да?
Волк рычит, впивается клыками в деревяшку и дергает лапами.
- Не дразни его, - коротко роняет Лука и, уложив поломанную лапу между тонких, словно линейки досточек, аккуратно соединяет поломанную кость. – Надеюсь, мне в карму зачтется, - смотрит на меня с улыбкой.
- Да, конечно, - киваю я и тут же попадаю под огненный обстрел синих глаз Захара.
- Хмм… Блонди.
Вот умом понимаю, что он ни в чем не виноват. Не стрелял, меня успокаивал, но сейчас все шутки Захара я воспринимаю как что-то лишнее и совершенно неуместное. Другое дело, Лука…
- Дядя Зак, дядя Зак! – подпрыгивает невдалеке Мишка. – Расскажи про закон.
- Сейчас лапу этому дурню перевяжем, наденем воротник и уложим в вольере. А за чаем я расскажу.
- А я и так знаю! – обнимает Захара ребенок. – Мне бабушка Алиса рассказывала. Давным-давно люди и волки заключили перемирие. Человек взял к себе собаку, а волку досталась…
- Вольная воля, - хором заканчивают все Беровы.
- Миш, поторопи брата, где он застрял? – глухо рычит Лука. И морщится, когда дверь с шумом раскрывается.
- Что тут у вас происходит? – замирает на пороге Алиса. К ее ноге жмется Потап, а рядом уже скачет неугомонный Мишка.
- Вот, Алиса Михайловна, - официально заявляет Лука. – Проводим репозицию кости отдельному представителю класса псовых, подвид волк обыкновенный, сильно обнаглевший. Бинт принесли?
- Да, вот, - протягивает Алиса и непонимающе смотрит на внуков. – А я могу поинтересоваться? С какой целью?
- Поселим у нас в живом уголке. Будем детям и нервным дамочкам показывать, - в сердцах бросает Захар и, поднявшись на ноги, быстро выходит из сарая. И в этот момент мне хочется раздвоиться. Одна часть побежала бы за младшим Беровым, а вторая – осталась бы со старшим.
Но я упрямо продолжаю стоять на коленях рядом с Лукой и держать волка за густую и жесткую холку.
«Нехорошо получилось, - размышляю расстроенно. – Захар на меня обиделся. Но с какой стати? – пыхчу мысленно и добавляю раздраженно. – На обиженных воду возят. И вообще мне никто не нужен из Беровых!»
- Дай-ка я, - перехватывает у внука инициативу Алиса. – Держи шины, - указывает на лапу, со всех сторон обложенную палками. Ловко бинтует, а волк рычит. – Поговори тут у меня, - щелкает пальцами по носу. – Еще скажи спасибо, что живой. Не по закону, но ты сам виноват, Грэй…
- Вы его знаете? – удивленно охаю как сова.
- Да он у меня и у соседей вечно кур крадет.
- Он больше не будет… - выдыхаю как маленькая.
- Конечно, не будет, - смеется Алиса. – На трех лапах не поохотишься.
А вот мне не смешно. Ясен пень, это она поставила в сарае капкан. Мерзкая бабка!
Снова хлопает дощатая дверь сарая.
Возвращается Захар с постилкой и ограждением вольера.
- Вот, Лука, устраивай зверя, - стелет старое толстое одеяло возле верстака. Как раз в том месте, где и прятался Серый. И поворачивается ко мне. – Ты хотела вернуться в отель, Милена? - в голосе сквозят отстраненность и холодность. – Поехали, отвезу.
«Хотела, но уже передумала!» – чуть не слетает с языка. Мешкаю. Жду, когда Алиса пригласит попить чаю с оладьями. Но старуха молчит, озабоченно перевязывая лапу.
И Лука даже не смотрит в мою сторону. Не просит помочь.
- Да, конечно, - отпустив волка, поднимаюсь на ноги. – Отвези, пожалуйста. Я устала. Хочу отдохнуть.
Глава 17
– Хорошо, едем, – как только я выхожу на крыльцо, недовольно крякает Захар. Задумчиво роется в кармане широких лыжных штанов, достает ключи от автомобиля и тянет меня за руку.
- Пойдем…
А за сараем на расчищенной площадке стоит намытый черный Хамер. Захар щелкает деловито брелоком. И агрессивная огромная тачка подмигивает ему фарами.
Беров даже не оглянувшись идет к машине. Холодный ощетинившийся и совершенно чужой.
Вот скажите, пожалуйста, в чем я провинилась? Жена я ему, что ли? Или невеста? Да мы почти незнакомы. И нечего вести себя, будто двадцать лет в браке!
«Интересно, а какой он в семье? Наверняка добрый, заботливый и… теплый», – тоскливо пялюсь на широкую спину. По телу сразу бегут мурашки. А сердце ноет…Чувство такое странное, будто я потеряла что-то.
«Ерунда!» – отмахиваюсь от глупых фантазий. Ежусь от охватившей дрожи и неожиданно останавливаюсь.
– Захар! – зову негромко.
Есть шанс, что Беров не повернется. Сделает вид, что не слышит.
Но он поворачивается.
– Чего тебе, Блонди? – смотрит насупленно.
– Мне нужно переодеться, – распахнув пуховик, показываю на Алисин свитер. Теперь он не кажется мне теплым и уютным. Хочу от него побыстрее избавиться. Шею и запястья кусает колючая шерсть. Да и толстит он меня. Точно! Толстит!
– Потом через службу сервиса передашь, – равнодушно роняет Захар.
– Подожди. Пять минут всего, – прошу и уже со всех ног несусь к дому. Влетаю в знакомую комнату. Наскоро стягиваю Алисину дерюжку и надеваю свою мягкую мохерку.
Впопыхах накидываю пуховик и бегу на выход. Рывком открываю дверь и в проеме сталкиваюсь с Алисой.
– Можно вас на минутку, Милена? – улыбается она одними губами. А глаза так и остаются внимательными и колючими. Точно как ее свитер!
– Что вы хотите? – делаю шаг в сторону. И искренне не понимаю, что от меня понадобилось этой странной бабульке. Мы с ней впервые сегодня встретились!
– Что я хочу? – хватает она меня за запястье цепкими наманикюренными пальчиками. – Я знаю, кто ты такая, и кто тебя прислал. И поэтому предупреждаю. Оставь в покое моих внуков, слышишь? Ты сюда заявилась их поссорить? Разбить им сердца?
