Изабелл показалось, что он что-то задумал и теперь играет с ней.
— Мне просто интересно, что могло заставить вас подняться в столь ранний час?
— Один пустячок, — сказал принц, нехотя оторвавшись от своего приятного занятия.
— Какой пустячок? — допытывалась заинтригованная Изабелл.
— Да так, видеоконференция, — отмахнулся он.
Принц оглядел фигуру Белл, сокрытую под тонким слоем шелковой простыни, и сообщил:
— А еще я совершал некоторые приготовления. Я раздобыл для тебя длинную свободную тунику и головной убор. Это самый лучший наряд для путешествия по пустыне.
— Мы отправляемся в пустыню?
— Совершенно верно. Приглашаю тебя на пикник.
Двумя часами позже они, восседающие на паре чистопородных арабских скакунов из конюшни принца, скакали по бескрайним пескам.
Изабелл обуздала торопливый бег своей лошади, когда заметила в стороне в овражке настоящее чудо на сверкающем золотом фоне песка.
Ее внимание привлек маленький Эдемский сад. Здесь, среди безводных барханов, несколько гигантских пальм нависали над изящными деревцами, даря им тенистую прохладу в краю безжалостного зноя. До Белл донесся звук птичьего говора. Она направила своего скакуна к притягательному островку.
— Тебе нравится в этом оазисе? — спросил, нагнав ее, принц.
— Сказочное место! — воскликнула Изабелл.
Эти незабываемые минуты в пустыне в компании Рафика подарили девушке массу новых впечатлений. Он рассказывал ей о животных, следы которых можно было видеть на песчаном холсте, что расстелила здесь природа, о ветрах, слагающих эти непревзойденные песочные скульптуры. Они вместе насладились царственным парением сокола, грациозная тень которого бороздила песчаные барханы.
Особенно ей нравилось наблюдать за принцем, скачущим верхом. Он имел осанку прирожденного наездника. В своем наряде, несущийся во весь опор, Рафик напоминал ей дерзкого бедуина. На яхте же он был для нее заправским моряком. Везде он смотрелся завораживающе...
Принц спешился и подал ей руку.
— Давай я помогу тебе.
Она склонилась с лошади и положила свои руки ему на плечи. Он смотрел в ее глаза. Белл застыла. Ей показалось, что она не способна больше молчать о своей влюбленности. Ей показалось, что сердце выскакивает из груди, что восторг глаз выдал ее с головой, что все в ней кричит о чувствах. И как, должно быть, он забавляется, видя это?
— Белль, что с тобой?
Она замутненным взглядом продолжала смотреть на него с высоты своего скакуна.
— Спускайся! Я тебя крепко держу. Я приготовил сюрприз для своей жены.
Она спешилась. Рафик взял обеих лошадей за поводья и повел их вниз по уклону. Изабелл медленно шла сзади. Она подняла глаза к небу. Оно было безоблачно, из чистейшей лазури.
Они наконец достигли оазиса. В глубине Изабелл увидела два звонких источника, что давали силу этому буйному цветению.
Принц обнял жену за талию. Он стоял напротив нее, склонив голову к ее лицу.
— Белль, — он взял ее за руку и повлек под пальмы. — Пойдем со мной. Я думаю, тебе это понравится.
Он раздвинул перед ней заросли кустарников, и перед взором Изабелл предстал шатер, какие кочевники раскидывают на время стоянок. Напротив тонкой блестящей лентой сбегал вниз проворный ручеек. Неизвестные ей цветы благоухали умопомрачительными ароматами. Принц подвел жену к входу в шатер. Его внутреннее убранство поражало богатством тканей и изысканностью соцветий.
— Как такое возможно? — воскликнула Изабелл.
— Я знал, что тебе понравится.
— Выше всяких восторгов. Но когда вы все успели?
— Однажды, когда сотрудники службы безопасности облетали остров, они заприметили это место и сообщили о нем. Этот шатер здесь давно, мы с дедом иногда останавливаемся в нем, если задерживаемся в пустыне допоздна.
— Я думала, что такое может быть только в сказках...
— Не желаешь освежиться в родниковой воде? — Он повел ее к источнику.
— Ты не привяжешь лошадей?
— Пусть разомнутся, они здесь не заблудятся.
Изабелл провела влажной ладонью по груди. Вода обдала ее металлическим холодом. Белл поежилась. Принц рассмеялся и брызнул ей в лицо. Потом неожиданно подхватил на руки и понес в шатер.
В шатре было темно и прохладно. Принц поставил Изабелл на пол, устланный ковром.
Она всмотрелась и оглядела два медных столика, в углу стоял переносной холодильник.
Принц разулся, и Изабелл последовала его примеру. Она пересекла ковер, каждым шагом ощущая, что отдаляется от реальности, уходя все глубже и глубже в стародавний мир, где время остановилось и лишь ароматы сандалового дерева, как стражники, охраняют восточные тайны.
— Восхитительно, — любовалась Изабелл радужными переливами парчовых тканей.
Она упала на подушки и утонула в их множестве.
— Никогда не видела, не ощущала ничего подобного!..
Принц налил в стакан охлажденного сока, и его стекло тотчас запотело. Он вложил стакан в ее руку. Она разглядела его, прежде чем отпить: стекло было украшено причудливой огранкой и золотыми узорами.
— Благодарю, Ваше Высочество, — сказала Изабелл. — Ой! А что это?
Напиток оказался смесью кислых и сладких соков. Он прекрасно утолял жажду, но был весьма непривычен для ее вкуса.
— Это традиционный напиток. Гранат, дыня, мята и множество других составляющих.
— Необычно. Спасибо. Сегодня замечательный выдался день. А этот оазис — настоящее чудо природы. Невероятно, сколько зелени и свежести может быть на таком маленьком кусочке пустыни!
— Чуть ниже по течению ручья есть заводь, в которой можно искупаться. Пошли.
— Купаться?
— Почему бы нет?
— Но я не готова к купанию.
— Как хочешь. Но, очень жаль. Ты бы получила огромное удовольствие и порадовала бы меня. — Он с недоумением смотрел на Изабелл. Она казалась поникшей. — Белль? Скажи, что ты хочешь. Я все для тебя сделаю.
— Чего я хочу?
— Да, я слушаю.
— Я хочу, чтобы вы поцеловали меня, — прошептала Изабелл, отведя глаза в сторону.
Принц удивленно замер на миг, потом медленно подошел к жене, присел перед ней, обхватил ее лицо руками и нежно сказал:
— Неужели это все, что я могу для тебя сделать?
Он стал целовать ее руки.
— Я хочу...
Она не договорила. Принц поднял на нее свои зеленые глаза и вгляделся в ее приоткрытые губы.
— Я хочу... — повторила Изабелл. — Хочу, чтобы вы любили меня.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Ее веки закрылись. Принц смотрел на нее. Он застыл в немом ликовании. Ощущение триумфа наполнила его жилы жарким вязким упоением.
