том вечере, сердце сковало толстой коркой льда ужаса. Перед глазами стояла картина, как мальчик бежит на дорогу за перепуганной собакой, прямо под колеса приближающемуся автобусу. Да, она тогда не знала, что тот мальчик это Матвей, но в ту минуту это не имело никакого значения. Главное было спасти ребенка.
— Я бы успел! — надул губы мальчишка, — Бася испугалась, ее обижали пацаны с моей школы, она убежала от них, я за ней и вот….
Он замолчал и виновато опустил голову. А потом…
— Прости меня! — он снова порывисто обнял Веронику и засопел, пряча личико в ее одежде.
Девушка сама еле сдерживала слезы, прижимала к себе всхлипывающего ребенка и гладила по непослушным волосам. Она посмотрела на отца мальчика и поймала на себе его задумчивый взгляд.
— Вы были знакомы раньше? — все-таки спросил он.
Матвей замер в объятиях Копыловой, казалось, даже дышать перестал. Да она сама тоже растерялась. Отрицать очевидное не имело смысла. Слишком бурно общались они сейчас на глазах Ильясова. Сделать вид, что они случайно столкнулись на остановке, не получится, да и глупо будет прикидываться незнакомыми. Но что-то подсказывало девушке, что и говорить ему о том, что она притворялась матерью его ребенка, не стоит.
— Мы недавно познакомились, — проговорила Вероника, — случайно.
Сказала, между прочим, чистую правду.
— Я не сомневаюсь, что случайно, — хмыкнул Андрей.
— В торговом центре познакомились, — отмер Матвей.
Он расправил худенькие плечики, повернулся и посмотрел на отца. Отцу эта информация явно не понравилась. Он нахмурился и спросил:
— Что ты опять делал в торговом центре? Где была Галина Викторовна?
— Она еще не пришла, а у нас урок отменили, вот я и решил прогуляться.
По лицу начальника Вероника видела, как он борется со своими эмоциями. Глаза потемнели, став почти черными, между бровей залегла глубокая складка, губы плотно сжались. Но при этом он изо всех сил старался держать себя в руках.
— Почему ты ей не позвонил? — убийственно спокойным тоном поинтересовался отец.
— Телефон разрядился, — печально вздохнул ребенок и снова посмотрел на своего родителя полными искренности глазами.
Вероника даже восхитилась мастерству мальчика жонглировать информацией. Ведь и правду не сказал, и не обманул ни в чем.
— Матвей, — тяжело вздохнул Андрей Сергеевич, — ты меня в гроб загонишь! Ладно, дома поговорим, садись в машину!
Они как раз дошли до парковки. Вероника поймала себя на мысли, что ищет глазами ту самую спортивную машину, которая обрызгала ее на перекрестке пару дней назад. Казалось, что с того мгновения прошла целая жизнь. Однако той пижонской спортивной машины нигде не наблюдалось. Зато внимание тут же привлек здоровенный внедорожник. К нему и направился Ильясов, да и Матвей устремился к этой машине, не отпуская руку Вероники. Сомнений не осталось, блондин приехал в больницу именно на этом джипе.
Андрей галантно распахнул перед своей спутницей дверцу, помог удобно устроиться в салоне, усадил сына на заднее сиденье, пристегнул его ремнем безопасности. Девушка наблюдала за нехитрыми манипуляциями своего шефа и умилялась. Такая брутальная снаружи машина внутри оказалась снабжена переходником на ремень для детей в виде специального треугольника, к потолку крепился небольшой телевизор, на заднем сиденье лежали игрушки и милые подушечки с трансформерами.
Когда Ильясов сам сел за руль, Вероника не выдержала и спросила:
— А та спортивная машина где?
Босс лукаво посмотрел на свою подчиненную.
— Она тебе больше понравилась? — провокационно спросил он.
Девушка покраснела.
— Нет! Просто вы тогда были… забудьте!
Зачем она вообще об этом спросила?
— Это была машина моего зама, — пояснил мужчина, в его глазах плясали бесенята, — в тот день моя машина была в сервисе, Молчанов одолжил мне свою, чтобы я мог съездить на важную встречу. Пристегни ремень!
Копылова поспешила исполнить просьбу босса, чувствуя себя крайне глупо под пристальным взглядом синих глаз.
— Мне очень стыдно за тот свой поступок, — тихо проговорила девушка, — мне жаль, если у вас из-за меня были неприятности.
— Не было никаких неприятностей! — фыркнул Ильясов, — Николай и не такие надписи получал на своей «красавице». Поверь, то, что написала ты, было самое безобидное!
От этого признания на душе девушки стало немного легче. Самую малость. Она даже позволила себе улыбнуться. Она посмотрела Матвея, который сидел на заднем сиденье и увлеченно гладил Басю по лохматой голове, и снова улыбнулась. Мальчик почувствовал на себе ее взгляд и заговорщически подмигнул ей.
В сумке завибрировал телефон. Ника достала аппарат, с грустью посмотрела на него. Экран все еще оставался безжизненным и темным. Телефон снова завибрировал в руках. Ильясов бросил взгляд на расстроенную девушку, но тут же вернул свое внимание на дорогу. Все же Вероника провела пальцем по разбитому стеклу в том месте, где обычно был значок приема звонка. Некоторое время ничего не получалось, но внезапно она услышала голос Кости:
— Ника! Алло, ты меня слышишь?
Копылова обрадовалась, что у нее получилось ответить.
— Костя, я еду домой! — сообщила она, — Меня выписали, сказали, что можно продолжить лечение дома.
— Ой, ну слава богу! — в голосе отчима прозвучало неприкрытое облегчение, — На чем ты едешь домой? Давай я тебя заберу!
— Не надо, — Вероника покосилась на босса, тот следил за дорогой и будто не слышал разговора, — меня подвезет знакомый с работы.
У «знакомого с работы» дернулся уголок рта в сдерживаемой улыбке. Больше он ничем не выдал своего внимания к происходящему.
— Хорошо, тогда я тебя дома буду ждать. Собирался съездить к маме, но поеду позже, когда ты вернешься.
— Я тоже хочу с тобой поехать! — выпалила девушка.
— Нет!
— Нет!
Одновременно ответили ей оба мужчины.
Вероника удивленно посмотрела на начальника.
— Почему? — спросила она их обоих.
— Я сам съезжу, — отозвался отчим.
— Тебе нужно больше отдыхать! — строго произнес Андрей.
— А куда ты хотела поехать? — проявил любопытство Матвей.
Копылова тяжело вздохнула, снова повернулась к мальчику и ответила, прикрыв трубку рукой:
— У меня мама в больнице, а у нее проблемы с позвоночником. Она двигаться не может, из-за этого возникают осложнения. Доктор говорит, что нужна операция. Вот я за нее и переживаю.
Большие голубые глаза наполнились слезами.
— Мне очень жаль! — проговорил мальчик.
Он протянул руку и погладил девушку по волосам. Это было несколько неожиданно, но настолько приятно и трогательно, что у Вероники сжалось сердце. Она перехватила его пальчики и слегка сжала их. Ободряюще улыбнулась.
— Спасибо! — проговорила она.
Спустя некоторое время, когда внедорожник свернул на знакомую улицу, Копылова запоздало вспомнила, что не говорила Андрею свой адрес.
— Откуда вы… — начала она, но босс ее перебил.
— Ты ведь у меня работаешь! Забыла?
Забудешь такое!
— Просто, — отчаянно краснея, ответила
