— Этот отпечаток может быть оставлен только одним…
— Чем, ради Глаукса? — закричала Гильфи, едва не выпрыгивая из перьев.
— Яйцом. Яйцом амбарной совы.
Воцарилось ошеломленное молчание. Наконец Гильфи пришла в себя, просунула голову в нору и громко сказала:
— Этого не может быть. Эглантина еще слишком мала, так ведь?
— А с чего ты взяла, что это яйцо Эглантины? — буркнул Копуша, вылезая на свет. — Насколько я знаю, она не единственная амбарная сова на свете!
Гильфи кивнула и захлопала глазами.
— Если хочешь, можешь сама поглядеть, — предложил Копуша.
Гильфи покачала головой.
Копуша считался одним из лучших членов клюва следопытов, а значит, лучше других умел разыскивать потерявшихся сов и читать невидимые обычному глазу следы, позволяющие проследить путь рыси или заметить местонахождение опасных вороньих стай, всегда готовых напасть на ослабевших и раненых сов. След от яйца относился к самым трудноразличимым отметинам.
Ну и глаза у этого Копуши!
Гильфи запрокинула голову и поискала глазами Сорена с разведчиками.
— Давай поднимемся и расскажем им…
Но не успела она закончить фразу, как увидела огненно-рыжий шар, со свистом падающий на землю.
Разумеется, это была не шаровая молния, а Руби, лучшая летунья на всем дереве.
— Обнаружен враг! — прокричала она.
Гильфи и Копуша штопором взмыли вверх и, следом за Руби, полетели к утесу, где собрался весь клюв.
— Мы нашли нору где, судя по следам, прятались Примула с Эглантиной, — доложил Копуша. На рассказ о таинственном яйце времени уже не было.
— Как думаешь, куда они оттуда двинулись? — спросил Эзилриб.
— Мы не успели как следует осмотреться, — быстро ответил следопыт. — Но крови там нет. И вообще, нет никаких следов схватки или возни.
Гильфи быстро подняла глаза на Сорена и увидела, что он так дрожит, что с трудом удерживается на выступе скалы.
— А мы обнаружили отряд Чистых, — проскрипел Эзилриб, — и сумели остаться незамеченными. Это дает нам некоторое преимущество. Думаю, Чистые гонятся за Эглантиной и Примулой. Если незаметно последовать за ними, они приведут нас туда, куда нужно.
Гильфи непонимающе заморгала. Разве можно лететь за совами, чтобы они ничего не заметили? И как это сделать, когда Сумрак, Руби и Сильвана, лучшие разведчики Великого Древа, сидят на скале вместе со всеми?
— Бакланы, — коротко ответил Эзилриб, словно прочитав ее мысли.
«Ну конечно! — ахнула про себя Гильфи. — Бакланы. Кто лучше Эзилриба знает повадки этих морских птиц?!»
Эзилриб знал всех птиц, летающих над морями и океанами.
Старик родился в Северных Царствах и был знаком со всеми обитателями Великих Северных Вод, насколько сова вообще может быть знакома с морскими птицами. Он запросто болтал с бакланами, олушами, чайками и буревестниками, и все эти крикливые морские птицы уважали старого учителя и, что еще важнее, доверяли ему, как не доверяли ни одной другой лесной птице.
Вот почему Эзилрибу не стоило труда попросить бакланов выследить, куда направились Чистые.
Внезапно в ночной темноте мелькнули чьи-то светлые крылья с темной каймой.
— Летит! — прошептал Сорен.
«Вдруг он видел Эглантину? Ничего страшного пока не случилось. Никакой крови, никаких следов борьбы», — в сотый раз повторил он про себя донесение Гильфи.
Сорен мигнул и крепче вцепился когтями в каменный выступ, на котором сидел.
Бакланы оказались огромными. «Вот так крылья! — изумился Сорен. — Да у них размах чуть ли не в пять футов шириной!»
Сильная птица еле заметно качнула крыльями — и в мгновение ока оказалась на утесе.
Бакланы славятся своими странными привычками: так, они постоянно качают и кивают головами, а при встрече и прощании легонько перестукиваются клювами, словно на мечах сражаются. Вот и теперь прилетевший баклан почтительно остановился перед Эзилрибом и вытянул клюв.
Старый учитель последовал его примеру, но поскольку клюв у него был куда короче бакланового, ему пришлось сделать несколько шажков навстречу гостю.
Послышалось тихое клацанье, и снова воцарилась тишина. Это был сигнал к началу разговора.
— Что вы хотели мне сообщить? — спросил Эзилриб.
— Выслушай меня, почтеннейший Эзилриб с острова Быстробуйный. Знай, что мне очень неприятно сообщать тебе эту новость, — низким гортанным голосом пророкотал баклан.
— Продолжай, — кивнул учитель.
