class="p1">— А ты с кем переписывался? — отвечаю я.
— У тебя на лице широкая улыбка.
— У тебя тоже.
Он похлопывает себя по животу.
— Вкусные вафли. Милые котята. Милое исполнение песни «Идет Санта Клаус» вчера вечером по дороге домой. — Он царапает когтями воздух, а я вспоминаю свою игру слов после того, как мы впервые нашли котят.
Наши губы, соединившиеся вчера вечером, заполняют все мои мысли. Слишком поздно, чтобы остановить румянец, который появляется через три, два, один…
Было бы странно упасть лицом в свою миску с клейким месивом, то есть с хлопьями?
Телефон Джио подает сигнал.
Мгновение спустя подает сигнал мой.
Парень берет свой и смотрит на сообщение. Я отворачиваюсь, прикрывая телефон рукой, чтобы он не смог подглядеть.
Чувствую на себе его взгляд. Смотрю на него, и Джио прищуривает свои ярко-синие глаза в мою сторону, как будто чувствует, что я что-то скрываю. Его телефон разражается серией звонков.
Мой снова подает сигнал.
Он тянется к нему.
— Лапы прочь, — говорю я.
— Можешь посмотреть мой, если я посмотрю твой. — Улыбаясь, Джио протягивает мне свой телефон. Я вижу имя Фрэнки в верхней части текстового потока.
А также вижу свое имя. Бабочки порхают в меня в животе.
Пока я отвлечена, парень быстрым движением выхватывает у меня телефон.
— У меня было ощущение, что ты также переписываешься с моей сестрой.
Я беру его телефон и прокручиваю сообщения вверх, мой пульс учащается от сладкого сиропа и этого странного и флиртующего развития событий.
— Ты спросил Фрэнки, одинока ли я? — Мои щеки пылают, когда я читаю ответ Фрэнки.
Фрэнки: Даже не думай вонзить свои когти в мою сладкую, невинную Эмонд Джой.
Джио: Ты имеешь в виду Джей Лав?
Фрэнки: Джованни Коста, не смей!
Джио: Ну же, я хочу получить твое благословение. Я хочу, чтобы Джой стала моей единственной.
И все. Фрэнки не ответила. Моя челюсть медленно опускается, и я бросаю телефон на стол, как горячую картофелину. Конечно, он шутит. Дразнит тихую, застенчивую девушку, которая явно в него влюблена.
Мне нужна стратегия, чтобы противостоять этому мускулистому мужчине с заложенными за голову руками и прикованными ко мне ярко-голубыми глазами.
Ах, да. Он флиртует со всеми. А я — новенькая. Теперь все понятно. Я представляю, что у него есть маленький блокнот, в котором записаны все его успешные завоевания… а я — просто еще одно имя в списке, вызов, очередной трофей.
Джованни потягивается, демонстрируя кожаный ремень и тонкий контур талии, подтверждающий вафельный пресс. Пальцами сжимаю край стола, когда меня охватывает трепет, и я практически падаю со стула.
Несмотря на то, что я больше всего на свете хочу съесть пиццу и пирог во всей их глютеновой красе, я должна сопротивляться. И также не могу поддаться соблазну Его Величеству Сексуальность. Он не только под запретом, но и, будем честны, не в моей лиге. Я не тролль и не думаю о себе плохо, хотя Сэмпсон изрядно потрепал мое самолюбие. Однако Джио — это, ну, Джио. Он всемирно известен, невероятно красив и пахнет как в раю. Не то чтобы я знала, но не могу представить, что бы было иначе.
Отчасти проблема в том, что я боюсь, что это влечение может быть только поверхностным, а мне хочется чего-то настоящего, чего-то долговременного. Навсегда. Это не очень-то помогает мне избавиться от трепета и от острого желания случайно поцеловать его снова.
Я напоминаю себе, что у меня аллергия на Джованни Косту. Лекарство заключается в том, чтобы держаться подальше от Его Величества Сексуальности. Я не позволю себе поддаться на его мужские уловки.
Какие уловки? Вообще-то я не знаю, но у Джио их должно быть очень много.
ГЛАВА 6
ДЖОВАННИ
Миссис Гловер возвращается на кухню и дает нам инструкции по уходу за брошенными котятами. Поверьте, я не только слушаю, но и размышляю об обмене сообщениями между Джой и моей сестрой.
Меня очень озадачило то, что в то время как мои сообщения Фрэнки выражали интерес к ее лучшей подруге, ее сообщения, похоже, были противоположными.
Помните мой послужной список? Я никогда не проигрывал. На самом деле, не могу вспомнить ни одного случая, когда женщина не проявила бы ко мне интерес.
Но, с другой стороны, меня никогда не привлекала лучшая подруга моего брата или сестры. Не могу представить, что между ними может быть какой-то странный договор о верности. Мы взрослые, зрелые люди и уже давно вышли за рамки школьной драмы. Почему это должно иметь значение, если бы у нас с Джой случилась небольшая интрижка?
Миссис Гловер готовит специальный состав молока для каждого из котят и показывает нам, как его давать. Джой берет Джингл, а я — Джолли. Как и в те разы, когда я кормил своего племянника сцеженным грудным молоком Фрэнки, маленький котенок широко раскрывает глаза, а затем медленно закрывает их, когда жидкость заполняет его животик.
Джой переводит взгляд на меня, когда Джингл прижимается к ней.
— Так мило, — шепчет она, прежде чем испустить довольный вздох.
В отличие от того случая, когда кухня накренилась, когда наши взгляды впервые встретились, на этот раз мир выпрямляется, все становится на свои места и попадает в гиперфокусировку.
Несколько мгновений назад я спросил себя, какое это имеет значение, если у нас с Джой будет небольшая интрижка. И уже ответил на свой вопрос. Мы находимся на том этапе жизни, когда качество важнее количества. Связь важнее пустой болтовни. Обязательства важнее случайных знакомств.
По правде говоря, у меня за плечами несколько неудачных помолвок. Не то, чем можно гордиться. Поклявшись больше никогда не идти по этому пути, я начинаю задумываться. Может, в этот раз все будет по-другому?
У меня нет возможности подумать об этом, потому что нам пора на работу, иначе Томми пригрозит мне увольнением. Не то чтобы мне нужна была эта работа, но я не буду единственным братом, которого вышвырнут из семейного бизнеса.
— Хочешь, подвезу тебя до магазина? — спрашиваю Джой.
— Да, подвези. Мне сегодня нужна машина. Я посещаю занятия по изготовлению поздравительных открыток в «Хоук-Ридж-Холлоу Хелперс». Это наш местный центр для пожилых людей. — Миссис Гловер возбужденно улыбается. — Мне пора собираться. Я вернусь через несколько часов. Веселитесь, дети.
— Спасибо, что ответила за меня, мама. — Джой фыркает, как бы сожалея о сказанном, затем теребит нитку на фланелевой рубашке. — Уверен, что это не проблема, Джио?
