не можешь избегать меня! – звучит его голос, но нет в нём угроз. Будто реально этот человек решил поговорить по душам и прийти к тому, что мы можем быть счастливы, если я смирюсь с его предательством.
- Я сижу здесь, так что не избегаю, - отвечаю на это. Формально права. Что до нежностей – увольте, его паучьи лапки не станут трогать меня по моей воле.
- Слав, - он двигает стул, и тот противно скрежещет по кафелю, отчего невольно кривлюсь. Приходит ощущение, что всё же Алёнушка ему ничего не сказала. Или же меня сейчас будут уговаривать отправиться на аборт? От этой мысли становится не по себе. А что если он реально будет настаивать на этом? Внутренняя дрожь расходится. Да, я не была готова к тому, что тест заполосится дважды, но это мой малыш, которого я никому не отдам!
- Слав, - повторяет Жданов, оказываясь рядом, а меня мутит от его близости. Ещё неделю назад мне хотелось, чтобы он был рядом, сейчас мечтаю, чтобы он свалил к другой.
- Так меня зовут, - слегка поворачиваю голову, понимая, что его лицо слишком близко, и немного отстраняюсь снова. Конечно, понимаю, что избегать его всё время не получится, но хотелось бы сократить часы, которые следует проводить рядом.
- Помнишь, я предлагал тебе работу?
Резкая смена разговора заставляет сердце забиться сильнее, и представляю, что сейчас он скажет: я всё знаю про Ингу. Но вместо этого Денис говорит.
- Одна моя сотрудница заболела, надо подменить.
Я ничего не понимаю, и выражение моего лица отражает растерянность.
- Чего? – переспрашиваю. Вспоминаю про секретаршу, которую уволили. Он хочет взять меня туда?
- Есть клиент, с которым надо встретиться, - отчего-то вздыхает, но я вообще не понимаю происходящего. Ждала разговора о беременности, а тут какие-то клиенты.
- Жданов, причём тут я? У тебя куча сотрудников.
- Но ему нужна женщина!
- И?
- Блин, Слав, не тупи. И это ты! Других нет!
- Я вот сейчас вообще схему не понимаю, - признаюсь честно. – В городе женщин полным полно.
Жданов шумно выдыхает, и вижу, как злится, только старается сохранять спокойствие.
- Я не могу потерять этого клиента, понимаешь? – пытается объяснить. Вижу, что крутится вокруг чего-то важного, но не говорит до конца.
- Но причём тут я? – разговор реально странный, потому что Жданов не отвечает до конца честно. Да, все мы лжём с некоторых пор, но он должен дать мне хоть какие-то данные. – Я не твой сотрудник. Вообще не смыслю в бизнесе, - и это правда. Да, готова впитывать всё, что скажут, но не знаю ровным счётом ничего.
- Встреча в ресторане. Тебе просто надо прийти, - говорит спокойно.
- И всё?! – не верю своим ушам. В какие игры он играет? Может, решил сделать очную ставку с Даниловой?
- Бл.., Слава, неужели нельзя просто сделать то, что прошу?! – выходит из себя. – Тупо прийти и мило поулыбаться.
- Ты же сам говорил, что тёлкам нельзя вести дела, - напоминаю, и его взгляд темнеет от злобы. Так, Слава, пора прикусить язычок, кажется. Потому следом говорю - Я не знаю…
Он резко поднимается с места, хватая бокал и опрокидывая его в себя. Обычно так ведёт, когда проблемы. Но что мне до этого? Значит, про беременность ничего не знает. Отчего-то даже немного обидно. Да, решила молчать, но что-то коробит,
