— Когда я пришел в себя, оно пропало.
— Понятно, — Ромул потер виски. — Как я и предполагал.
— А причем здесь это оружие? — однако Шае, все еще ничего не было ясно.
— Дело не совсем в оружии… — хозяин гостиницы вздохнул. — Пока Немертвый был жив, существовал хрупкий баланс. Тот неизвестный, кем бы он ни был, мог просто уничтожить Эргрима и все на том. Но он так не поступил. Вместо этого, целый город оказался посреди Пустоты. Держу пари, это было сделано, чтобы продлить мучения городского лорда как можно дольше. И чтобы никто не смог прийти ему на помощь. Но Немертвый вовремя сориентировался. Бросил множество якорей, туда, куда смог дотянуться. И таким образом смог установить шаткое равновесие. Я почти уверен, что именно то оружие и было ядром мощного заклинания, которое выбросило Бастион в Пустоту. И удерживало его от разрушения, чтобы городской лорд не умер раньше времени.
— Но теперь той магии больше нет, — я понял, что он хочет сказать. — Как и якорей, связывающих город с другими мирами.
— Без Немертвого это место потеряло свое предназначение. Его больше ничего не защищает. А когда еще и якоря пропали… Как бы сказать, — Ромул посмотрел на свою дочь. — Понимаешь, Шая, наш город медленно дрейфует среди Пустоты. Но без Эргрима и городской формации — это всего лишь кусок безжизненной и мертвой земли. А в Пустоте могут существовать лишь полноценные миры. Маленькие, большие, не важно, в первую очередь они должны быть живыми. И это явно не про нас.
— И ты хочешь, чтобы я сбежала и всех бросила, — девушка по-настоящему разозлилась. — И что дальше? Предлагаешь мне на все наплевать и забыть? Думаешь, я вообще на такое способна⁈
— Пожалуйста, не сердись, — Ромул съежился от пронзительного взгляда дочери. — Поэтому я и не хотел тебе ничего говорить. Но решения у этой проблемы нет. Наши жизни все еще связаны с формацией. Мы не можем покинуть город.
— Как это нет решения⁈ Почему ты уже опустил руки⁈ Сколько вас там? Такие мудрые и опытные маги ничего не могут придумать⁈ Выходит, все что произошло было зря⁈ Дорен напрасно пожертвовал своей жизнью ради нас⁈ Хочешь сказать, что всем вам все равно суждено умереть⁈
— Все было не зря, — мужчина уставился в пол. — Последние несколько лет своей жизни люди могут прожить свободно. Это значит очень много.
— Не то, — девушка безнадежно махнула рукой, — Этого недостаточно. Выскочить из одной ямы, чтобы тут же провалиться в другую?
Шая вскочила и стала напряженно расхаживать по комнате.
— А почему нельзя бросить новые якоря? — она с надеждой посмотрела на меня. — Дорен, ты ведь должен был забрать зеркало. Значит и к городской формации доступ получил? Ты можешь это сделать?
Вопрос застал меня врасплох. До этого момента, наш разговор тактично опускал судьбу Зеркала Души. Меня никто ни о чем не спрашивал, а я сам не торопился поднимать эту тему. Хотя, наверняка, в городе найдется немало людей, обеспокоенных тем, что их жизнь вновь оказалась в чужих руках. С другой стороны, на это я мог сказать только одно: если вы не доверяете человеку, который добровольно отдал ради вас свою жизнь, кому вообще тогда вы можете доверять? Но теперь Шая прямо спросила меня о судьбе зеркала. И я не мог отмолчаться.
— Я могу контролировать формирование. Но многих его функций я по-прежнему не знаю.
— Формирование здесь не поможет дочка, — Ромул снова подал голос. — Во-первых, пространственный якорь — сложнейшее заклинание доступное лишь на Отречении Души. Во-вторых, даже если бы Дорен им и владел или передал Зеркало тому, кто владеет, это все равно не помогло бы. Уже слишком поздно. Анхель провел расчеты. Ближайшие к нам миры уже слишком далеко. Нас оттянуло в необитаемую зону. Анхель — это Мастер Зеркал.
Последнюю фразу он произнес специально для меня. А внутри меня медленно стало нарастать напряжение, граничащее с паникой. Поначалу, я не слишком серьезно воспринял слова Ромула. Мне показалось, что он переоценивает опасность ситуации просто потому, что не знал, что городское формирование уже под моим контролем. Но теперь, когда в дело включилась логика…
Сколько времени прошло с тех пор, как они узнали? Почему я так недооценивал их жажду жить? Могущественные маги несколько месяцев искали способ спасти город. И не нашли. Наверняка они успели перебрать все доступные варианты. Так что могу сделать я? Выходит, Шая права? Я напрасно жертвовал собой? И этим людям мне никак не помочь?
— Неужели, даже один единственный якорь не бросить? — Шая смотрела на отца почти умоляюще.
— С одним якорем город просто разорвет на части, — Ромул покачал головой. — Да даже если бы и не разорвало, последний шанс прошел месяц назад.
У меня в голове засвербело от невольной мысли. Это моя вина? Я слишком долго разбирался со Сферами Памяти в подсознании. Если бы я поторопился, то успел бы исправить ситуацию.
— Я не уйду. — голос девушки стал безжизненным. — Только не так.
— Шая… — Ромул стиснул зубы.
— Ты не переубедишь меня, — девушка вскочила на ноги и посмотрела на меня. В её взгляде читалась такая тоска, что моё сердце непроизвольно сжалось от боли. А затем, резко развернувшись, Шая бросилась к выходу.
— Шая! — мужчина было подскочил вслед за ней, но сделав всего несколько шагов, сам остановился.
Какое-то время он так и стоял в полной тишине.
— Как думаешь, она когда-нибудь простит меня, если я силой заставлю её уйти с тобой? Если понадобится, я могу лишить её сознания, — Ромул не выдержал молчания первым.
— Не знаю. Но это точно разобьет ей сердце. — я тихо вздохнул.
— Разбитое сердце можно вылечить. А потерянную жизнь уже не вернуть, — голос хозяина гостиницы был глухим.
— Боюсь, что она возненавидит не только тебя, но и меня. Я не могу так с ней поступить.
— Предпочтешь, чтобы она умерла⁈ — Ромул сердито сжал кулаки.
— Я бы предпочел, чтобы никто не умирал.
— Это невозможно. Не в этот раз… — мужчина горько усмехнулся.
Но я его уже не слушал. В моей голове экстренно прокручивались варианты, один безумнее другого. И среди длинной вереницы бредовых, нереалистичных и откровенно нелепых идей, одна показалась мне,
