вам полный наш разговор. Ховат сделал мне комплимент по поводу внешности и посетовал, что я ушла на покой. По его мнению, следовало вернуться к съемкам, как только я восстановилась. Спросил, лучше ли мне теперь, я ответила, что да. К счастью, инсульт меня пощадил. Потом Ховат сказал: «Я каждый день учусь новому, обожаю кино, прилежно его изучаю и тщательно исследую. Воспоминание о вашей сцене из “Смерти в Оверни” преследовало меня до тех пор, пока я не разгадал причину. Я знаю, кто вы, Тедди». Я сделала ему какой-то комплимент, а он возразил: «Нет, я – это я, а вы – это вы. Вы отлично понимаете, что я имею в виду. Я много лет мечтал поработать с вами и до смерти горжусь тем, что вы согласились». Вот и весь наш разговор.
– И как вы отнеслись к его словам?
– Мне было очень приятно – ведь Ховат один из величайших режиссеров современности.
– Не зря же он вернул вас на экран. А после этой встречи вы еще разговаривали?
– После этого мы виделись только на съемочной площадке.
– Он не объяснил, что имел в виду?
– Нет. А вы видели фильм?
– Да, на прошлой неделе я был на предварительном показе. Хочу спросить вас еще кое о чем. Многие отметили, что вы единственная британская актриса в фильме, хотя он частично снимался в Великобритании, в Дорсете. Вы играете американку, и у вас очень убедительный американский акцент.
– Ну ведь это американский фильм об американцах, как иначе, – ответила Тедди с американским акцентом. – Здесь снимали из-за натуры – нужен был большой дом на берегу моря. Акцент не проблема – я умею говорить с разными акцентами. Это один из навыков актера.
– Как вы считаете, Спенсер Ховат пригласил вас из-за «Смерти в Оверни»?
– Может быть, да, а может быть, и нет. Спросите у него сами, – ответила Тедди, уже без акцента и как будто менее уверенно.
Джастин бросил взгляд на диктофон. Оставалось еще несколько минут записи и полностью чистая вторая сторона кассеты. Он мысленно пробежался по списку вопросов.
– Пожалуй, это все. Спасибо!
Он выключил диктофон и откинулся на спинку дивана. Тедди тут же подлила вина ему и себе.
– Вы спешите, или мы можем прикончить эту бутылку вместе? – спросила она, и Джастин поднял бокал в знак одобрения.
Они просидели еще около часа, попивая вино и приятно болтая о старых фильмах, любимых фильмах, фильмах, которые им не понравились, фильмах, в которых снималась Тедди и другие актеры. Она охотно сплетничала о коллегах, хотя, по ее словам, не поддерживала с ними связи после ухода из кино, а некоторые из ее близких знакомых уже умерли. Джастин всегда любил, когда актеры говорят друг о друге. Тедди предупредила, что рассказывает все это не для записи, и он пообещал не включать сведения из их неформальной беседы в интервью, хотя постарался все же запомнить услышанное. Розалинда Дей предупреждала, что редакционная политика «Обзервера» не предусматривает согласования текста интервью, тем не менее Джастин пообещал: если захочет включить в интервью что-то из сказанного не под запись, то созвонится с Тедди перед отправкой текста в редакцию.
Он втайне надеялся, что сейчас, расслабленная, она расскажет о том, как начиналась ее карьера – что привело ее в кино, как она начала сниматься, какие у нее были связи. Увы – бутылка вина быстро подошла к концу, а о прошлом Тедди так ничего и не рассказала. Джастин прямо спросил, кем она работала, прежде чем стала актрисой. Тедди лишь покачала головой. Этот период ее жизни так и остался тайной.
Вскоре Джастин распрощался и через пару часов уже был дома, в Лондоне. На следующий день, расшифровывая запись, он неожиданно вспомнил, что несколько лет назад купил, но так и не прочитал книгу о карьере Хьюго Маршала Тернбулла. Хотя Тернбулла не знали за пределами Великобритании, среди коллег он имел репутацию надежного и профессионального режиссера, на которого можно положиться. «Смерть в Оверни» – один из ряда короткометражных фильмов, которые он снимал в тот период, и в книге ей была посвящена целая глава.
Закончив работу, Джастин взялся за чтение и обнаружил, что книга написана весьма хорошо и увлекательно, содержит кое-какие сведения о съемках фильма и подробное описание роли Тедди. На основе своего интервью и этих материалов он написал весьма благожелательную биографическую статью, постаравшись не просто зафиксировать ответы на вопросы, но и передать впечатление, которое Тедди произвела на него как человек. Описал ее маленький домик, драгоценный кубок, миролюбивых котов, подробно рассказал о старом триллере по французскому роману, упомянул слова Спенсера Ховата о том, что он знает, кто Тедди такая, и блестяще охарактеризовал ее игру в новом фильме.
Роз из «Обзервера» одобрила статью, и ее опубликовали в журнале-приложении на следующих выходных, два дня спустя после официальной премьеры «Молчаливого гения» в Лондоне. Фильм получил хорошие рецензии. Некоторые критики особо отметили роль Тедди Смайт.
Джастин сходил с Роз на несколько свиданий, однако из этого ничего не вышло.
Лишь несколько недель спустя закончилась пленка в камере, и только через три недели после этого Джастин освободил вечер для проявки. Увидев негативы, вспомнил о тайне студийного портрета, висевшего у Тедди в гостиной, увеличил лучший из двух сделанных снимков и положил в сумку. А некоторое время спустя зашел по делу в библиотеку Британского института кино и решил заодно попытать счастья в поисках неизвестного актера. Перелопатив гору журналов и книг, он наткнулся на ту самую фотографию в сборнике «Звезды немого кино».
Актера звали Рой Таллис. В энциклопедиях о нем писали скупо: в 1920-е годы снялся в нескольких немых фильмах, успешно перешел в звуковое кино, сыграл всего в двух картинах, в 1931 и 1932 году, а в 1933 году скончался. В одной энциклопедии говорилось, что причина неизвестна, в другой утверждалось, что в последние годы жизни Таллис страдал алкоголизмом и покончил с собой.
Джастин плохо знал ранний период истории кинематографа и имел смутное представление о большинстве фильмов той эпохи, не считая картин с Жанетт Маршан и некоторыми другими крупными звездами. Он запомнил информацию о Рое Таллисе и позже написал Тедди Смайт о том, чей портрет, оказывается, висит у нее на стене.
Несколько месяцев спустя Джастин наткнулся на статью о Рое Таллисе в американской энциклопедии довоенного кино. Настоящее его имя было Борис Михайлович Морозов. Он родился в Чикаго в 1901 году в семье русских эмигрантов, а повзрослев, сменил имя и переехал в Калифорнию в поисках славы. Таллис снялся в шести немых фильмах на второплановых ролях и в 1926 году получил первую главную роль – как раз тогда, когда студии начали переходить на звуковое
