Дракон желал защитить её, забрать, унести. А император, чувствуя мощь моей сущности, приказал запечатать его.
Я посмотрел на свои запястья. Еле видимая нить браслетом опоясывала его. Печать! Её невозможно снять! Не существует в мире силы, способной убрать эти браслеты. Наложение требовало особого сложного ритуала сильнейших магов империи. Мой дракон навечно заперт во мне и он умирает. А моя любимая исчезла в неизвестном направлении. Я найду тебя, Селия! Слышишь?! Найду и спасу!
Почти три недели я, не просыхая, находился в замке. Жалел себя. Злился на себя. А ведь сколько времени упущено! Теперь от вины я готов умереть. Я найду её, привезу её сюда, куда империя не протянет свои длинные руки, даже если она возненавидела меня, даже если придется всю свою долгую жизнь смотреть, как она будет счастлива с другим. Найду…
— … что узнал Дарион.
Орс что-то говорил, а я задумался о своём и прослушал его.
— Осталось дождаться Дариона и узнать его вести. — повторил друг.
Я кивнул. Метэорин, Рант и Дарион — лучшие в разведке, оставались в империи тайно вести расследование. Первому было поручено разузнать, что стало с семьёй Селии. Её сестра, Аридена, пропала еще до свадьбы и никто не знал, где она. Селия очень переживала, а Варна ходила сама не своя. Ранту было поручено добыть сведения о заговоре против короны. Дарион должен был выследить, куда отправили Селию. Если он вернётся без новостей, придётся начинать искать сначала. Потому что след, взятый Рином, мог оказаться ложным, как и свидетель, утверждающий, что она была в том поселении и была мертва.
Я налил себе зеленоватой жидкости из графина, стоящего на подносе. Поморщился, понюхав его, и залпом выпил. Потом повторил.
— Эй, не так много, друг. Смотри я не дотащу тебя до комнат.
— А ты мне не жена, не командуй. — съязвил в ответ.
И тут в голову полезли неприятные мысли. Я не консуммировал брак с Селией, мы просто не успели, так как всё произошло в день нашего свадебного ритуала. Её так и забрали в белом из нежнейшего шёлка платье. Ритуал не был завершен. Поэтому Кассель говорил о расторжении, а Мэлэхор Мэрдос мечтал выдать свою дочурку за меня. Мареллия приходила потом в кабинет императора, предлагала "помощь", зная что творил её отец? Или не знала? Так хотела стать моей женой? Я ей ничего никогда не обещал. Если таким образом императорская семья решила наказать меня за непокорность в выборе жены? Но устраивать из-за этого казнь мужчин двадцати семей? не слишком ли велика цена? Нет. Тут что-то другое, а Селия попала в этот переплёт случайно. Решили убить сразу двух грылов одним ударом!
Не заметил, как Орс ушёл. Видимо, понял, что я сегодня тот ещё собеседник.
Ночь накрыла долину прохладной темнотой. Я поднялся к себе в покои, не раздеваясь рухнул на кровать. Стоило только коснуться подушки — провалился в небытие.
Глава 19. Вечер открытий
На очередном привале Верникс скрыл наш лагерь за прозрачными щитами. Защиты требовалось больше и щиты стали более осязаемы. В прошлый раз, наблюдая за его движениями, я не видела, что на самом деле лагерь покрывался защитным куполом. Сейчас же тонкая полупрозрачная пелена окружала нашу стоянку. С Веро мы отошли немного в туман сделать свои личные "дела", но, чтобы не терять из виду направление лагеря в плотном тумане, делали это по очереди. Одна из нас стояла между лагерем и второй.
Сменились, я отошла чуть дальше, все ещё видя её размытый туманом силуэт, только остановилась, как услышала шорох. Ступор. Я так и застыла на месте, боясь даже представить, что у меня там за спиной. Тишина. Шорох не повторился.
Вдруг я почувствовала рядом со своей щекой холод. Медленно скосила глаза и увидела труп. С наполовину выеденным лицом, одна глазница которого была пуста, а во второй вращался во все стороны глаз, пучился и немигающе высматривал. Волосы клоками свисали с целой части черепа. А в дыре пробитой головы был заметен почерневший мозг. Мертвец смотрел в сторону Веронии! Меня будто не замечал! Я отмерла, истошно заорала так, что казалось лёгкие сейчас выпрыгнут наружу. Веро дернулась ко мне и столкнулась с мертвецом. Резко выпустив клыки кинулась на него. Завязалась борьба, прекращённая ударом меча Верна. В глазах потемнело и я запоздало грохнулась в обморок.
Пришла в себя уже на пледе у костра. Рядом сидел Верникс и, видимо, пытался привести меня в чувства. Осмотрелась. Верония в порядке. Слава богу, цела! У меня в этом мире не было никого ближе её, она единственная, кто протянул руку помощи. Про отряд не могу сказать так категорично, им пришлось меня взять из-за Даго. А у него свой интерес. Интерес учёного, чтоб его.
Напряжённые взгляды я заметила сразу, лишь Веро сделала вид, что изучает содержимое своего рюкзака.
— Кто это сделал? — сухим голосом спросил Верникс. Я непонимающе моргнула. А он немного отвёл в сторону лёгкую ткань укрывающую меня. Твою ж налево, почему я раздета? Кажется я крикнула это вслух. Хорошо, хоть не сдёрнул сразу всё. Хотя, судя по их взглядам, они все увидели достаточно.
— Кто это сделал с тобой? — нагнулся ближе и почти выкрикнул в лицо.
— Тебе имена нужны? Извини, они не представлялись. — и с не меньшей злобой ответила я. — Что ты от меня хочешь?
— Я могу излечить твоё тело и…
— Нет. — твёрдо ответила я. Пока я в этом теле я должна помнить каким образом я попала сюда.
— После такого не выживают. Это руны забвения. Нанесены ритуальным кинжалом. После ритуала ты прожила бы не больше месяца. Сколько времени прошло? — Даго замолчал. Через несколько минут паузы продолжил: — Твоя аура, которая показалась мне странной. Я понял почему. Она была вся изорвана, но ты сумела как-то выжить, залатать её. Ты вселилась в тело, когда…
— Да! — перебила его. — Да! Вселилась! Когда, видимо, хозяйка этого тела умерла.
— Значит она не убивала, чтобы занять тело? — Спросил Зар, неверующе глядя на меня. Он, действительно, считал, что я убила девушку, чтобы вселиться в её тело?
— Магия, что скрыта в тебе, спасла тебя. — продолжил Даго. — Благодаря ей ты выжила. И ты принесла её с собой. Кто ты? Откуда?
Вечер открытий продолжается.
— Да, я попала в ваш мир в момент убийства этой девушки, я обвела руками себя — Но ты ошибаешься, во мне не было ничего магического. В моем мире нет магии.
— Что совсем? — вытянулся Арн.
— Совсем.
