тюрьмы. Кто-то отключил защитные системы и открыл электронные замки, иначе у сидящего тут сброда не было бы ни единого шанса. Но и тюрьма-то была обычная, для мелких правонарушителей: воров, хулиганов, взяточников, рекламщиков и прочей шелупони. Такие предпочитают тихонько отсидеть свои два-три года.
Но сейчас все будто с ума посходили!
В коридоре я почти сразу наткнулся на парочку обманчиво молодых рили — парня и девушку. Глаза у обоих горели, волосы были всклокочены, одежды смяты и разорваны. Парень держал в руке гнутую трубу, бывшую когда-то ножкой стула, девушка вооружилась плоским куском плохо заточенного металла. При моем появлении рили взвизгнули от радости и кинулись навстречу.
Даже в таком агрессивном и неряшливом виде рили оставались обаятельными и милыми. Вот же эволюционные механизмы, поразительно! Ведь не только у землян рили вызывают симпатию, у хопперов, хро и ануков — тоже.
Из уважения к памяти покойного Макоррсанноакса я не стал их убивать, а лишь приложил головами об стену с такой силой, чтобы отрубились часа на два-три, до окончания мятежа. И даже самодельное оружие пинками отбросил в сторону.
Рили, вне всякого сомнения, вели себя ненормально.
Хмурясь, я двинулся в сторону выхода. У распахнутых дверей блока свиданий обнаружил двух муссов, ожесточённо пинающих валяющуюся на полу охранницу-хро. Пусть хро и терпеть не могут землян, но к этому я давно относился философски.
А вот дураков не люблю с детства. Они вредят, даже если на твоей стороне.
Я прикончил муссов, которые толком не сопротивлялись, увлечённые избиением охранницы. Потрогал у хро шейные артерии — пульс был. На стене висела аптечка, я достал универсальный медпак и наложил ей на живот. Оставив пакет булькать, вводить целебные растворы и верещать, призывая на помощь врача, двинулся дальше. Обнаружил в коридоре хоппера — тот вертелся у окошка во внутренний двор в ритуальном танце, временами пытаясь головой разбить небьющееся стекло.
Мне кое-что стало понятным. Я принюхался, прислушался к ощущениям своего организма. Глубоко вдохнул и задержал дыхание. На миг в голове помутилось, стены будто сдвинулись, потолок угрожающе навис надо мной и сильно захотелось кого-нибудь убить.
Потом сознание прояснилось.
Ну конечно же!
Уже без приключений я дошёл до выхода. Позади всё так же стучала о стекло голова хоппера. Потом раздался звон и радостный вопль — хоппер попался сильный и упорный.
Двери наружу были распахнуты. За импровизированной баррикадой из перевёрнутой мебели и парочки включенных силовых щитов прятались несколько охранников: хопперы, земляне и, о чудо, мусс-сержант. Видимо, по меркам их вида он был кем-то вроде Эйнштейна, раз смог так выслужиться.
— Не стреляйте! — крикнул я. Мне реально надоело менять одежду, а эта могла ещё послужить. Если, конечно, кровь отстирается с джинсов.
— Кто такой? — выкрикнул хоппер. — Почему без имплантов?
— Аллергия на вживляемую электронику и личные религиозные убеждения! — сообщил я. Достал карточку удостоверения личности, показал. — Пробейте по базе!
Хоппер навёл на удостоверение сканер, уточнил:
— Никита?
Моя карта личности в базе данных была неполная, но вполне благонадёжная.
— Никита Самойлов, верно!
— Что вы там… — Он ещё раз глянул на сканер, обнаружил упоминание, что я навещал заключенного, и мотнул головой. — Проходите. Как выбрались?
— Чудом, — честно ответил я, протискиваясь между двумя гудящими щитами.
— Что внутри? — спросил хоппер. Был он молодой, взволнованный, но преисполненный служебного рвения.
— Бунт заключенных. — Я развёл руками. — В системе вентиляции какой-то наркотик, повышает агрессивность и вызывает клаустрофобию. И ещё кто-то вырубил всю электронику.
Хоппер размышлял, подозрительно глядя на меня.
— Восстановите фильтрацию, — предложил я. — Можно включить пожарные дымовые вытяжки. Воздух очистится, и они придут в себя.
— Почему вы нормальный?
Нормальным меня давно не называли! Как-то даже тронул вопрос…
— А я очень спокойный, — объяснил я. — Меня хрен разозлишь.
Хоппер и землянин переглянулись.
— Вас могут вызвать для дачи показаний, не покидайте город, — заявил хоппер.
— Слушаюсь, — бодро ответил я и покинул пределы исправительного заведения. Хоппер и двое землян принялись обсуждать, как лучше запустить вентиляцию. Я хотел было посоветовать им поджечь внутри что-нибудь вонючее, пожарная вытяжка сработает автономно. Но прикусил язык и решил не вмешиваться. Сгорит что-нибудь ценное, и всё повесят на меня.
Одно из моих преимуществ (увы, как обычно и бывает, преимущество совмещалось с недостатками) — невозможность запихнуть в меня какой-нибудь сенсор, маячок или даже радиоактивную или химическую метку.
Телефон я менял при каждом выходе из дома, активировал лишь при использовании. Такси вызывал и выходил в сеть с виртуального идентификатора личности, обновляющегося при каждом использовании.
Расплачивался я наличными — о, спасибо всем преступникам и взяточникам, что она существует даже здесь.
Но меня как-то отслеживали!
Я не особо надеялся, что это сработает. Но всё же доехал до выбранного наугад супермаркета одежды для гуманоидов. Купил себе одежду хоппера-в-поиске-истины. Во-первых, она мне понравилась, а во-вторых, я всегда внимательно отношусь к советам друзей.
Потом я зашёл в магазинчик оружия, который всегда сопутствует одёжным магазинам. Огнестрельное оружие во всех его вариантах я не очень люблю. Что патроны, что энергоячейки имеют свойство заканчиваться в самый неудачный момент, а холодное оружие вполне прилично работает даже на батарейках.
Мне гораздо больше нравятся рапиры, чем шпаги. Речь, разумеется, о рапирах в их исходном значении «меча для одежды», у которых есть и остриё, и клинок. Но рапира — оружие длинное, сразу вызывающее опасения. А вот короткие шпаги носят многие.
Так что я выбрал лёгкую короткую шпагу, скорее тренировочную, чем боевую. Рубить ей практически невозможно, но зато клинок был очень прочным.
С большой сумкой, полной одежды, из которой гордо торчал эфес шпаги, я вышел из супермаркета, опять же случайным образом выбрал баню хопперов и отправился туда. Все разумные виды, как ни удивительно, имеют в своей культуре что-то подобное — место, где можно раздеться догола, вымыться в компании себе подобных и предаться невинным удовольствиям. Местная баня была классической, с анфиладой куполов, в каждом из которых поддерживалась разная температура. Немного поругавшись на входе, я отстоял своё право войти в бани с сумкой. Разделся, выбросил всю одежду и телефон в мусоросжигатель, прошёл в первый, тёплый купол, совершил положенные омовения холодной и горячей водой, во втором полежал в ванне с кислотным настоем, потом перешёл в бассейн с радоново-щелочной водой. Народа было немного, большинство, конечно же, хопперы, смотревшие на меня с любопытством. Люди нечасто перенимали
