– Что, и все?.. – после паузы спросил Керменштекз.
– Точно так, слава Императору!
– Охренеть… И никаких контактов с выжившими?
– Ни единого! Полагаю, уничтожены все! Сириус покарает хозов!
– Охренеть… – повторил убитым голосом Керменштекз. – Слушай мою команду, мясо: я буду к ужину. Обеспечить довольствие Командующему. Избыток не возбраняется. Почистить оружие и амуницию. Марш!
– Осмелюсь доложить, у нас амуниции нет, а оружие… – Миша еще немного послушал гудки и вернул трубку на место. – А оружие в парке зарыто, я забыл Кольке сказать, чтобы он проверил. Однако пора подумать о снабжении.
Он вышел, не закрыв дверь, и отправился продавать первому встречному свою двушку на выгодном третьем этаже. Почти всю дорогу Миша расстроенно покачивал головой, вызывая подозрительные взгляды у прохожих.
«Надо же, – думал он, – господин Ийермуск не только жив, но даже успел попасть в опалу! А если Император его вовсе не смещал официально, если я не имею права выполнять приказы господина Керменштекза? То есть я, конечно, обязан выполнить все распоряжения благородного сириусянина, пока они не противоречат приказам Командующего, а кто Командующий – непонятно… Надо быть очень осторожным. И как можно убедительнее изложить Керменштекзу план передислокации части. То есть теперь уже Армии Вторжения. Мог бы и в звании повысить, если он в самом деле Командующий, а я единственный на Земле военачальник…»
Игра «Мир Стрелы»«Эпизод IV: Замок герцога О»
Рыцарь в черных доспехах едва не снес Павлу голову. Игрок поневоле откинулся всем корпусом назад и, конечно же, загремел вниз по винтовой лестнице. Трофейные пики разлетелись по ступеням, и одну из них Паша сразу схватил. Как только из-за поворота, гремя железом, показался рыцарь – своим слишком длинным мечом он задевал за стены – Павел без колебаний ткнул оружием ему в забрало. Металлическая решетка поддалась сразу, все же игра есть игра.
– Вот тебе, сволочь! – После падения по каменным ступеням гуманизма у Павла не осталось ни на грош. – Умри!
Рыцарь выронил меч, попытался схватиться за пику, но игрок просовывал ее все глубже. Наконец враг содрогнулся всем телом и тяжело упал вперед. Павел едва успел отскочить в сторону, иначе пришлось бы опять катиться вниз, теперь вместе с закованным в броню мертвецом.
Он присел на ступень, немного отдохнул. Сигарет не осталось, идти дальше не хотелось совершенно. Злость, только что израсходованная, снова быстро накапливалась. Адресатов было два: Манана и, в гораздо большей степени, Белка Чуй.
– Идиот! Загнал меня черти куда, потом бросил… А теперь вообще не найдет!
Павел дотянулся до длинного меча рыцаря. Это было тяжелое, но ухоженное оружие, лезвие так и сверкало. В пляшущем свете факелов Павлу даже удалось рассмотреть свое отражение.
– И что?..
Он подошел к факелу ближе, поднял перед собой оружие. Довольно четкое отражение. На настоящем оружии такого быть не должно, наверное, но ведь это только игра… Павел прижал меч к стене, и на минуту зажмурился, пытаясь понять, что собирается сделать. Здесь ведь нельзя «прыгать». Или можно?
– Попытка не пытка, все равно делать нечего.
Павел постарался представить зеркало в прихожей своей или, точнее, Гришкиной квартиры в Москве-0, настоящей, обычной Москве. Однако в голову лезли совершенно ненужные мысли: зеркало-то не в прихожей теперь, а на плите в кухне. И вообще, как можно «прыгать» из игры, если его тело лежит себе в саркофаге на седьмом плане? Руки, удерживающие меч на уровне лица, начали дрожать – так не расслабишься… Да еще наверху послышался дробный топот, еще два пикадора спешили растормошить медлительного игрока.
– Никакого покоя!
С этими горе-стражниками Павел расправился почти шутя – новый меч оказался хоть и тяжелым, но чрезвычайно острым. Все бы ничего, да только из шеи того парня, которому Паша снес голову, хлынул такой фонтан крови, что забрызгал всю одежду героя. Пахло парным… Матерясь, Павел взбежал по ступеням, подальше от мест побоища. Вспомнив, как рыцарь вышел прямо из стены, потыкал острием в кирпичи. Вот и скрытая ниша.
Внутри оказалось тесно, но гораздо светлей – из стрельчатого окна ярко били солнечные лучи. Павел хотел снова полюбоваться на свое отражение, но меч был весь в крови. С раздражением опустив оружие, он высунул голову в окно. Внизу, насколько хватало глаз, тянулись чрезвычайно живописные луга, перемежаемые лесополосами. Кое-где паслись коровы, высмотрел Павел и одного пастушка. Пастушок, конечно же, играл на дудочке.
– Может, эти дураки с пиками меня тут не найдут?..
Преодолев брезгливость, Паша вытер меч рукавом. Кровь все-таки была не настоящей, уж очень легко стерлась, и лезвие сразу засияло на солнце. Он пристроил меч на узкий подоконник.
– Белка, какой же ты дурак! – с чувством сказал Павел, глядя своему отражению в глаза. – Итак…
Он зажал уши руками, приблизил лицо к «зеркалу». В нос все еще шибало мясным цехом, и Павел задержал дыхание. Представить свою квартиру, кухню за спиной, стол и табуретки, календарь на драных обоях… Теперь – прыгнуть! Он скакнул и тут же ткнулся головой о низкий потолок. Рыцари в этих краях не отличались статью, по крайней мере те, что прятались в стенных нишах.
– Уффф… – обхватив голову руками, Павел опустился на каменный пол, хотя перед глазами мелькнула давно не мытая электрическая плита. Слева что-то было, очень похожее на окно, большое современное окно, но было лишь короткий миг. Показалось?
Пока Павел тер макушку и смаргивал слезы, на лестнице снова раздались шаги. Он тихо встал, подхватил меч – это были не пикадоры, те топали нарочито громко. Новый персонаж, прыгая через ступеньку, проскочил мимо ниши и Паша рискнул высунуть голову сквозь кирпичную кладку. Лестница круто изгибалась, но он успел заметить, как мелькнули высокие сапоги из мягкой кожи, рюкзак.
– Белка.
– Вот ты где! – Бродник тут же вернулся, улыбаясь, будто их встреча – самое обычное дело. – У тебя изумительная способность пропадать, Пашка! Пригодится в нашем деле, со временем.
– Белка, ты как сюда попал?
– Максимович не дал отдохнуть, уткнулся опять в свои склянки… Ты бы вышел из стены, а то как-то неудобно с головой разговаривать. Кстати, это ты внизу народ искромсал? Лихо.
– Иди лучше ты сюда.
Павел потеснился, впуская в нишу бродника. Тот сразу сунул голову в окно, присвистнул.
– Поднялись всего ничего, а вид – как с небоскреба! Понарисовали черти что, а еще компьютерщики… Максимович говорит, что эти его петли Реальности тебя цапнули. А ты, оказывается, играть отправился! Кто из нас ребенок, а, дурень?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
