— Я не сомневаюсь, что Фиона хорошо помнит ваши уроки и будет уверенно чувствовать себя в шайке, вместе с которой она когда-то грабила путников на большой дороге, — сказал Брэдан, обращаясь к Уиллу. — А вот мне будет не так-то просто найти общий язык с вашими приятелями, хотя я тоже могу оказаться вам полезен. Но не надо забывать, что я вырос в семье, где уже с молоком матери впитал понятия о правосудии и справедливости, — с сарказмом продолжал он, — поэтому мне нужны ваши советы и наставления, чтобы не ударить в грязь лицом в решающий момент.
Брэдан с интересом ждал, что ему ответит Уилл. Но тот молчал.
— Итак, Синглтон, что скажете? — поторопил его Брэдан. — Готовы ради сестры принять меня в свою шайку?
И Брэдан, демонстрируя свою нежность, поцеловал Фионе руку. Та поморщилась и передернула плечами. Ей стоило большого труда сохранять спокойствие.
Уилл внимательно наблюдал за ними, испытывая странные чувства, в которых не мог разобраться. Сделав над собой усилие, Уилл наконец взял себя в руки.
— Если моя сестра вышла за вас замуж действительно по своей воле, де Кантер, то я, конечно, приму вас, — сказал он.
— Знаете, Уилл, на самом деле именно ваша сестра предложила мне вступить с ней в брак, — сообщил Брэдан.
Фиона была возмущена. Как он смеет потешаться над ней? Впрочем, она ничего не могла возразить. Брэдан крепче обнял ее и смачно поцеловал в щеку. Собрав всю свою волю в кулак, Фиона безропотно вынесла и это издевательство. Ведь любое ее возражение могло бы заронить зерно сомнения в душу Уилла, который очень внимательно наблюдал за ними.
— Ну хорошо, — наконец сказал он. — Считайте, что я признал вас своим родственником, де Кантер.
И он протянул Брэдану руку. Чтобы пожать ее, Брэдан вынужден был выпустить Фиону из своих объятий. Он сделал это очень неохотно.
После рукопожатия Уилл расцеловал сестру в обе щеки и пожелал ей семейного счастья. Однако судя по хмурому выражению лица, главарь шайки все еще находился в замешательстве. Его одолевали сомнения. Повернувшись, он позвал скрывавшихся неподалеку в лесу своих людей и распорядился, чтобы они забрали раненых. Выполнив приказ своего вожака, разбойники двинулись в лагерь.
Брэдан взглянул на Фиону. Она неподвижно стояла, прислонившись к стволу дерева, и о чем-то напряженно размышляла. Когда брат поздравил ее с законным браком, она вспыхнула до корней волос, ее щеки до сих пор еще горели. Брэдан не знал, о чем она думает, и это его беспокоило.
— Я пойду к лошадям, — бросила она ему и, не дожидаясь ответа, направилась туда, где паслись их кони.
Брэдан проводил ее задумчивым взглядом. Его тревожили те эмоции, которые эта женщина вызывала в нем. Прижимая к себе Фиону, он чувствовал, как его охватывает возбуждение. Брэдан несомненно испытывал к ней физическое влечение, и это его пугало. Он боялся, что в нем вспыхнет страсть к Фионе и любовный недуг сделает его слабым и безвольным. Брэдан напоминал себе, что Фиона была куртизанкой, что она переспала с сотнями мужчин. Какой бы привлекательной ни казалась ему эта женщина, она не достойна его любви.
Да, похоже, игра в супружескую пару таила в себе огромную опасность для Брэдана. Во-первых, она требовала от него большой осторожности в общении с Уиллом. Тот не должен был заподозрить Брэдана и Фиону во лжи. Если Брэдан хотел найти и спасти Элизабет, ему следовало действовать предельно осмотрительно, пока он будет находиться в лагере разбойников. Во-вторых, изображая законного супруга Фионы, Брэдан мог заиграться и действительно увлечься ею, а он очень боялся этого. Он понимал, что ему необходимо проявить огромную силу воли, чтобы противостоять искушению и соблазну.
Страсть могла толкнуть его на непредсказуемые поступки.
Глава 7
Целый час они добирались до разбойничьего логова. Всю дорогу Брэдан скакал за человеком, которого ранил в ногу. Люди Уилла позаботились о багаже Фионы, где находились лекарственные растения и целебные снадобья, благодаря которым Брэдан встал на ноги. Он не сомневался, что Фиона вылечит и тех, кто пострадал во время нападения на него.
А Фиона в это время мечтала о том, чтобы лагерь оказался у реки. Уилл обычно всегда выбирал такое место. Ей очень хотелось искупаться и переодеться в чистое платье. Ее дорожный наряд запылился и пропах потом.
Фиона старалась не смотреть на Брэдана, боясь встретиться с ним взглядом. Ей было трудно скрывать от него то, что с ней происходило. Ее привязанность к нему с каждым часом возрастала, и это тревожило. Она сама загнала себя в ловушку, решив, что они будут изображать супружескую пару. Объятия Брэдана, его ласковые слова и взгляды взволновали Фиону. Она давно уже не испытывала такого сильного смущения. Фионе потребовалось немало времени и вся сила воли, чтобы прийти в себя и успокоиться.
Искоса взглянув на Брэдана, она заметила, что он скачет с угрюмым выражением лица, опустив плечи и ссутулившись. Фиона не знала, почему у Брэдана так резко изменилось настроение, но она была довольна, что он по крайней мере оставил ее в покое.
Через некоторое время отряд всадников выехал из чащи леса на поляну, и Фиона увидела впереди несколько могучих дубов. Уилл всегда выбирал места для лагеря там, где росли деревья-великаны, под которыми можно было укрыться от непогоды.
Здесь дымились костры. В стоявших на углях котлах кипела похлебка. Посреди лагеря горел большой костер, на котором зажаривали оленью тушу. Это животное, несомненно, пристрелили в королевском лесу, где охота была запрещена законом.
Опасность, с которой разбойникам приходилось сталкиваться каждый день, щекотала нервы. Фионе было хорошо знакомо это чувство. Все вокруг знали, что за охоту в королевских лесах могут отрубить руку или даже повесить. И все же разбойники решились на это преступление. Три года назад, когда Фиона жила в лагере Уилла, никто не стал бы рисковать своей жизнью ради куска мяса. Фиона поняла, что за время разлуки с братом в стане разбойников произошли изменения и что не все было благополучно в его шайке.
Остановив лошадь, она спешилась, последовав примеру Уилла. Некоторые из разбойников встали и поспешили навстречу главарю. Поздоровавшись с Фионой, они помогли спешиться раненым и отвели их под сень деревьев.
Фиону поразило то, что многие люди Уилла остались сидеть на своих местах при его появлении и вели себя совершенно безучастно. Раньше такого не бывало. Когда главарь возвращался в лагерь, все разбойники, чем бы они ни занимались, спешили поприветствовать его. Такова была традиция, которую никто не осмеливался нарушить. В лагере жили не только мужчины, но и женщины. Окинув внимательным взглядом всех присутствующих, Фиона отметила, что большинство ей незнакомы. Она не ожидала увидеть здесь так много новых лиц. Люди с любопытством смотрели на нее и Брэдана.
