парковке. Она села в джип, в котором от ярко сиявшего на небе солнца было настоящее пекло. Ноги у Ребекки налились свинцом, страшно хотелось есть. Голос совсем пропал от того, что она все время звала Джонни.
Но никакого Джонни в лесу она так и не нашла.
* * *
Весь следующий день Ребекка провела на улице, наблюдая за морем.
От рассвета до заката она просидела, почти не двигаясь и не сводя взгляда с водной глади.
В ту ночь после того, как она поужинала содержимым одной из консервных банок, снова пошел мелкий дождь и вода опять потихоньку закапала с потолка. Тогда-то ей и показалось, что она слышит шум судового мотора. Ребекка вскочила на ноги, кинулась к окну и уставилась в темноту. Чем пристальнее она вглядывалась во мрак, тем больше убеждала себя, что две ночи назад действительно видела вспышки света в океане. Это и правда были судовые огни? Или у нее начались звуковые и слуховые галлюцинации и она видит и слышит то, чего нет на самом деле?
Ребекка постаралась проанализировать свои ощущения и пришла к неутешительному выводу о том, что никаких зрительных образов на море не возникает, а шум то усиливается, то исчезает в зависимости от силы ветра. Минут сорок спустя она сдалась, отошла от окна, легла на матрас и поняла, что больше всего ей сейчас хочется разрыдаться.
Но потом она вновь услышала тот самый звук.
Она вскочила на ноги, ринулась к двери, распахнула ее и побежала на задворки магазина, откуда хорошо был виден океан. Неужели это звук лодочного мотора? Ребекка принялась отчаянно размахивать фонариком, держа его высоко над головой.
Ничего. Никаких звуков, кроме мягкого шелеста волн, никакого проблеска на море.
Мысленно отругав себя за нелепое поведение, Ребекка вернулась в магазин, легла на матрас и забилась под груду одеял. Она попыталась заснуть, закрыла глаза и постаралась не прислушиваться к ритмичному шуму моря. И тут ей вновь послышался рокот судового двигателя.
Она выбежала наружу.
Ничего.
Так продолжалось всю ночь.
Ранее
Ребекка толчком пустила телефон по поверхности кухонного стола, пока он не оказался прямо под носом у Гарета, но на лице мужа не отразилось никаких эмоций.
Он безостановочно крутил в руках стакан с виски, и немного янтарной жидкости пролилось ему на пальцы.
– Ты не должна была его найти, – проговорил он едва слышно.
– Но ведь нашла. Кстати, откуда ты узнал, что телефон у меня?
– Кира мне сказала. Она подслушала, о чем вы говорили с Ноэллой, и спросила меня, есть ли у меня секретный телефон, о котором мамуля ничего не должна знать.
Ребекка горько улыбнулась. Она так волновалась, что девочки могут пострадать, если она объяснится с Гаретом, а в реальности именно Кира невольно сообщила Гарету о том, что он попался.
– Когда ты его нашла? – спросил он.
– Десять месяцев назад.
Он нахмурился:
– Почему ты о нем раньше не говорила?
– А сам-то как считаешь, Гарет?
«Из-за дочек. Из-за нашего брака. Из-за нашей совместной жизни», – мысленно произнесла Ребекка.
– Мне очень жаль, – пробормотал Гарет.
– Жаль? В чем же ты так страшно провинился?
Взглядом Гарет молил ее о том, чтобы не произносить причину вслух. Голова у Ребекки закружилась, ее бросило в жар, тоска стиснула грудь, и слезы рвались наружу.
«Только не плакать!» – велела она себе.
– Я не хотел делать тебе больно.
– Неужели? Как-то ты поздновато спохватился.
– Она ничего для меня не значила.
«Она» – Ребекку это короткое слово просто подкосило. Гарет замолчал, и она тоже молчала. Хочет ли Ребекка знать, кто такая «она»? Имеет ли это сейчас хоть какое-то значение?
– Я был так занят на работе. Все произошло как-то само собой…
Он сглотнул слюну и продолжил, не осмеливаясь взглянуть Ребекке в лицо:
– В общем, так вышло. И я все время думал, что надо бы этому положить конец, но не мог…
Ребекка заморгала: «Только не плакать! Он того не стоит. И вся эта пошлая интрижка того не стоит».
– Мы вместе работали над одним проектом, и вот… – его голос вновь прервался.
«Как же ты жалок, Гарет, – подумала она. – Жалок и предсказуем. Говоришь избитыми фразами. Убеждаешь меня, что собирался с ней расстаться.
А отважился признаться только сейчас, да и то потому, что я нашла этот злосчастный телефон».
Вслух она ничего из этого не проговорила, а только посмотрела на мужа. Ее молчание его буквально убивало, черты его лица заострились, исказились от страха и стыда. Ребекка даже не успела позлорадствовать, потому что взглянула на Хлою, крепко спавшую в своей коляске и не ведавшую о том, что мир их семьи рушится. И в этот раз Ребекка не смогла сдержать слез.
Теперь стало понятно, почему в электронной почте были сообщения от бутиков, в которых Гарет отродясь себе ничего не покупал. Он делал подарки ей, своей любовнице. Еще до сегодняшнего тягостного разговора Ребекка поискала в интернете название винодельни и узнала, что при ней есть небольшой, но очень дорогой отель… Что ж, теперь все встало на свои места.
– Вы двое хорошо провели время на севере штата?
Гарет молчал и не смотрел ей в глаза.
– Похоже, отель там просто роскошный, – сказала она и, посыпая солью свежую рану своей обиды, добавила: – Пытаюсь вспомнить, когда мы с тобой туда ездили.
Оба они знали ответ.
Никогда!
Еще до того, как она забеременела Хлоей, да и потом не один раз она просила его свозить их куда-нибудь на выходные. Чтобы они двое вместе с Кирой отдохнули где-нибудь подальше от города, от шума и суеты, чтобы взрослые на какое-то время забыли о рабочих проблемах, чтобы расслабились… Но каждый раз он придумывал какую-нибудь отговорку. То он слишком устал, то слишком много работы. То слишком дорого.
– И она болеет за «Джайентс», так? – спросила Ребекка, нанося последний удар точно в цель. – Тебе очень повезло. Я ведь так и не научилась за все эти годы разбираться в американском футболе.
– Прости меня, Бек, – одними губами почти беззвучно прошептал Гарет.
– А почему Уиллард Ходжес?
Он пожал плечами.
– Откуда взялось это имя?
– Просто придумал, – пробормотал Гарет, но в лице его что-то дрогнуло, и она не поняла, был ли то нервный тик или он хотел скрыть что-то важное.
Но сейчас у нее не было ни сил, ни желания во все это вникать.
– Тебе придется уйти, – проговорила Ребекка, и в ее голосе зазвучала сталь.
– Бек, послушай!
– Хочу, чтобы ты ушел.
– Не руби с плеча, Бек, нам нужно все обсудить.
– Обсуждать нечего! Я хочу, чтобы ты сегодня же убрался из этого дома.
– Бек, послушай…
– Я видеть тебя не хочу, Гарет. – Каждое слово, каждый вздох давались ей с трудом. – Я просто-напросто не в состоянии тебя больше выносить рядом с собой.
17
На приборной панели загорелся предупреждающий сигнал.
Случилось это тогда, когда Ребекка вновь ехала в лес, чтобы продолжить поиски Джонни, и была настолько занята своими мыслями,