— В небе не одна, а целых две эскадрильи Чистых. Кроме того, целое крыло уже спешит им на помощь.
— Целое крыло! — ошеломленно повторили сразу несколько сов. Всем известно, что крыло состоит как минимум из четырех эскадрилий. Численное преимущество врага было подавляющим.
— Все они летят в сторону лесного пожара, что полыхает в восточной части Клювов.
— Странно… Насколько я знаю, Чистые абсолютно беспомощны на пожаре и не умеют сражаться с огнем. Что им там понадобилось?
— Они преследуют двух молоденьких сов — сипуху и воробьиного сычика.
— Эглантину и Примулу! — выпалил Сорен.
Баклан повернул голову в его сторону и сердито сверкнул глазами.
— Я ясно видел, что именно молодые совы ведут Чистых на пожар.
— Вы позволите вопрос, сэр? — вмешалась в разговор Барран. — Как вы полагаете, они вас заметили?
— Скорее всего, мадам. Трудно не заметить такие широкие белые крылья. Вы сами белая сова, должны понимать. Однако мы, бакланы, частенько залетаем на сушу, особенно если вблизи от озера полыхает пожар. Видите ли, когда огненные сполохи озаряют воду, рыбачить становится намного легче. Мы, бакланы, любим побаловаться озерной рыбкой. Так что я несколько раз проделал обманный маневр: нырял к самой воде, будто бы за рыбкой.
— Умный ход! — одобрил Эзилриб и помолчал. Сорен сразу понял, что наставник обдумывает какой-то план, потому что Эзилриб крепко зажмурился и несколько мгновений не размыкал век. Потом он резко открыл глаза. Косящий глаз его, как всегда, загадочно смотрел в сторону, придавая старику пугающий и гроз ный вид. Второй глаз горел яростным огнем. — Благодарю вас за отличную рекогносцировку, сэр. — Он снова помолчал и добавил, как бы про себя: — И отдельное спасибо за «обманный маневр». Это именно то, что мне было нужно.
Сорену показалось, что даже баклан в недоумении посмотрел на старого наставника.
«С какой стати Эзилриб благодарит баклана за самые обычные слова?»
— Всегда к вашим услугам, почтеннейший Эзилриб.
Последовала сложная череда кивков, поклонов и выразительных жестов, после чего баклан удалился. Сорен следил, как огромная птица грациозно рассекает ночную тьму, пока белые крылья разведчика не превратились в едва заметные пятна во мгле.
— Эскадрилья и крыло, — нервно повторила Барран.
Все без лишних слов поняли, что она хотела сказать.
Враг многократно превосходил их численностью, а храбрая Стрикс Струма уже никогда больше не приведет к ним на выручку своих истребителей.
Да и вообще, они оказались здесь во многом случайно. Они вылетели на поиск и разведку, но потом обнаружили лесной пожар и вызвали на подмогу Эзилриба с его угленосами. Так получилось, что сейчас на скалах сидел клюв искателей-спасателей, следопыты, которые всегда сопровождали искателей, угленосы и, разумеется, лучший в мире клюв в составе Сорена, Гильфи, Копуши, Сумрака, Руби, Мартина и Отулиссы.
Каждый член этого клюва входил в более крупное подразделение, однако они умели отлично работать вместе и понимали друг друга с полуслова, что делало их самостоятельной и грозной боевой силой.
— Верно, крыло и эскадрилья, — громко проскрипел Эзилриб. — Мы уступаем в численности, но уж никак не в разуме! — При этих словах все сидящие на утесах совы незаметно приосанились и распушили перья. Интересно, что старик хочет этим сказать? — Вы, наверное, удивляетесь, почему я так ухватился за слова «обманный маневр»? — Наставник повернул голову и посмотрел на каждого своим пронзительно-желтым косящим глазом. — Все очень просто. Это именно то, что мы с вами сейчас проделаем. Обманный маневр. Но не просто маневр, а колоссальное представление, какого еще никто никогда не разыгрывал. Нас тут меньше двадцати, но врагу мы покажемся многосотенной армией!
— Как это возможно, Эзилриб? — растерянно спросила Барран.
— Эти Чистые, они же все сипухи, верно?
Все дружно закивали.
— А чем славятся сипухи? — усмехнулся старик, в упор посмотрев на Сорена. — Каждый птенец знает — своим феноменальным слухом. Потрясающей, не имеющей себе равных способностью слышать едва уловимые звуки. Что же мы сделаем? Мы тайком проберемся поближе к пожару. Там разделимся на три отряда, «разобьемся», как принято говорить в Северных Царствах. Один отряд поведу я, второй — Барран, а третий — вы, ваше величество. — Эзилриб поклонился белоснежному Борону, который вместе со своей царственной супругой возглавлял клюв искателей-спасателей. — Я выбрал нас с вами, поскольку из всех присутствующих только мы знаем язык Северных Царств, язык своей давней родины.
