Варя рассмеялась: «не на слишком высоком уровне» — это мягко сказано! Где только не работали ее однокурсники, чтобы не работать за гроши в самом престижном учебном заведении страны. Одна закончила курсы стюардесс и была безмерно счастлива, когда ее взяли в «Аэрофлот». Другая закончила бухгалтерские курсы и пошла в банк операционисткой (правда, она занималась валютными операциями и должна была понимать иностранные слова в платежках). Единственный молодой человек на всю Барину группу пошел в налоговую полицию и, вероятно, пользовался в работе фразой «Hands up!» [6]. А Наиля…
— Вот уж кого я не могу понять, так это вашу Наилю! У нее нет даже незаконченного высшего образования! Она же могла хотя бы перевестись в местный университет. Училась бы там вместе с мужем — он ведь тоже студент.
— Он учился в местном университете?
— Да, Наиля что-то такое говорила, когда я ей ставила зачет по английскому.
— А на каком факультете?
— Не помню.
Варя снова дрогнула: ради перспективного брака с Наилей Тимур вполне мог перевестись на юридический факультет местного университета. В солнечных республиках (ах да, уже суверенных государствах!) человек с дипломом юриста — царь и бог, не важно, где ему был выдан этот диплом. Но опять-таки ничего не было известно наверняка…
Варя тепло попрощалась с Мариной Валерьевной, а та попрощалась со своей бывшей дипломницей грустно, понимая, что они расстаются навсегда, и вместо узкого и тернистого научного пути перед Варей маячит светлый, устланный серо-зелеными купюрами путь в мир капитала.
* * *
Варя действительно созвонилась с фирмой, поставлявшей им книги в Канаду, и отправилась туда потолковать о перспективах. Перед уходом домой она написала заявление о приеме на работу на должность менеджера по экспорту (эта должность была введена с ее приходом).
Работать в этой фирме оказалось труднее, но и интереснее, чем в Канаде. Поле деятельности было неисхоженным, однако Варе нравилось идти в наступление, а в бизнесе это ценится. Каждый вход в Интернет был для нее увлекательной разведкой боем или бодрящей короткой перестрелкой: «…так, Рой говорил, что в этом университете изучают русский язык, — проверим, предложим… А почему не отвечают физики, просившие наши научные журналы?.. Книжный магазин в Болгарии тоже должен был уже прислать заказ…» Вскоре на Варину энергию и напористость стали как бусинки нанизываться клиенты, а через год работы ее ожерелье стало для фирмы драгоценным. За рубеж удавалось продавать литературные новинки и маститых классиков, курсы русского языка и переведенные на английский естественно-научные издания. Крошечные, разбросанные по всему миру, но все же существующие островки интереса к русскому языку сгрудились в виртуальной реальности вокруг Варвары Калининой и ее фирмы. И Варя, как и шесть лет назад во время чаепития в Английском клубе, с радостью чувствовала, что все внимание и интерес присутствующих адресованы ей. Она опять вернулась к той точке, с которой могла бы упасть в любовь и Вечность, но на сей раз крепко стояла на ногах.
Два раза в год, в октябре и апреле, Варя с шефом ездили на Международные книжные ярмарки — во Франкфурт-на-Майне и в Лондон. Вечерами они сидели в Вариной комнате, пили сваренный кипятильником чай и обсуждали, что принес им прошедший день. Потом ложились спать в одну постель.
Связь с шефом была так естественна, что Варя даже не отдавала себе отчета, почему она вообще началась. Видимо занимаясь бизнесом по-настоящему, нужно это делать на всех уровнях. Николай был немногим старше Вари, с первых же дней работы они перешли на «ты» и с первых же дней почувствовали себя двумя лошадьми в одной упряжке. И в постели, закончив чисто телесное общение, продолжали говорить о проблемах и перспективах фирмы, как родители, обсуждающие дела своего ребенка. Однажды Николай пожаловался, что у его жены завелся редкий вирус в рабочем компьютере, и спросил, не сможет ли Варин муж вылечить заболевшую машину. Варя пообещала предоставить мужа и восприняла эту просьбу как переход к полной семейственности.
При этом собственная семья в лице Валентина не была ей в тягость и, в отличие от работы, не отнимала никаких душевных сил. А уж физических — тем более. По возвращении из Канады они выкупили у хозяев ту квартиру, которую снимали до отъезда. Варя завела в ней стиральную и посудомоечную машины, микроволновую печь, моющий пылесос и множество полуфабрикатов в холодильнике.
Мало-помалу заводилась и новая мебель.
Однажды, переставляя свои старые книги в новый шкаф, Варя наткнулась на томик Франсуа Вийона и не смогла не перелистать его. Этот поэт полюбился ей со студенческой скамьи за редкую живость и жизненность каждой написанной им строки. Казалось, не было на свете того, чего бы он не познал и чему бы не знал цену. В его стихах гостили все: от монахов до проституток, к которым эти монахи захаживали. Варя как раз наткнулась на отрывок о девушках, избравших древнейшее ремесло:
…И та, что быть с одним робела,
Теперь ложится спать с любым…
Она закрыла книгу с неприятным ощущением: словно это сказано про нее. Но потом подумала: да, формально она отдавалась. Но реально — брала от жизни свое. Все, что когда-то отдала Тимуру за любовь: успех в избранном деле, уважение к себе и право быть собой. Валентин давал ей социальный статус и спокойствие за каждый новый день, Рой позволил ей поверить, что она желанна, и дал ей путевку в мир бизнеса, а Николай помогал без остановки шагать вперед.
Иногда она все же останавливалась — когда они с мужем весенними вечерами прогуливались по смотровой площадке на Воробьевых горах. Варя поворачивалась лицом к родному университету, где торжественно горел на закате вознесенный в небо шпиль, и закрывала глаза, чтобы слезы оставались при ней.
И каждый раз, поднимая мокрые веки, она не могла не восхищаться великолепием этого напоминающего замок здания. И каждый раз думала: а для чего она сама берет высоту за высотой, если все равно уже не сможет увидеть снег, летящий вверх; для чего возводит свой замок, если не сможет больше шагнуть с него хоть в несколько секунд бездонного счастья?
Кто был окончательно и бесповоротно счастлив, так это мама — ей предстояло стать бабушкой. Через семь лет и неполных семь месяцев после памятной Вариной ночевки в лесу. Бабушка носилась по магазинам и скупала все развивающие игры для детей в возрасте от года до выпускного вечера в школе.
Варя чувствовала, что мама так безумно радуется не только предстоящему рождению внука; ей, должно быть, казалось, что с появлением ребенка Тимур наконец-то останется в прошлом, а дочь раз и навсегда перевернет столь изорванную страницу своей биографии.
