Бразильская земля действительно хранит редкостное скопление сокровищ. Нам, наверное, никогда не забыть небольшую деревушку Кристалина, невдалеке от города Бразилия…
Мы остановились у бензоколонки. Пока служащие заправляли баки и проверяли мотор, мы вышли размяться. Странно было шагать по дорожке, усыпанной осколками аметистов, топазов, сердоликов, горного хрусталя. Это отходы производства. Видели мы и само производство: примитивные шлифовальные круги и сгорбившихся над ними ювелиров. Жуткая, откровенная нищета. И напряженный, безрадостный труд.
Но вернемся в Рио. Большой популярностью пользуется улица Алфандега, одна из самых старинных. Длинная, узкая, до предела забитая мелкими лавочками. Типичная барахолка. Цены здесь значительно ниже магазинных. Качество товаров тоже.
Продовольственные магазины, за исключением «Диску», как правило, очень маленькие. Скорее, это лавки, в которых всего понемногу. Фрукты, овощи, консервы, хозяйственные товары, веники — все это помещается в крохотном помещении. Обслуживают такое заведение владелец и его семья. Обычно и ютятся они тут же, где-нибудь на антресолях. Тоже капиталисты!
Булочные: крошечный прилавок, вмещающий образцы нескольких сортов хлеба, печенье, вафли, сахар. Тут же могут быть колбаса, сыр, молоко, мороженое. Как правило, при булочной находится и пекарня.
Обслуживание — сама непринужденность. Но без грубости и без навязчивости.
При случае молодые ребята-продавцы не прочь надуть «простака»-иностранца. Пример. Показываешь пальцем на пузырек с настоем перца (консервированный огонь!). «Quanto custa»? (сколько стоит?). Хозяина поблизости нет. Один малый кричит другому: «Эй! Не помнишь, сколько стоит пименту?» — «Сколько? Кажется…» Тут произносится цена, раз в десять превышающая действительную стоимость. Пузырек, естественно, ставится на место. Ребята хохочут. Появляется хозяин. Сама любезность. Мы говорим (показываем), чего хотим. Дается команда. Покупки упаковываются. Ребята настороженно смотрят. Выдадим? Нет, мы не выдаем. Обе стороны вежливо раскланиваются. Хозяин говорит, что всегда рад нас видеть. Мы тоже. Конечно, он и сам «накидывает» на иностранцев, но это уже коммерция.
Если уж речь зашла о честности, то надо привести и другой эпизод. Мы возвращались домой с пляжа. Уже дома обнаружилось, что где-то, скорее всего в автобусе, потеряли кошелек, правда, с незначительной суммой. Конечная автобусная остановка располагалась недалеко от нашего дома. На следующий день, проходя мимо станции, спросили о потере. Как говорится, на всякий случай. К нашему удивлению, один из сидящих в ожидании рейса кондукторов достал из кармана нашу собственность. Мы растерялись. В качестве вознаграждения попросили принять половину суммы. Коллега кондуктора пошутил: «Имел шесть. Получил три!» На что парень возразил: «Честь дороже денег!» Вот так.
Районы города очень разнятся состоянием и архитектурой зданий, ресторанчиками, магазинами, прохожими, укладом жизни. Пешеходы в центре даже в самую жару в подавляющем большинстве облачены в костюмы (белые сорочки, галстук). Это в основном «служивый люд». Здесь много моряков с иностранных судов, иностранных туристов. Пешеходы южной зоны (Копакабана. Ипанема, Леблон) — курортники, фланеры, пижоны. Здесь никого не удивляют купальники и пляжные костюмы. В таком виде можно подойти к стойке бара, заглянуть в продовольственную лавочку. Да и вообще в Бразилии мало обращают внимания на костюм. Правда, в автобусах, курсирующих в южной зоне, обязательная надпись: «Проезд в купальниках воспрещен». Пешеходы других районов — типичные бразильцы: сандалии на босу ногу, хлопчатобумажные брюки, такая же рубашка.
Непременный атрибут основных магистралей города — «байянки». Так называют здесь лоточниц, как правило, мулаток или негритянок, облаченных в национальные костюмы штата Баия (широченная, длинная пестрая юбка, белая кружевная кофта, на голове тюрбан, на груди и на шее многочисленные нити разноцветных дешевых бус). Торгуют «байянки» сладостями домашнего приготовления: жареными орехами, пирожными из риса, маиса, кокоса, вареным сладким картофелем. Располагаются они на середине тротуара. Тут же устанавливается жаровня с углем, на которой пекутся или подогреваются яства. В книге бразильского классика Луиса Эдмунда «Рио-де-Жанейро моего времени» — (то есть конца XIX века) этим жрицам национальной кухни уделяется несколько страниц. Интересно, что главным из всех их достоинств автор считает чистоплотность. Глядя на современных «байянок», с этим трудно согласиться. Расчеты за реализованную продукцию ведутся на том же лотке, на котором лежит товар. Руки, подающие вам пирожное, черны от угля, который только что подкладывался в жаровню. Но Рио — город туристов. И он сохранил этот колоритный уличный типаж в качестве одной из экзотических приманок.
Байянские лакомства продаются на таких лотках
Несколько слов о местных модницах. Мини-юбки, при этом предельное мини. Если платье, то в обтяжку (неловкое движение — и лопнет). Расклешенные брюки и такого же цвета жакет. Бразильянки очень следят за внешностью и, чтобы иметь на два — четыре часа модно причесанную голову, почти все остальное время проводят в бигудях: женщины с природными вьющимися волосами, чтобы их распрямить: женщины с прямыми волосами, чтобы сделать их вьющимися.
Улицы центральных районов к вечеру вымирают. Случайные прохожие. Тени полицейских. Бродяги. Скорчившиеся тела бездомных, спящих прямо на камне тротуаров под каким-то тряпьем или под ворохом бумаги. Наоборот, районы Синеландии, Копакабаны в это же время наиболее оживлены. Сияют рекламы, сияют витрины. Кафе, бары переполнены. Тротуары не вмещают прохожих, а мостовые — проезжих. Начинается ночной Рио.
Ночной Рио — это бесчисленные увеселительные заведения: рестораны, кинотеатры, клубы, варьете, но не только это…
Проституция в Бразилии официально запрещена. Но Рио — портовый город. Рио — курортный город. Рио — город, приютивший богатых бездельников, своих и чужих. Определенный сорт женщин охотно знакомится с мужчинами, желающими познакомиться. Кто может запретить одному человеку знакомиться с другим?
Проституция в Бразилии запрещена. Но кто может запретить приглашать к себе в гости?
Недалеко от площади Республики, той самой, где происходят парады и наиболее торжественные церемонии, расположены кварталы одноэтажных ветхих домишек. Здесь живут женщины, к которым может зайти в гости любой желающий. Вечером, когда упавшая бархатная темнота тропиков скроет убожество жилищ, грязь и нищету, под окнами этих домов собирается большая гудящая, возбужденная толпа мужчин.
