В закопченных стенах были выдолблены ниши, в которых покоились саркофаги с останками предков барона Отто фон Бомма, собственно говоря, где-то тут должен лежать и он.
Золотые таблички с именами и годами жизни покойников, тускло поблескивали в свете фонаря. А вот и Отто, саркофаг открыт, крышка отставлена в сторону. Это значительно упрощает дело, иначе я мог застрять здесь надолго, вдвоём мы вряд ли смогли бы сдвинуть её с места. И тут же горько усмехнулся, вспомнив, что наверху ждет теплый прием в виде взбешенной королевской сторожевой. Уж лучше бы крышка была закрыта, а эта милая собачка спала у себя в конуре, подумал я.
— Ну что, резать?
— Давай, — согласился маг.
Не скажу, что до смерти боюсь покойников, за время службы в армии много чего насмотрелся, но война — это война, ко всему привыкаешь, а тут, в усыпальнице, стало не по себе.
Мертвец выглядел как живой, его, очевидно, перед тем, как занести в склеп подгримировали и облачили в парадный мундир с огромной орденской лентой поперёк груди. Было такое чувство, что в любой момент он встанет и схватит за руку. Труп уже начинал разлагаться, но его запах терялся посреди неимоверной вони, исходившей от других покойников.
Я зажал прядь седых волос в левом кулаке, отвернулся и полоснул ножом, стараясь покончить одним движением. Положил отрезанные волосы в специальный мешочек.
— Ещё ногти, — напомнил маг, с интересом озиравший стены усыпальницы.
— Помню.
Набрав в лёгкие как можно больше воздуха, стал аккуратно отпиливать ухоженные ногти покойника.
— Хватит?
Маг посмотрел на улов и утвердительно кивнул, потом, словно спохватился:
— У тебя есть чистая тряпочка?
— Угу, — сказал я. — Носовой платок, совсем свежий, я его недавно выстирал.
— Дай мне.
Ничего, не подозревая, я вытащил из кармана и отдал Алуру дорогой шёлковый платок.
— То, что надо, — одобрил маг, скрутил платок в тонкую трубочку, которую зачем-то сунул прямо в нос покойнику.
Меня чуть было не вывернуло наизнанку.
— Это ещё зачем?
— Надо, — коротко ответил Алур и протянул мне платок.
Я взял его кончиками пальцев и отправил к волосам и ногтям покойного.
Пришло время узнать, как поживает моя собачка. Мы поднялись по лестнице к двери в усыпальницу, я вновь припал к ней и стал подсматривать в замочную скважину. За дверью послышались человеческие голоса.
— Трум, что-то совсем твоя собачонка из ума выжила, смотри, как на дверь усыпальницы бросается!
— Да, странно все это, Фред. Надеюсь, что никому не пришло в голову вылезать оттуда обратно. Я ведь жуть как покойников боюсь.
По недовольному урчанию собаки я понял, что один из охранников взял пса за ошейник и потащил к конуре.
— Ты знаешь, Фред, я слышал, будто хозяин наш не своей смертью умер… А покойники, умершие не своей смертью, иногда встают из могил, — страшным шепотом проговорил тот, кого звали Трум.
Я представил, как Фред еще раз оглянулся на склеп и сглотнул, затем с удвоенной силой, потащил упирающуюся сторожевую в конуру, чтобы посадить на цепь.
Всё стихло. Вроде пронесло, можно выходить. И тут что-то холодное словно лёд опустилось на плечо. Я в который раз за этот вечер замер, сердце застучало так, что в ушах загремели маленькие тамтамы. С скосил глаза и обмер: на плече покоилась прозрачная, точнее даже призрачная рука, светящаяся в темноте как статуэтка, покрытая фосфоресцирующим слоем. И тогда я закричал во всю мощь своих лёгких с такой силой, что колыхающегося в неведомых мне потоках духа-призрака барона Отто фон Бомма (это был он) отбросило на два шага. Одновременно с моим воплем маг хлопнулся в обморок, двое охранников подскочили на месте, как ужаленные, а собака дико завыла и стала яростно бросаться к двери, ведущей в усыпальницу.
— Что случилось? Кто там кричит? — заорал Трум, размахивая перед собой здоровенной колотушкой. — Выходи, гад!
Чувствовалось, что он порядком струхнул. Что творилось с Фредом, сказать сложно. Надеюсь, что он не умер от разрыва сердца.
Вопль слышали, наверное, по всей округе. Спустя каких-то несколько секунд людей перед усыпальницей собралось больше, чем в модном магазине перед распродажей. Не ожидал, что усадьба барона столь густо населена. Любопытный народ мчался на мой дикий крик, как на представление, и до сих пор валил со всех сторон. Тут были повара с поварёшками, садовники с вилами, дворники с мётлами, кучера и много прочих субъектов, неизвестно чем занимающихся.
Они переговаривались между собой, но лезть в усыпальницу опасались. Ситуация могла измениться в любую секунду, как только появится человек, способный повести за собой. И, конечно же, такой человек объявился. Им оказался тот самый офицер-кавалерист, которого я видел во время последнего легального визита к баронессе.
Герхард фон Бомм предусмотрительно захватил с собой кавалерийский палаш и собрался возглавить вылазку в усыпальницу.
Я давно не оказывался в столь безнадёжной ситуации. За стенами склепа ждала взбудораженная толпа, которая в миг поднимет на вилы, не разбираясь, что к чему, а внутри усыпальницы плавал призрак покойного барона с недоброй усмешкой на лице и неизвестными намерениями. Неужели я обидел его маленькими гигиеническими процедурами? Как же иначе назвать небольшую стрижку волос, маникюр и даже простите утирание соплей, ради которого пришлось проститься с собственноручно выстиранным носовым платком?
Я развернулся и выставил перочинный нож. Другого оружия у меня не было. Боятся призраки холодного оружия или не боятся, кто ж его знает? Единственный авторитетный специалист, который гипотетически должен знать ответ на данный вопрос — это Алур, но он валяется в обмороке и похоже не собирается из него выходить. Может, поговорить с призраком? Но он меня опередил.
Привидение открыло рот и как-то умоляюще произнёсло:
— Найди их!
— Кого? — рефлекторно спросил я.
— Тех, кто меня убил.
Я сразу воспрянул духом. Призрак не сомневается в том, что ему помогли уйти на тот свет, и хочет, чтобы я нашёл убийц. В таком случае он не заинтересован в моей смерти и, значит, с его стороны мне ничто не угрожает. Отлично!
— Слушай, Отто — я могу тебя так называть?
Призрак кивнул.
— Поступим следующим образом: сейчас ты поможешь мне, а потом я помогу тебе. Договорились?
— Договорились, — согласился призрак. — Что ты от меня хочешь?
— У входа собралось много людей. Я бы сказал слишком много… Мне бы не хотелось, чтобы они полезли сюда и наткнулись на нас. Кстати, познакомься, — старик, который валяется без памяти не кто иной, как могущественный маг Алур Краснощёкий!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
