— Ага.
— Так что, бери бабку за космы, nasty. Раз она теперь твоя лошадь. И держи кофе. В этот раз без пенки, ты её не заслужила. Получишь, когда со старухой разберешься. Если хочешь, я даже готов с тобой скатать на стрелку. Когда тебе там в Гиблово?
— В среду, — Настя опасливо хлебнула кофе и обрела чуть более счастливый вид. — Господи, как я жила без него?
— Поедем вместе. И если она тебя снова обидит, я, не как невчанин, а как твой суррогатный брат, её отпинаю. — Зорин упёр руки в тощие бока.
— Ладно, — рассмеялась Настя. — Валер, ты — капец ходячий.
Тот горделиво задрал нос.
— У нас, у Берзариных, в роду так заведено.
Примечание к части
¹ — песня группы «Пикник» — «Ты вся из огня».
19. Яхонтова
— Интересно, осень не забыла, что она — осень? — Настя выглянула в окошко и увидела то же голубое небо с солнцем, что и все прошедшие дни с середины сентября, за редким исключением.
— Если тебя не устраивает хорошая погода, вэлком ту Невгород, — подначил Валера. — Ты полюбишь серый цвет и научишься одеваться методом «капусты».
— Потому все невгородцы такие многослойные натуры? — метнула Приблудова колкость.
— Многогранные, прошу не путать! — сообщил Зорин, блаженствуя в кровати.
Настя посмотрела на квартиранта с завистливым прищуром и кинула в него игрушечной собакой. Но Валера только хохотнул и отбился подушкой. Настя при всем желании не назвала бы Зорина счастливцем, однако, ему-то пока можно было валяться хоть целый день дома и в ус не дуть!
Словно в ответ на мысли телефон зажужжал смской.
«Привет, Настён! — отметился Серёга. — Я допросил Докукина, он дал контакт бывшего смотрителя музея Берзариных».
После такого заявления, Настя поспешила перезвонить, про себя думая, как мало нужно парню постараться, чтобы вернуть доверие девчонки.
— Серёж, круто! — воскликнула Настя.
— Да, дедок-профессор ещё при Скопидомове просил забрать часть экспонатов и документов к себе домой. Чтобы не пропали, — бодрым голосом сообщил Баянов. — И у нас есть даже его адрес и телефон. Михаил Ильич Памятов. Новогибловский проезд, 17, квартира 28. Докукин с ребятами помогали ему отвезти добро.
— Рядом с парком, — определила Настя. — Он фанат Берзариных, вангую.
— Так-то он в Апраксинском институте преподает, доктор наук. Вроде, как монографии писал по временам Берзариных.
— Спасибо, Серёж, — от души поблагодарила Настя.
— Не за что, — скромно ответил Баянов. — Я рад помочь и приехать послушать, что он расскажет. Свяжись с ним.
— Ага.
Она решила позвонить профессору попозже, днём, а перед работой заскочить к маме с важной миссией — отжать перстень. Теперь уже официально.
Честно говоря, Настя прокрутила в голове несколько вариантов диалога, и ни один не показался ей убедительным. Скорее наоборот, Настя была уверена, что мама не отдаст перстень. Но он был необходим Валере! Набравшись смелости, Приблудова позвонила в самую знакомую на свете дверь.
— Буба! Вот явление, — удивилась намазанная какой-то серой хренью Нина Александровна. Видимо, то была новая супер-маска перед выходом на работу. — Ты чего так рано?
Настя замялась на мгновение, но, помня вчерашний разнос ведуньи, решила и тут идти напролом.
— Мам. Мне нужен бабин перстень. Вернее, я его забираю насовсем.
Мама как-то странно и часто заморгала на нее карими глазами и махнула рукой в комнату:
— А чего так официозно? Заходи, бери.
Настя не поверила своим ушам.
— Что, рили можно?
— А что ж нельзя-то?
В огромном недоумении, но все же воспользовавшись временным маминым помешательством, Настя шмыгнула в комнату и завладела сокровищем во второй раз. Проходя назад мимо прихожей, мельком глянула в большое настенное зеркало и чуть не подпрыгнула. Её обычно голубые глаза стали синими и глубокими, как чистейший Омульский лёд. Настя поняла, кто помог ей забрать перстень и, тихо шепнув «спасибо, бабушка», умчалась на работу.
