— Я сказала нет. — Ногти Насти до боли сильно вдавились в ладони. — Я не буду. Ползи сама!
Мгновенно туалет вновь стал помещением из кафеля, а шум бегущей в ручье воды обратился журчащим краном. Настя с силой закрутила его и обернулась. Старуха, пристроившаяся за её спиной, отшатнулась со стоном бессилия. Настя увидела её прежней — иссохшей, седой и, отчего-то, жалкой. Приблудова решила не сбавлять темпа.
— Думаешь, я не понимаю ничего? Думаешь, я не знаю про перстень? — она надвинулась на призрака. — Чего ты хочешь от меня? Скажи, и я обещаю помочь.
Старуха закрылась руками, как дикая птица — крыльями, и шепнула:
— Дюже сильна ты стала, Настасья. Столетовский род очистился от пёсьей крови за восемь колен. Неужто, и моим мытарствам конец приходит? Неужто...
— Ба, — окликнула её Настя. — Просто скажи, чем я могу помочь тебе?
Ведьма выпрямилась и с прежней силой в голосе, прозвенела:
— То, что имаш² ты, Настасья, не твоё! А твоего покамест нету у тебя!Верни псу пёсье, а себе возьми своё!Вот мой наказ!
И сгинула, как прежде. Настя выдохнула, включила воду, снова умылась. Пригладила вздыбленные волосы. Оглядела себя: бледную до синевы, но ничуть не испуганную. Показала зеркалу большой палец вверх, улыбнулась, и пошла в галерею.
В торговом центре было совсем тихо и темно, но призраков Настя больше не боялась. Она накинула на плечи куртку, подхватила рюкзак и вышла вон через стеклянную дверь, полностью погруженная в себя и озадаченная. Ладно, то, что ей не принадлежит, она отдаст — и это перстень. Но что ей нужно взять? И у кого? У Валеры? Найти в доме бабушки? Что это может быть?
Настя неспешно брела по улице, когда услышала сзади торопливые шаги, и затем ее одёрнули за куртку. Она подняла глаза на очень возмущенного Валеру.
— Ну и как это понимать, Придурова? Я приехал с ней, жду, как мудак, мёрзну, травлюсь никотином. А она — усвистела! Причём так, что мы с Серым вообще провафлили! Вжух, и нету Насти. Испарилась, блин.
— Ой, Валер, — ошалело прошептала Настя. — Прости пожалуйста. Я про тебя забыла.
— Ну охренеть теперь, — ворчал Зорин, доставая новую сигарету. — А я её — жди. И где твоя несуществующая бабка? Я что-то не понял?
— А всё уже, — сообщила Настя. — Мы пообщались.
— Где?
— В туалете.
Зорин фыркнул.
— Да, это любимая балясненская традиция. Вы даже с привидениями в туалетах трёте? Ну, извини, что я мальчик, и мне в ЖО доступ закрыт. Так на чём порешили-то, сверхъестественная моя?
— Ну, — замялась Настя, — я обещала ей помочь.
— Чиво?! — взъерепенился Валера. — А ты, случайно, не отвязаться от неё хотела? Или мне показалось?
— Валер, ей надо помочь.
Тот сделал о-о-очень долгую затяжку.
— Твоя доброта сведёт нас в могилы. В белых тапках, которые, по прихоти твоего кота, теперь и на мне надеты.
Настя с усмешкой оглядела их с Зориным белые кроссовки, в которых вышагивали оба. И вдруг поняла, что идёт, кутаясь в свою любимую куртку. Настя пожужжала розовой молнией и сказала:
— Всё будет хорошо, Валер. Я знаю.
— М, ладно, поверю, — тот покрутил рукой. — С парнем твоим разговорились. Ты уж извини, но я рассказал ему всё, что знал.
Приблудова притормозила и осуждающе воззрилась на Зорина.
— И не надо на меня так смотреть. Могла и сама нас познакомить. А то он с таким щачлом подрулил, что я школу вспомнил. Думаю, всё, докурился. Не. Нормальный парень оказался, понятливый. Чего ты его за нос водила всё это время? Насть, я, как твой брат, дал добро. Он точно на Кирюшу не смахивает. На моцике, вон, гоняет. Хорошо поговорили. Даже номерами обменялись. Зачем, я не понял, ну да и фиг с ним.
— Ты ему и про бабку выдал? — охнула Настя.
— В первую очередь. Он обещал спросить какого-то Кукухина, типа тот с берзаринским музеем был связан.
— Докукина! — улыбнулась Настя. — Дмитрия Ивановича.
