Его цветистые выражения, как всегда, вызвали у Эмили улыбку. Она искренне ответила:
– Мистер Рейнолдс, я тоже рада видеть вас.
– Но где же ваш муж? Не может быть, что вы приехали одна!
Впрочем, он не стал дожидаться ответа, которого у Эмили все равно не было, а просто махнул рукой.
– Простите мою смелость, но вы должны позволить мне сопровождать вас! Это была бы честь для меня, леди Уитмор. Огромная честь! Я еще не теряю надежды завоевать ваше сердце.
– Вот уж нет, никакой надежды! – раздался совсем рядом резкий голос графа. Муж был весь в черном, за исключением безупречно завязанного белоснежного галстука. Высокий и импозантный, он смотрел на Фредди сверху вниз с откровенной неприязнью.
Неожиданное появление графа заставило Фредди судорожно вздрогнуть, но он тут же пришел в себя:
– Лорд Уитмор! Сколько лет, сколько зим! Мы давно не виделись, не правда ли?
– Правда. К счастью.
Эмили с немым изумлением наблюдала за откровенно грубым поведением Уитмора.
– Рейнолдс, я благодарна вам за предложение, но теперь, когда мой муж здесь, я не нуждаюсь в эскорте.
После поспешного отбытия Фредди Эмили резким щелчком раскрыла веер. Внезапно ей показалось, что приезжать на бал не стоило.
– Ты вел себя грубо.
Уитмору, казалось, было все равно.
– Почему ты здесь? – Его голос был полон гнева, и хрупкая решимость Эмили тут же растаяла.
Уязвленная его тоном, она уставилась на одно из стоявших неподалеку растений в кадках.
– Ты сказал, что мне не обязательно приезжать, но не говорил, что не хочешь меня здесь видеть. Мне уехать?
– Сначала поговорим. Подожди меня, в саду возле каменных ваз. – Стивен стремительно зашагал прочь.
Эмили огляделась и увидела неподалеку кучку женщин. Они смотрели на нее и о чем-то шептались. Она не знала, какие истории о ней и ее семье ходят по Лондону, но была уверена, что сплетни не слишком лестные. Одна из матрон внимательно посмотрела на нее и демонстративно отвернулась.
Еще несколько бесконечных минут Эмили провела в зале, пытаясь оставаться как можно более незаметной. Затем, приказав Беатрис держаться в стороне, отправилась на поиски садовой террасы и каменных ваз. От земли здесь исходил легкий аромат вербены.
Муж внезапно появился из тени и поманил ее за собой. Они остановились рядом с высоким кустом самшита. Из бальной залы их никто не видел.
Стивен говорил очень тихо:
– Кто-то пытался убить меня сегодня перед балом. Убийца занял место моего кучера. Я оставил его тело в парке и сообщил властям.
– Я думала, что опасность миновала, – сказала она. – Но почему кто-то хочет тебя убить?
– Это может быть связано с одним рейсом торгового корабля, которым я занимался несколько месяцев назад.
– Но какое отношение этот рейс может иметь к нападениям на тебя?
– Квентин говорит, что это предприятие принесло убытки. Вся выручка от продажи груза пропала. С этим предприятием, кстати, – продолжал он, помимо меня и Карстерса, был связан твой брат.
– Дэниел не делал ничего плохого!
– Я его ни в чем не обвиняю. Но скорее всего, меня сейчас пытается убить тот самый человек, который убил твоего брата.
– Но ты сказал, что этот человек мертв.
– Скорее всего, это был наемный убийца. Эмили глубоко вздохнула и опустила глаза.
– На меня тоже было нападение. В Фолкирке, сразу после твоего отъезда в Лондон.
Стивен онемел от изумления, но быстро пришел в себя. Почему она ничего ему не сказала? В конце концов, он ее муж! Он имеет право знать, что тем, кто находится под его защитой, кто-то угрожает.
– Как это случилось?
– Он повалил меня на землю, и это все.
– Ты говорила об этом с кем-нибудь еще?
– Нет. – Несколько долгих мгновений она пристально смотрела на него.
– Я не смогу защитить тебя, если ты будешь что-то скрывать от меня. – Слова Стивена прозвучали более раздраженно, чем он хотел. – Ты должна была сразу сказать мне.
Она слишком долго думала, прежде чем рассказать ему. Что еще ей известно?
Несколько мгновений он изучающе рассматривал Эмили. Ее светлые волосы тускло серебрились в лунном свете. Подаренная им нитка жемчуга слегка колыхалась в такт дыханию.
– Почему ты на меня так смотришь? – прошептала она.
Не говоря ни слова, он увлек ее в густую тень под кустом самшита. У Эмили перехватило дыхание. Одним пальцем Стивен подцепил жемчужную нить и, натянув, провел ею по груди. Сосок, скрытый под тканью лифа, мгновенно напрягся.
– Я думаю, ты знаешь почему.
Его дыхание стало прерывистым и хриплым, но он продолжал игру. Дразнил ее. Искушал. Наконец наклонился и поцеловал в шею. По ее телу пробежала дрожь. Эмили уперлась в его плечи.
– Уитмор, нас может увидеть кто угодно...
– Стивен. – Он легко прошелся губами по ее щеке, двигаясь по направлению к губам. – Раньше ты называла меня Стивен.
Его губы приникли к ее губам и взяли их в плен, жадно впитывая сладость той девочки, которой она когда-то была. И женщины, красавицы, которая постепенно и незаметно завоевывала его.
– Ты целовала меня так, когда мы оба были моложе, – выдохнул он.– Помнишь?
– В конюшне, – шепнула она в ответ. – Мне было шестнадцать.
Он попытался поцеловать ее еще раз, но она отступила назад, в самую гущу самшитового куста, где мелкие веточки сразу же вцепились ей в волосы.
– А твои гости, они знают о нашем браке?
– Вероятно, – согласился он. – Я слышал, как шептались сплетницы.
– И что ты им скажешь?
– Ничего. Лучше пусть все думают, что мне не нужна жена. Это защитит тебя от моих врагов.
Даже ударив, он не смог бы причинить ей столько боли.
– Ты хочешь, чтобы я вернулась в залу и позволила всем думать, что я обманом заставила тебя жениться на мне? Заманила в ловушку? – Она высвободилась из его объятий. – Нет, спасибо.
– Пожалуйста, Эмили, держись от меня подальше сегодня! Позволь мне во всем разобраться.
– А как насчет такой пустяковой подробности, что ты женился на мне по собственной воле?
– Пока этот человек не пойман, тебе лучше избегать общества. А потом я все всем расскажу.
Она резко развернулась и зашагала прочь, ни разу не оглянувшись. На этот раз Стивен позволил Эмили уйти, чтобы выиграть столь необходимое ему время. Но сегодня вечером, когда они останутся одни, он все объяснит ей. Он заставит ее понять, что ему нужна она. В его постели.
Эмили танцевала с Фредди и ловила на себе взгляды незнакомых людей. Ее тело двигалось в танце, на лице застыла улыбка, но внутри бушевал пожар. Муж своим" поведением разрывал ей сердце.
