хочет заполучить.
Судак умолк, видимо понимая, что этого объяснения недостаточно для того, чтобы оправдать брата.
– И Королева накажет вас всех, если кто-то из вас вновь нарушит ее законы, – сказала Алиса.
– Треска говорит, что не знает, может ли она сделать хуже того, что уже сделала, но я уверен: уж что-нибудь да придумает.
– В следующий раз она может убить вас.
– Смерть была бы облегчением, мисс Алиса, правду вам говорю. Я живу уже около восьми сотен лет. И все это время я пытался бросаться с высоких скал, опускался на дно озера и даже перерезал себе глотку.
Он показал на толстый рубец, которого Алиса до сих пор не замечала. Шрам, точно чудовищный горный кряж, тянулся от одной ключицы гиганта до другой.
«Рана, верно, была ужасной, – подумала Алиса. – Или резал он свою плоть не единожды».
– Я могу истечь кровью, могу переломать все кости, – продолжил Судак. – Она никогда не позволит мне – да и никому из нас – умереть, пока мы ей нужны.
Гнев, молниеносный и горячий, разлился по венам Алисы. Эта Белая Королева ничем не отличалась от Гусеницы, Кролика или Чеширского. Все они использовали людей, чтобы поразвлечься.
«И она наверняка волшебница, как и гоблин».
Путь вел Алису к Королеве – как привел ее к Бармаглоту. Тесаку было видение о том, что он назвал «Потерянными», а Алисе приснился дворец, наполненный детскими криками. Да. Она отправится к Королеве.
Отправится к Королеве и попытается освободить детей, и, возможно, ей удастся заодно освободить и Судака, и Окуня, и Треску. Хотя как это сделать, она не знала. У нее не осталось ни ножа, ни Тесака, а своей магией она не умела пользоваться.
И все же Алиса знала, что должна попробовать. Попробовать найти Тесака, потом они попробуют найти Дженни, а потом, возможно, они попробуют найти покой и тихое местечко, где можно жить в мире и радости.
– Судак, куда ты идешь? Мы уже вернулись на тропу?
Вроде бы должны были уже вернуться, потому что, хотя Алиса и металась туда-сюда по лесу, едва ли она могла забежать так далеко, а шаги великана были гораздо шире ее собственных.
Судак остановился, почесал затылок.
– Ну, честно говоря, мисс Алиса, я шел по следу. Почуял запах вашего друга и подумал, что доставлю вас прямиком к нему, так сказать, с поклоном, но теперь…
Он умолк, принюхался и покачал головой:
– Я его потерял.
– Он исчез? – встревожилась Алиса.
– Нет, – медленно произнес Судак. – Скорее, его запах смешался с каким-то другим, но с каким именно, не могу сказать.
– Что ж. – Алиса, несмотря на все уверения Судака, все еще немного чувствовала себя его обедом. – Я ценю все, что ты сделал – и пытался сделать – для меня. Возможно, тебе лучше оставить меня здесь. Уверена, теперь я смогу сама найти его.
На самом деле Алиса не чувствовала никакой уверенности, но ей очень хотелось снова ходить своими ногами и быть самой себе хозяйкой. Кроме того, хотя Судак и казался добрым и, наверное, не съел бы ее, все равно не было никаких гарантий, что он не отдаст ее гоблину или Белой Королеве, если ему прикажут.
Алиса знала, что ей придется встретиться с Королевой, но она собиралась встретиться с ней на равных – не будучи пленницей.
– О, я не могу этого сделать, мисс Алиса, – сказал Судак. – Этот лес гораздо больше, чем вы думаете. Вы можете бродить тут часами – и не найти своего друга. Но я-то знаю все эти деревья наперечет. Я доставлю вас к нему, уж будьте уверены.
«Вот оно как», – подумала Алиса. Она не в состоянии слезть с плеча Судака без посторонней помощи, а единственная помощь, которую он, похоже, готов ей оказывать, ее не устраивала.
И все же она полагала, что может позволить ему помогать ей еще какое-то время. Рано или поздно он захочет вернуться к своим братьям – и тогда оставит ее в покое. Приходилось надеяться на это. Все равно все кругом казалось ей одинаковым. Алиса понятия не имела, как Судак отличает одну часть леса от другой.
Вскоре легкое безостановочное покачивание убаюкало Алису. В кои-то веки ей ничего не снилось, и, пробудившись, она с удивлением обнаружила, что кругом темно, она больше не сидит на плече Судака, а свернулась калачиком у него на ладони.
– Вы чуть не упали, мисс Алиса. Упали бы – разбились насмерть, – проговорил Судак. – Счастье, что я успел вас поймать. Никогда не видел, чтобы кто-то так крепко спал.
– Я просто устала. – Алиса сладко потянулась.
Наверное, ей следовало встревожиться, ведь она едва не погибла, но страха не было – она лишь чувствовала себя отдохнувшей. Алиса и не помнила, когда в последний раз спала без снов. Как же это, оказывается, прекрасно – просыпаться, не вырываясь из липкой хватки кошмара.
– Где мы сейчас? – спросила Алиса.
– Скоро лес кончится, и начнутся горы. В дне пути отсюда, у подножия горы, есть деревня. Но дальше я пойти не смогу, – сказал Судак.
– Из-за Королевы? – спросила Алиса.
– Нет, – ответил он, и что-то в его голосе насторожило Алису. – Мои братья зовут меня.
Она пристально всматривалась в его лицо, пытаясь понять, подумывает ли он о том, чтобы все-таки съесть ее, но видела лишь блеск звезд, отраженный в огромных глазах великана.
– Я хотел отнести вас к вашему спутнику, но обошел весь лес, а его запаха нигде не встретил. Никогда не видел, чтобы кто-нибудь исчезал вот так – никто не мог ускользнуть у меня из-под носа.
– Ты же сам говорил, что этот лес куда больше, чем можно подумать.
– Да, но это мой лес. Никто не знает этих деревьев так, как я: каждый корешок, каждый листик, каждую ветку. Будь он здесь, я бы нашел его. Значит, его здесь нет.
Алиса покачала головой:
– Ты не знаешь Тесака. Он… не такой, как другие люди.
– Я же не о его манерах. Я о его запахе. Запах был – а потом пропал. Значит, если он не превратился во что-то другое, его тут нет.
Алиса сочла разумным не возражать и тем паче не развивать мысль о том, что Тесак «превратился во что-то другое». Она ведь хотела, чтобы великан отпустил ее, и теперь, когда он наконец согласился, не стоит его задерживать, споря из-за Тесака.
– Что ж, – весьма многозначительно произнесла Алиса, – я очень благодарна тебе, Судак, за все, что ты для меня сделал.
Она замолчала, но Судак не опустил ее на землю, как
