с ними случилось. И даже сейчас, когда память вернулась, Марина не винила любимого. В тот момент его госпожа поставила своего стража перед трудным выбором – или верная служба или отвлекающие чувства. Тарас колебался, и его наказали, заставив утекать время его возлюбленной.
Вспомнив всё, Марина болезненно поморщилась. Тогда она с трудом пережила два страшных месяца. И в первый раз, когда буквально за неделю превращалась из девушки в старушку, она едва не свихнулась от страха. Тарас же был рядом и приносил ей время в волшебных часах. Это помогало, но не долго. Страж времени снова метался, пытаясь выпросить у госпожи прощения. И тогда вмешалась тётушка Агата.
Марина потёрла виски и вновь поморщилась. Она вдруг поняла, что не только забыла о Тарасе, но и не знала, что его наказали.
– Ты был в башне Безвременья? – тихо произнесла она.
– Да, в ней самой, – хмуро кивнул Тарас. – И тоже пребывал в забытье. Но госпожа направила моего учителя верной дорогой и помогла освободить своего стража. И тогда я отправился в городок феи, чтобы отомстить ей за потерянные в башне годы. Но не надеялся найти тебя. И так случилось, что мы встретились. – Тарас на миг смолк, взглянул на Марину с лёгкой тревогой и заметил: – Однако если хочешь, то эти воспоминания останутся здесь навсегда. Ты вернёшься в тоже время, к своим родным, в свой двор, и будешь помнить только то, что к твоему брату приставал коварный похититель времени. Но испугался доброй феи и сбежал.
– Но я ведь тоже фея, – вспомнила Марина, с удовольствием ощущая в себе приятную добрую силу.
– Ты чаровница, – усмехнулся Тарас. – Сколько раз я поддавался твоим чарам и не мог с ними совладать. А ты знала об этом и часто пользовалась случаем, чтобы отыграться за мои проделки. Но ты и научила меня многому. Помнишь?
Марина кивнула.
– Знаешь, Тарас, – заметила она, – я хочу помнить всё, что было раньше. И пусть я останусь для всех Мариной, но мои воспоминания останутся со мной. Спасибо тебе за эту прогулку! Она мне очень помогла. Но… что же будет дальше?
Страж времени рассеянно пожал плечами и заметил:
– Точно знаю, что мы прогуляемся по аллее до старого дворца, который называют Временным пристанищем, пройдём под входом-аркой и… самое время будет сказать заветное «дин дон», как я учил. И ты окажешься в своём времени, в своём дворе.
– А ты? – нахмурилась Марина. – Останешься во дворце?
Тарас слегка замялся.
– Мне нужно встретиться с госпожой. А там уж видно будет.
– Тогда пошли.
И они, взявшись за руки, решительно двинулись по аллее. Приятный ветерок овевал их лица, и воспоминания всплывали перед их глазами, то вызывая улыбку, то заставляя хмуриться. Но вскоре ветерок отстал от них, и удивительные деревья с резной листвой остались позади. Дорожка аллеи привела их к огромному входу-арке, сотканному из множества скрученных ветвей-лиан. Местами с них дивной шторой свисали зелёные нити с листьями и цветами. И когда Тарас с Мариной проходили под аркой, нити словно погладили их по плечам.
– Нас приняли, – улыбнулся страж и слегка сжал руку девушки. – Теперь всё будет хорошо. Ничего не бойся.
– А я и не боюсь, – усмехнулась Марина. – Однако будет грустно, если страж времени всё-таки не вернётся. Неужели ему не хочется показать доброй фее Агате, какой он сильный и могучий страж?
– Хочется, – кивнул Тарас. – И не только этого. А ещё страж постарается, чтобы никто не грустил.
Он оглянулся на высокий полупрозрачный дворец. Его очертания слегка размывались, укрытые лёгким маревом, и казалось, что и сам дворец не настоящий, а сотканный иллюзией красивый и загадочный фантом. И лишь ступеньки у входа твёрдо приглашали подняться на крыльцо и прикоснуться к кольцу дверей. Но Тарас не торопился. Оглянувшись на Марину, он снова тепло и мягко сжал её кисть, виновато улыбнулся и кивнул:
– Тебе пора возвращаться. Родные волнуются за тебя и ругают стража так, что у меня аж уши горят.
Марина усмехнулась.
– Удачи тебе, страж времени! И знай, что многие хотели бы с тобой ещё раз повидаться, – она слегка покраснела и поспешила добавить: – Мой брат, например. Кстати, а он стал маленьким?
– Да, не волнуйся, – кивнул Тарас. – И Ромка точно не забудет про нашу удивительную встречу. Я буду ему напоминать при любой возможности, как только он начнёт тратить время впустую.
– Вы с ним неисправимы.
– Не всегда и не во всём, – поправил Тарас и легко отпустил руку Марины. – А теперь закрой глаза и…
– Дин дон, – послушно произнесла Марина и почувствовала, как сознание слегка уплывает.
Казалось, что она сейчас упадёт, но чьи-то сильные руки подхватили её и поддержали, позволяя устоять на ногах. И до слуха долетели знакомые голоса:
– Осторожно, Роман! Вот так. Усадите её на лавку.
Это был голос тёти Агаты. И ей отвечал взволнованный Капустин:
– Она не открывает глаза! Она бледная и холодная, будто замёрзла! Что этот гад с ней сделал?
– Да ничего страшного, – вздохнула фея, погладив Марину по щеке, – просто там, где они… кхм… гуляли, нет такого тепла, как здесь у нас. Но моя девочка вернулась.
– Хорошо, что одна, – подхватил Капустин, – без этого коварного гада. И куда же он ушёл?
Марина открыла, наконец, глаза и увидела, что сидит на лавке у подъезда, а вокруг неё стояли и сидели все те, кого она оставила во дворе. Женя ласково прижалась к плечу девушки, а рядом стояли снова маленькие Ромка и Шура, и смотрели на Марину с лёгкой завистью и восторгом. Конечно, она же побывала со стражем времени в волшебных неведомых краях. А им бы тоже так хотелось.
– Так и где Тарас? – полюбопытствовал Ромка.
– Я не знаю, – отозвалась Марина. – Он сказал, что его ждёт Дух Времени.
– Ого! – в голос ахнули мальчишки. – А ты где была?
– Тарас назвал это место аллеей Памяти. Мы прогулялись с ним до входа-арки и там попрощались.
Агата взволнованно присела рядом с девушкой.
– И что же ты видела, пока шла по аллее? – спросила фея с тревогой, но Марина её успокоила:
– Я окунулась в свои воспоминания и отпустила их, оставив в прошлом. Я чувствую, что теперь всё будет хорошо, и вам не стоит за меня бояться. Мне хочется стать вашей послушной ученицей, тётя. Возьмёте?
– Конечно, Мариночка, – прослезилась Агата. – А что же Тарас? Надеюсь, мы его больше не увидим?
Девушка пожала плечиками.
– Я не знаю, правда. Он что-то говорил, но всё как-то уклончиво и не понятно. Но это и не важно. Давайте лучше вернёмся домой и попьём чаю. Я проголодалась.
– И я, – подхватил Капустин, с обожанием глядя на Марину.
Заметив его взгляд, тётя Агата строго шлёпнула его по руке и, вздохнув, поманила всех в подъезд. Однако Ромка и Шура заметно отстали, а потом и вовсе присели на перила