День выдался хлопотным, но Насте не терпелось закончить его, чтобы показать Валере вещицу графа. Она не забыла дозвониться и Памятову. Старичок на том конце города оказался на редкость галантным и приветливым.
— Конечно, барышня, я с удовольствием вас приму завтра во второй половине дня. Я рад всем, кто интересуется историей района, несмотря на — ох-ох — трудные обстоятельства. Музей сохранен руками сотрудников. И несмотря на разногласия с бывшим владельцем дома — царствие ему небесное — нам его очень жаль. Приезжайте!
Настя поспешила поделиться радостной новостью с Баяновым, Серёга пообещал отпроситься с работы, чтобы составить ей компанию. Разумеется, в визите должен был поучаствовать и Зорин. Полная надежд на разгадку тайны несчастной старухи, Настя торопилась вечером домой. Ей не терпелось поделиться с Валерой своими находками и ещё кое-чем. Но, выйдя из метро в Цветково получила странное сообщение:
Zорин: Nasty, пока не приезжай домой. Постарайся потусить где-нибудь пару часов. И спасибо тебе за всё. С искренней любовью, Валера.
Естественно, этот призыв и прощание заставили Настю поступить с точностью до наоборот. Она рысью припустила домой, жутко волнуясь за придурка Зорина. А что, если он сдал тест на онкомаркеры, и там всё плохо? Что, если Валера решил покончить с собой? Она поймала себя на сочинении ужасов точно так же, как было при Кикусе. Но заставить себя успокоиться не могла.
Первое, что бросилось в глаза у подъезда — припаркованный двумя колесами в цветнике роскошный Бентли. Приблудова сразу поняла, откуда ветер дует.
Ах ты, тварь.
Она жамкнула кнопку лифта, и, поняв, что он таскается невесть где по стратосфере, помотала на седьмой этаж пешком. Провернула ключ в замке, вломилась в собственную хату, как лютый омоновец, и замерла. Два шкафовидных амбала, дежурившие в прихожей, поймали её под локотки. Настя ойкнула и, препровожденная в кухню, увидела Валеру. Он, совершенно поникший и беззащитный, сидел на табурете, а над ним зависла коброй в стойке Кочубея Пересветовна, ой, как там её! Короче, Стася.
Стася увидела Настю и хищно улыбнулась. Валера же обхватил руками голову и устремил взор в пол.
— Ах вот и нашу подруженьку принесло. Да, Валерий?
— Настю не трогай, — тихо сказал Зорин. — Меня забирай, её не трогай.
— Да не вопрос, — Стася скрестила руки на груди и подрулила к замершей в страхе Приблудовой. Настя отодвинулась и упёрлась затылком в тушу сзадистоящего амбала. — Девушка, а вы знаете, кто ваш любовник? Он — хититель крупной суммы денег из моего кафе! Двести пятьдесят тысяч юро. Он вам не рассказывал, куда их дел?
Настя вытаращилась на Валеру, не понимая, как тот мог спереть столько денег и явиться к ней в псивом свитере и без «айкоса». Валера дрожал и безмолвствовал.
— Так вот, дорогая моя. Валерия я забираю. Прямо сейчас. Нам есть о чём с ним поговорить. А вы, — Стася ткнула её длинным лакированным ногтем, — забудьте о его существовании. И я, может быть, не привлеку вас к уголовной ответственности за соучастие.
— Валер, — заплетающимся языком позвала Настя. Зорин поднял на неё взгляд — обречённый и умоляющий.
— Всё нормально, — услышала Приблудова. — Сделай, как она велит. Так будет лучше.
По Валериным бледным щекам катились крупные слезы, губы дрожали от страха. Настя впервые в жизни видела, чтобы Зорина так довели. И её обуял гнев. Она поняла, что Валера не крал денег. Он попросту не мог украсть этих сраных денег! На него вешали грязное хищение. Эта гадина вешала на Зорина хищение денег, чтобы завладеть им безраздельно! Снова сделать своей сексуальной игрушкой! Приблудова ощутила, как внутри у неё выходит из строя чёртов атомный реактор. И она бомбанула:
— Во-первых, — процедила Настя угрожающе. — Валера мне не любовник. Во-вторых. Я тебя сюда не приглашала. А в-третьих. Стася. Чеши-ка ты пока здорова, стерва¹ окаянная!
Валера от такого Настиного заявления встрепенулся, вытаращил на неё огромные глаза и замер в оторопи, с приоткрытым ртом. Стася побагровела и шикнула:
