историк Роберт Хейлбронер (1919-2005).
На протяжении всей этой книги мы будем доказывать, что количество ресурсов на Земле не является фиксированным. Мы покажем, что изобретательность человека позволяет нашему виду расширять запасы планетарных ресурсов до бесконечности. Наша точка зрения прямо противоречит четвертому обоснованию необходимости контроля численности населения и ограничения потребления, которое гласит, что "технологические инновации и синтетические продукты не могут заменить" существующие ресурсы. Согласно этой точке зрения, технологические решения грядущей экологической катастрофы никогда не смогут быть столь же совершенными, как естественные земные процессы. Синтетические удобрения, например, могут работать для выращивания растений, но они, как правило, менее эффективны, чем обычные почвенные питательные вещества. Этой "техно-пессимистической" точки зрения придерживаются такие ученые, как Фогт, Хейлбронер, Эрлих, Холдрен, а также американский палеонтолог и геолог Генри Фэрфилд Осборн (1857-1935).
Пятое обоснование необходимости контроля численности населения гласит, что прошлые успехи в преодолении естественных пределов не имеют отношения к современным условиям. Иначе говоря, прошлые успехи в преодолении роста населения и увеличения потребления несущественны для современного мира, поскольку масштабы проблем, с которыми сталкивается человечество, гораздо больше, чем раньше. К ученым, придерживающимся этой точки зрения, относятся Кук, Джевонс, Фогт, британский экономист Альфред Маршалл (1842-1924), американский геохимик Гаррисон Браун (1917-1986), американский генетик Эдвард Мюррей Ист (1879-1938). В главе 1 мы назвали этот подход экстраполяцией пессимизма, или иллюзией конца истории.
Обоснованность мальтузианских идей всегда оспаривалась
Нет необходимости говорить о том, что мы не первые, кто высказывает возражения по поводу проблемы перенаселения. На протяжении веков было немало выдающихся ученых, которые не соглашались с пессимистическим анализом и мрачными прогнозами относительно будущего человечества. Они выражали "уверенность в способности людей и их технологий преодолеть любые проблемы, в том числе и экологические", и "сформировать мир природы на благо человечества". Дерошер и Шурмак выделяют четыре основных аргумента против контроля численности населения. Во-первых, "более многочисленное население, участвующее в торговле и разделении труда, обеспечит большее материальное изобилие на душу населения". Во-вторых, "творческий потенциал человека может приносить все большую отдачу". В-третьих, "уровень жизни не ограничивается местными ресурсами". В-четвертых, "прошлые достижения дают основания для осторожного оптимизма".
Первое возражение против демографического контроля заключается в том, что рост численности населения позволяет человечеству производить больше товаров и услуг, обрабатывать больше земли и получать доступ к ранее неиспользуемым ресурсам. Иными словами, рост численности населения способствует большему разделению труда, что удешевляет производство и делает его более изобильным. Приверженцы перенаселения, как правило, концентрируют внимание только на росте спроса , игнорируя при этом расширение предложения. Когда спрос увеличивается, увеличивается и предложение. Когда спрос снижается, снижается и предложение. Именно поэтому населенные пункты с плотным населением, как правило, богаче в расчете на одного человека, чем населенные пункты с редким населением. Среди ученых, придерживающихся этой точки зрения, - британский экономист и историк Эдвин Кэннан (1861-1935), французский экономист Жан-Батист Сэй (1767-1832), американский политэконом и журналист Генри Джордж (1839-1897), венгерский экономист Петер Бауэр (1915-2002), британский писатель Мэтт Ридли, американская журналистка и ученый-урбанист Джейн Джекобс (1916-2006).
Второе возражение против демографического контроля заключается в том, что рост численности населения приводит к увеличению отдачи от инвестиций. Человек - единственное животное, способное к постоянным инновациям. Чем больше численность населения, тем выше вероятность того, что появится творческий человек, который придумает решение насущной проблемы (например, увеличит предложение для удовлетворения растущего спроса). Более того, человек - единственное животное, способное развивать прошлые изобретения. Поэтому по мере роста населения происходит накопление информации и ускорение инноваций. К числу людей, придерживавшихся той или иной комбинации этих взглядов, относятся Ридли, Джекобс, Джордж, британский политический экономист Уильям Петти (1623-1687), немецкий философ Фридрих Энгельс (1820-1895), американские экономисты Гарольд Барнетт (1917-1987) и Чандлер Морс (1906-1988), британский социальный теоретик Герберт Спенсер (1820-1903), американский предприниматель Эдвард Аткинсон (1827-1905), шотландский земледелец Джеймс Андерсон (1738-1809), немецкий экономист Карл Брандт (1899-1975), австрийский экономист Фриц Махлуп (1902-1983), американский инвестор и экономист Джордж Гилдер, американский научно-популярный писатель Стивен Джонсон, американский экономист, лауреат Нобелевской премии Пол Ромер.
Третье возражение против демографического контроля заключается в том, что "уровень жизни человека не ограничивается местными ресурсами", поскольку человеческая изобретательность позволяет людям преодолевать ограничения на ресурсы. Люди могут и делают это, например, увеличивая запасы продовольствия путем распашки большего количества полей или повышения урожайности существующих полей. В отличие от них, нечеловеческие животные вынуждены полагаться на то, что дает или не дает им природа. По словам американского экономиста Жаклин Касун (1924-2009), "на тех же территориях, где раньше (и менее населенных) люди боролись и голодали, сегодня гораздо более многочисленные популяции обеспечивают себя комфортом". Разница, конечно, заключается в знаниях, которые человек привносит в задачу обнаружения ресурсов и управления ими". К числу ученых, придерживающихся этой точки зрения, относятся Джордж Джейкобс, русский революционер и ученый Петр Кропоткин (1842-1921), немецкий экономист Эрих Циммерман (1888-1961), британский экономист Колин Кларк (1905-1989), английский географ Питер Тейлор, американский футурист Герман Кан (1922-1983) и, наконец, американский экономист Джулиан Саймон (1932-1998).
Четвертое возражение против демографического контроля гласит, что "прошлые достижения дают основания для осторожного оптимизма". Конечно, мы не можем предсказать будущее. Следовательно, нет никаких гарантий, что процветание человечества, которое наблюдается в настоящее время, будет продолжаться бесконечно. Тем не менее, прошлое дает возможность заглянуть в будущее. Как отмечал Бауэр, "только прошлое дает нам возможность понять законы движения человеческого общества и, следовательно, предсказать будущее". Рассмотрение долгосрочного взаимодействия между ростом населения и доступностью ресурсов, как мы это сделаем в следующих главах, должно вселить в читателя осторожный оптимизм. В этом мы идем по стопам таких ученых, как Кэннан, Бауэр, Саймон, Ридли и немецкий экономист Ганс Ландсберг (1913-2001).
Реализация мальтузианства на практике: трагические случаи Китая и Индии
К сожалению, мальтузианские "лекарства" от роста населения не ограничились интеллектуальным теоретизированием. Например, в середине 1970-х годов в Индии проводилась политика, ограничивающая рост населения, которая заключалась в принудительной стерилизации мужчин и женщин и социальном остракизме многодетных. Однако нигде в мире мальтузианство не получило такого распространения, как в Китае в период с 1980 по 2015 год. Именно в этой коммунистической диктатуре происходили самые чудовищные издевательства над населением. Масштабы человеческих страданий, вызванных принудительной стерилизацией, дородовыми и послеродовыми абортами и беспричинной жестокостью, трудно осознать. Начнем с Китая.
Политика одного ребенка в Китае (1980-2015 гг.)
В 1970 г. премьер Госсовета КНР Чжоу Эньлай объявил о пятилетнем плане ограничения роста населения страны. Коммунистическая партия Китая считала, что быстрый рост населения будет препятствовать экономическому развитию страны. Впоследствии план Чжоу Эньлая трансформировался в политику двух детей, которая просуществовала
