И ты отступаешь все дальше, дальше и дальше. Кто такой wit? Wit значит «белый». Белизна пустоты. Сначала был белый свет, затем появился свидетель. Если вопросов больше нет, то я просто поиграюсь словами. (смех)
Франческо: Ты можешь закончить свою речь.
Карл: Но если проанализировать язык, это на самом деле здорово! Wit означает «белый», как чистый свет, и тогда свидетель – это «чистая осознанность света», являющегося свидетелем этой чистой осознанности. Это прекрасно! Зрите в корень языка.
Все это Само-дельно. Вообразите себе! Если Я способно говорить с собой, то у нас с вами Вавилон. Из Вавилона возникли всевозможные языки. Они стали языками-сэндвичами.
Тереза: A babiller по-французски значит «бормотание» – бла-бла-бла.
Карл: В немецком то же самое.
Тереза: А когда ребенок начинает говорить, это babil[13].
Карл: Бла-бла. Бла-билон. Вавилон.
Мэри: «Бормотать» означает «говорить неразборчиво».
Карл: Но это то же самое, что говорить на другом языке, потому что ты не понимаешь, что говорит другой. Ты теряешься. В любом случае, слишком много людей. Даже двое – это слишком много.
Франческо: Нужен только один.
Карл: Да, из одного получаются двое.
Франческо: Ты!
Карл: Я!
Нет ничего более негативного, чем позитивное мышление
Роза: Когда я смотрю на тебя, то вижу, что ты все время шутишь и смеешься.
Карл: Меня называют «Мистер Тефлон». (смех) В Берлине из уст одной женщины это должно было звучать как оскорбление. «Ты как Тефлон. Ничего к тебе не прилипает! Ты по-прежнему смеешься. Я могу бранить тебя так и сяк, а ты как Тефлон. Ничего к тебе не прилипает». О, звучит хорошо.
Роза: Ты слишком счастлив. Здесь что-то не так. (смех)
Карл: Слишком счастлив? В Америке говорят: «Для немца у тебя есть чувство юмора. С тобой что-то не так».
Моника: (со смехом) Да!
Карл: «Ты слишком счастлив. Ты не можешь быть немцем, потому что „немец“ означает что-то другое».
Роза: Но как насчет страдания? Знаешь, это дорога к просветлению.
Карл: Да?
Франческо: У, о! (смех)
Карл: Приятной поездки тебе.
Тереза: Я с вами не поеду.
Карл: Может быть, ты найдешь, кого пригласить для совместного страдания.
Роза: Таких много. Много! (смех)
Карл: Ну, тогда надеюсь, что ты выстрадаешь свой последний ужин. Для распятия, конца страдания, да пребудешь ты в страдании, а затем станешь последним ужином. Тебя съедят.
Роза: Точно. Но это необходимо?
Карл: Что?
Роза: Быть съеденной.
Карл: Нет, это не необходимо, а неизбежно. (смех) Это то же самое, что и сидение здесь: в нем нет необходимости, но избежать этого ты не можешь.
Роза: Жестоко.
Карл: Это очень жестоко. Ты очень жестока с собой, дорогая моя. Ты слишком уж нравишься себе. Это делает тебя такой жестокой. Да, ты так влюблена в себя, что очень жестока с собой, потому что любовь – это война. В любви и в войне нет правил, поэтому ты так жестока.
Роза: Значит, «возлюби себя» на самом деле плохой совет. (смех)
Карл: Я бы так не сказал.
Каатье: Почему бы не возлюбить себя?
Карл: Потому что не существует Я, которое можно любить. Как можно любить себя, если никогда не было никакого «Себя», чтобы его любить? Сначала тебе нужно сотворить образ себя, который можно любить. Ты хочешь танцевать с партнером, и ты создаешь партнера. Позже ты забываешь, что партнер ничем не отличается от того, что ты есть, потому что ты просто выдумал второго. Затем ты с кем-то танцуешь и считаешь второго реальным. И тогда ты выходишь из Того.
Но понимая это, своим воображением ты создаешь партнера по танцам, затем ты танцуешь с этим воображаемым партнером все время этой реализации. Это Шива, танцующий сам с собой, сотворяющий целую вселенную. Позже Шива забывает, что он воображает себе второго, и попадает в ловушку воображения и становится дживой, маленьким «я». А с позиции этого маленького «я», принимая этот образ за реальность, ты страдаешь. И затем я сижу здесь и говорю тебе: «Эй, боже ж ты мой! Всемогущий!» А ты снова говоришь: «О'кей».
Но ты снова не можешь избежать попадания все в ту же ловушку. Ты всегда, при помощи любви, открываешь ту же самую ловушку и снова наступаешь в эту ловушку принятия воображаемого второго за реальность, и затем ты снова танцуешь. Неизбежно. Ты не можешь не танцевать. И ты не можешь ответить «нет» на свое собственное приглашение на танец. Ты не можешь дать самому себе от ворот поворот. Если бытие хочет танцевать, бытие будет танцевать, нравится тебе это или нет. Несмотря на то что необходимости в танце нет, ты танцуешь.
Каатье: Значит, лучше всего – это все принять.
Карл: Понять, что выхода нет, что есть танец. Есть знание, есть незнание, поэтому постижение – это все, что только может быть. Ты не можешь не постигать себя. И часть этого постижения – это все, что ты можешь себе вообразить. Ты есть То, которое постигает себя, но само оно не может быть постигнуто.
Каатье: Можешь повторить?
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Русское издание «Просветление и другие заблуждения». М.: Ганга, 2007. – Прим. ред.
2
Большинство оригинальных формулировок не подверглись редактированию ради того, чтобы оставить открытым смысл речи, сохранить остроумие шутливых перепалок и позволить читателю «услышать» голоса сквозь страницы.
3
Тируваннамалай лежит у подножия горы Аруначала, которую ассоциируют со стихией огня. На протяжении столетий это место считается священным и привлекает множество мистиков и мудрецов.
4
Все, что вам нужно, это любовь.
5
«Может быть, я не один»; «да будет так».
6
Глагол «kotzen» в немецком – «блевать», «рвать».
7
Денежная шкатулка.
8
Gift – дар, das Gift – отрава, яд.
9
Индийский праздник урожая.
10
Игра слов: German – немец, germ – микроб.
11
Из сказки братьев Гримм.
12
Ничего не происходит (нем.).
13
Лепет.
