смотрит на меня Блонди.
Препираюсь с ней, а сам на людей Фалькона поглядываю. Алекс с Феликсом, ядрена кочерыжка. И если Алекс что-то листает в телефоне, то Феликс, сука, по сторонам озирается.
– Вообще-то я тут живу и работаю, Блонди. Никакой фантастики, булочка. Просто спустился на лифте, – технично завожу девчонку в ближайший коридор. Взглядом показываю охране, чтобы в служебные помещения никого из посторонних не впускали, и, зажав Блонди у стены, блокирую, чтобы не дернулась. Прижимаю девчонку к себе, убираю волосы с красивого лица и раздумываю, как быть? Вести ее к брату или к себе? Взять на руки… Зацеловать.
Мимо проходят парни из узла связи. Косятся на нас с интересом. Другого места для прогулок не нашлось? Устроили тут хождение строем, не сидится им на рабочем месте.
– А для чего был затеян весь этот цирк с санями и конями? – фыркает возмущенно Милена.
– Да за тобой хотел поухаживать! – выдыхаю возмущенно. И сам на себя сержусь. Ну и на родственников тоже! Какого я им позволил усесться в сани? Почему не сдал племянников Луке? Какого хера вообще заявился к Алисе?
– За невестой своей ухаживай, – гневно выдыхает Блонди. А меня кроет от бешенства.
– Это тебе Алиса наболтала? – рычу, не сдерживаясь. – Ну да, больше некому.
И не знаю, чего хочу больше. Заявить на девчонку свои права или придушить собственную бабку. Вот какого лезет, куда не просят?
– Пойдем, – веду упрямицу к Луке. И даже сам не подозреваю, во что выльется наша беседа с Миленой.
Уехать она решила! Ага! Сейчас! Особенно когда по округе рыщут люди Фалькона! Особенно когда я понял, что ради нее готов и в ЗАГС сходить.
Хрен я тебя отпущу, девочка!
– Я расстался с Ядвигой, – сообщаю мимоходом. Может, хоть это подействует.
– Ну и что? – складывает губки бантиком Блонди. – В любом случае я против всяких извращений. Отдайте мне ключи, Захар Потапович, и я уеду. Прямо сейчас. Пофиг на ваш аттракцион невиданной щедрости! – трусит она к дверям, а у самой слезы на глазах.
И тут до меня доходит. Твою ж мать!
– Погоди, Блонди! – хватаю Милену за руку. – Ты чего удумала, девочка? – рычу, сгребая в охапку.
Даже в глазах темнеет, стоит только подумать, что я и Лука… Да я этого придурка близко к девчонке не подпущу.
– Ты решила, что я буду делить тебя с братом? Да ни фига! Ты моя, слышишь? Только моя! – выдыхаю яростно. И готов самому себе открутить башку. Какого нормально не озвучил условия сделки? Блонди и надумала невесть что!
– Вот еще! – негодующе топает она ногой. – Ты кто такой, чтобы меня присваивать?
Лука, решив не вмешиваться, отходит к окну. Вот так всегда! Сам замутит фигню, и в сторону. А мне расхлебывай.
– Кто я такой? – выдыхаю яростно и, обхватив за плечи обеими руками, трушу как куклу. – Я тебе сейчас объясню, Блонди. Все объясню, – обхватываю рукой затылок. Веду пальцем по пухлым губам, а потом целую. И сам пропадаю в этом омуте по имени Блонди. Просто крышу сносит нереально. Она еще сомневается во мне.
Сама же хочет, маленькая дурочка!
Глава 20
– К тебе или ко мне? – выдыхает мне в губы Захар. Ноги подкашиваются, голова не соображает, а губы уже шевелятся, будто не подчиняются мозгу.
– Ко мне.
– Захар… – предупреждающе рычит от окна старший Беров. – Дел полно…
– Потом, – огрызается тот и, схватив меня за руку, тянет из комнаты. Вылетая следом, оглядываюсь. Замечаю обалдевшее лицо Луки и шепчу еле слышно.
– Простите-е.
– Ты чего перед ним извинялась? – зажимает меня Захар в первом попавшемся углу. – Или решила воплотить в жизнь дурацкие фантазии?
– Ты о чем? – лепечу, заикаясь. – С ума сошел? – пытаюсь стряхнуть вездесущие руки с тела.
– А то давай вернемся, – рычит он грозно, и я внутренне вся содрогаюсь под его рыком. – Не надейся даже, – горячо шепчет на ухо. – Я же сказал, что ты моя… Ни с кем тебя делить не собираюсь.
И снова залепляет мне рот поцелуем.
А меня трясет, как в лихорадке. Этот мужик так действует? Или мне приворотного зелья в борщ подлили?
Слабо понимаю, как мы с Захаром добираемся до моего номера. Какими коридорами он меня ведет, ему одному и известно. Кажется, брось он меня здесь, и я в жизни не выберусь. Деревянные бревенчатые стены везде одинаковые, цветы в кадках – тоже. Не иначе как у Берова в голове летная карта.
«О чем ты думаешь, Милена?» – силится проснуться здравый смысл. – Зачем тебя звали братья? Для какой такой беседы? Голову включи, а?»
Но не включается она, хоть тресни!
– Ключ от номера дай, – протягивает ладонь Беров.
– А, да, – охаю, только сейчас понимая, что мы с ним стоим около моей двери.
– А где? – хлопаю себя по карманам и не нахожу. – Я его, наверное, где-то потеряла, – лихорадочно шарю по карманам. – Нет его! Придется возвращаться и искать, – добавляю понуро. Желание моментально испаряется, а ему на смену приходит тревога.
Еще и ключ посеяла! Теперь придется возмещать.
– Не боись, Блонди, – отрывисто бросает Захар и тут же вызывает горничную.
– Номер нам откройте, пожалуйста!
От этого «Нам» дергаемся и я, и горничная. Она смотрит на меня внимательно и насмешливо. Видимо, Захару не впервой по номерам девушек водить.
Женщина вытаскивает из кармана формы электронный ключ, прижимает его к считывающему устройству. Распахивает дверь и вскрикивает от неожиданности.
– Ой, мамочки, – зажимает рот ладошкой и не двигается с места,
