У Фионы дрогнуло сердце, она и не предполагала, что ее вопрос вызовет у девочки горькие воспоминания о голодной зиме. Она ласково похлопала Розалинду по руке.
— И тебе, конечно, не понравилась такая однообразная пища? — спросила она.
Девочка отрицательно покачала головой.
— Точно так же дело обстоит и с цветом моей одежды, — продолжала Фиона. — Когда-то я так часто носила алые наряды, что они мне страшно надоели. И теперь я надеваю их лишь в случае крайней необходимости.
— Честно говоря, нам безразлично, какие наряды — алые или голубые — вы носите, леди, — вмешалась в разговор мать Розалинды. — Нас больше интересует, будете ли вы помогать нам так, как делали это прежде?
Она с такой надеждой смотрела на Фиону, что у той сжалось сердце. Фиона молчала, не зная, что сказать. Она обвела взглядом сидевших вокруг костра людей Уилла, многие из которых были истощены и одеты в лохмотья. Фиона знала, что большую часть добычи, полученной с ее помощью, теперь будет забирать Брэдан. Ему нужны были деньги для продолжения поисков сестры. Видя замешательство Фионы, Брэдан решил ответить за нее.
— Да, моя драгоценная женушка скоро снова возьмется за дело, — бодро заявил он и, повернувшись, взглянул на Фиону. Та насторожилась. Она боялась, что Брэдан скажет что-нибудь лишнее. — Прежде я никогда не участвовал вместе с ней в набегах и засадах. Но говорят, у нее настоящий дар добывать золото. Мне много рассказывали о подвигах, которые она совершала в недалеком прошлом. Ее излюбленным приемом нападения на жертву была засада, а сама Гизелла служила приманкой для жертвы. Ведь это правда, дорогая? Ты притворялась раненой, не так ли? Чтобы остановить путника, ты ложилась на обочину дороги и молила проезжавших о помощи. Это очень изобретательно!
— Да, примерно так все и было, — подтвердила Фиона, отводя взгляд.
Она чувствовала сарказм в словах Брэдана, и его насмешка больно ранила ее.
— Как хитро все придумано! — с наигранным восхищением воскликнул Брэдан.
У Фионы больше не было сил выносить его издевательства. Она поспешно встала, постаравшись за безмятежной улыбкой скрыть свою обиду.
— Я сегодня очень устала, — сказала она извиняющимся тоном, — дорога была долгой и трудной. Мне хочется смыть с себя пыль и грязь, прежде чем ложиться спать.
Обитатели лагеря с удивлением посмотрели на нее, услышав это заявление. Они хорошо знали, что даже в летнюю жару вода в здешней реке оставалась очень холодной. Кроме того, многие из них считали, что купание вредит здоровью. Фиона не стала вслушиваться в поднявшийся у костра ропот. Она знала о существовавших предрассудках, но предпочитала не верить им. Фионе нравилось ощущение чистоты и свежести после купания, и она не боялась подцепить какую-нибудь болезнь, плавая в реке. Слава Богу, Брэдан на этот раз промолчал. Если бы он стал возражать против купания и попытался остановить ее, Фиона скорее всего закатила бы ему скандал.
Уилл, конечно, лучше всех знал особенности трудного характера Фионы. Услышав о ее намерении, он улыбнулся и махнул рукой в сторону реки.
— В речушке, которая находится там, за холмом, мы берем воду для питья. Она впадает в небольшое, но довольно глубокое озеро; там ты сможешь искупаться.
Фиона поблагодарила его и хотела пойти к реке, но Уилл остановил ее:
— Мне кажется, нужно немного подождать. Твои вещи еще не успели доставить в лагерь. Ты не сможешь переодеться.
Фиона почувствовала досаду. Она совсем забыла про свои дорожные сумки. Конечно, ей надо переодеться, но она не могла ждать. Фионе хотелось как можно скорее избавиться от присутствия Брэдана.
— Я переоденусь позже, когда доставят мои вещи, — сказала она. — Мне просто не терпится искупаться.
И она решительно зашагала в сторону реки. Однако Уилл снова остановил ее.
— Подожди! — крикнул он ей вслед, и Фиона обернулась. — Я думаю, мы сможем помочь тебе. Недавно в наши руки попал целый сундук прекрасных новых нарядов, принадлежавших какой-то высокородной даме. Я отдал его Джоан, он стоит в нашем жилище. Мы собираемся использовать эту одежду в наших дальнейших операциях. Но ты можешь выбрать себе что-нибудь. Джоан, дорогая, проводи, пожалуйста, Фиону в наше жилище и покажи ей сундук.
Фионе показалось, что Джоан удивило предложение Уилла, но она ничего не сказала. Кивнув, Джоан встала и жестом попросила гостью следовать за ней к одному из могучих дубов, в полом стволе которого было устроено жилище главаря.
Войдя в полукруглое отверстие, Фиона огляделась. В тесном помещении было темно. Джоан зажгла сальную свечу от щепки, которую она достала из горевшего очага, и Фиона сразу же увидела сундук. Он казался слишком громоздким в этом дупле, большую часть которого занимали съестные припасы и постель. Открыв замок и откинув крышку, Джоан выпрямилась и направилась к выходу.
— Надеюсь, вам понравятся эти наряды, леди, — смущенно произнесла она, — и вы подберете себе что-нибудь.
С этими словами Джоан выскользнула наружу. Фиона была удивлена поведением этой молодой женщины. Она никогда не думала, что ее энергичный брат выберет себе такую робкую и стеснительную подругу жизни. Пожав плечами, она принялась разглядывать лежавшую в сундуке одежду. Ее настроение постепенно улучшилось. Фиона предвкушала то удовольствие, которое она получит от купания.
Просмотрев всю одежду, она остановилась на простой льняной блузе и зеленой юбке с поясом. Одежда, судя по всему, должна была подойти ей. Фиона решила, что вполне обойдется пока без своего багажа.
Она хотела было уже отправиться на реку, но подумала, что ей понадобится еще полотенце. Порывшись в сундуке, она нашла кусок шерстяной ткани и прихватила его с собой. Выйдя из жилища брата, она направилась по узкой тропинке к небольшому озеру. Проходя по лагерю, Фиона заметила, что Брэдан сидит с отсутствующим видом, не участвуя в общем разговоре.
Фиона постаралась не думать о Брэдане, хотя сделать это было не так-то просто. Сжав зубы, она все-таки отогнала мысли о нем и быстрее зашагала по тропинке.
Вскоре она вышла на берег озера и огляделась вокруг. Это было идеальное место для купания. Здесь росли пахучие сосны и густые папоротники. Фиона подошла к кромке воды, прогретой лучами солнца, и глубоко вздохнула.
Она решила ни о чем не задумываться, чтобы не осложнять себе жизнь. Так она поступала в ту пору, когда находилась под властью Дрейвена. Если бы Фиона слишком много размышляла над своей участью и позором, то, пожалуй, сошла бы с ума. Поэтому она приучила себя к спокойствию и безразличию, научилась владеть собой и держать свои чувства под контролем.