— Наверное. Короче, сказал, завтра напишет тебе. И чтоб без фокусов, Насть! Хороший мужик, берём.
— Ну Валер!
Они доехали домой, и Настя отвоевала себе комп, чтобы хоть чуть-чуть расслабиться. Валера развалился на диване, сперва смотрел с мобильника фентезийный сериал, потом заснул. Настя была увлечена игрой в «симсов» и не заметила, как к ним притулился Чижик. Причём, когда Приблудова ненадолго прервалась, она увидела, что кот забрался прямо на Валеру. Сперва Настя умилилась — Чижик начал признавать Зорина. А потом встревожилась. Кот пригрелся на груди у Валеры, урчал и жмурился, подобрав под себя лапки. Совсем как когда-то у бабушки в ногах.
«На больное место ложится! — любила хвалить Чижика Софья Михайловна. — Доктор мой. Как полежит, ходить легче».
У бабушки было три отрыва тромба на протяжении месяца. Последний застрял в сердце и оборвал её жизнь.
Валера спал и мягко, едва заметно улыбался. Ему снилось нечто приятное, наверное, Дашкины поцелуи. Зорин, как преданный пёс, оставался рядом с Настей, но всё же неощутимо и неотвратимо исчезал. С каждым вдохом, с каждым биением сердца...
Настя беспокойным движением головы стряхнула мрачные мысли.
— Всё будет хорошо, Валер, — шепнула она как можно тверже, чтобы самой поверить в это. — Всё будет хорошо.
Примечание к части
Что такое Гусарова без эпизода в сортире? Это невозможно, товарищи.
¹ — спорщица (устар.)
² — имеешь (устар.)
17. Лохушка
Light_Daria: Насть, а твой близнец в целом как, долбоклюй или нет? И, если не секрет, что он у тебя забыл?
Настя увидела сообщение и прыснула смешком. По ходу, Дашка положила глаз на Зорина.
«Просто живёт. Он очень хороший. Настоящий рыцарь. Но долбоклюй редкостный. Тебе стоит это знать».
Light_Daria: а почему долбоклюй? Честно только.
«Не знаю, как объяснить, — напряглась Настя, чтобы не очернить Валеру. — Но ему везёт на очешуительные ситуации по жизни».
Light_Daria: Ну в этом и мы с тобой спецы. Одна профессия чего стоит. А ещё?
Анастасия: Даш, спроси его сама, так будет правильнее. Но он очень хороший, уверяю. Я очень его люблю.
Light_Daria: А почему себе не берёшь?
Анастасия: Потому что.
Light_Daria: ???
Настя вздохнула. Всё равно Светлая узнает.
«Мне нравится другой парень, Даш».
Тут, конечно, раздалась трель, Дашка начала допытываться, кто он, хвалить Настю, что та нашла силы не упасть в депрессию от потери Кикуса, что она молодец, и что за неё очень радостно. Настя вяло отбивалась от щебета подруги и крутила в кармане перстень. День близился к концу. Приблудова успела побывать в галерее и сравнить семейную ценность с изображением на портрете Берзарина. Разумеется, перстни были идентичны. Настя просто хотела убедиться, что её не глючит. Итак, бубня сухие ответы в трубку и нервничая, Приблудова крутила в руках рубиновый перстень. И...
Бряк! Плюх!
Она даже не поняла, как это случилось. Перстень рыбкой выскользнул из пальцев, стукнул по решётке городской канализации и упал вниз, в тёмную грязь.
Нет! Не может быть!
— Даш, потом, пока, — буркнула Настя и, отключившись, пискнула на всю улицу: — Твою ж налево! Твою ж направо!
Истерика накрыла моментально. Как она сумела своими кривыми ручками одним мигом устроить тотальный армагеддон? Что это за сверхспособность?
— Бли-и-ин... — Настя вцепилась в решётку, пытаясь вынуть её. Но решётка оказалась то ли приварена, то ли зацементирована. — За что...
Огромная вина перед покойной бабушкой накатила лавиной слёз. Но Настя понимала: плакать бессмысленно. Надо было что-то делать. Кому-то позвонить. Но кому?
Настя: Даш, кому звонить, если уронишь кольцо в уличную канализацию?
Light_Daria: ого, дело к свадьбе?
— Даш, я серьезно! Вот вообще без шуток! — надиктовала Настя голосовое сообщение, чтобы передать всю степень расстройства.
— Звони 112, они вызовут коммунальные службы! — прислала Дашка ответное голосовое. — Насть, ну как так-то?
