на десятки тел и залитую кровью площадь.
На секунду показалось, что глава дома Гаман мог взорваться в любую секунду. Со скоростью пули старик рванул в сторону сына и с одной оплеухи отправил того под жалкий вопль в дальний полёт.
— БЕЗМОЗГЛЫЙ КРЕТИН! ПОЧЕМУ МЫ УЗНАЕМ ОТ СМЕРТНИКОВ, ЧТО НАКАЗУЮЩИЕ ВСТУПИЛИ В ВОЙНУ! УДАВЛЮ СВОИМИ ЖЕ РУКАМИ!
Не прошло и пяти вдохов, как старикан вновь стал отдавать новую порцию приказов, при этом не забыв выхватить из моих рук стилет.
— Этих шестерых в отдельный барак и под замок! Отмыть и накормить! Чтобы волос с их головы не упал до моего приказа! — рявкнул свирепо он, на всей возможной скорости удаляясь прочь. — Всем ясно?
— Так точно! — громыхнули несколько воителей ему в спину.
— Вы шестеро к вратам и ждите своей участи! — скомандовал кто-то из «черных».
Практически сразу на площади началось стремительное оживление. Тела убитых и раненых стали оттаскивать прочь другие смертники, а на нас больше не обращали никакого внимания. Множественные косые взгляды приговорённых были исключением.
— Мне кажется, или мы сегодня не подохнем? — задумчиво осведомился Грат, опираясь на массивные ворота спинной и переглядываясь с остальными.
— Инферно свидетель, — молвил слабым голосом Рамас, сидя на корточках. — Это чудо.
— Или проведение, — поддакнул Тэйн, туже затягивая повязку на колено.
— Вечно всё у падших к провидению сводится, — заворчал Цуг.
— Иначе никак, — ухмыльнулся раненый.
Ранкар, значит. Пусть будет так. Неплохое имя. Мне нравится.
Если честно, то сейчас не было никакого желания говорить. Глядя на прекрасные далёкие звёзды, хотелось только молчать, спать и… жрать. Правда, стоило прикрыть глаза и стянуть с руки болтающуюся мёртвым грузом окровавленную перевязку, которую рассекли во время схватки, как кто-то в бесцеремонной манере отдёрнул меня в сторону.
— Лучше прикройся обратно, — шепнул Арк на ухо. — Слишком выделяется.
— Что? — хмуро отозвался я, разлепляя свинцовые веки.
Хотелось послать полубога куда подальше, а потом задать всей этой пятерку уйму интересующих меня вопросов.
— Прикрой её. Не знаю откуда она у тебя, но может привлечь ненужное внимание и выдаст тебя. Мы чудом сегодня уцелели благодаря тебе, но для местных… да даже для элиты такое редкость. Новости распространяются здесь тут быстро. Срежут как трофей либо черные, либо приговорённые. Пикнуть не успеешь!
— О чем… ты? — прошипел холодно я, не понимая к чему он клонит. — Что срежут? Какой к бесам… трофей?
На лице у Аркаса и растерянных Цуга с Гангратом отразилось ошеломление, а полубог демонстративно опустил глаза на мою левую руку, на которой от плеча до самого запястья красовалось… нечто мне неизвестное и странное, похожее на черные шрамы.
Мириада сраных бед! Откуда взялась эта дрянь?
— Какого хе…
Думаю, все понимают, кто это…
Глава 6
Необъятная истина и первые ростки зла…
В полусумраке я несколько долгих мгновений пялился во все глаза на неизвестное художество и пытался осознать откуда взялась эта гадость. Лишь при тщательном осмотре стало понятно, что это никакие не шрамы, а татуировка в виде языков тёмного пламени. Иссиня-черное тату начиналось от плеча и простиралось почти до запястья, поглотив тем самым полностью руку. Вот только это было не всё, потому как на внутренней стороне предплечья потоки пламени окутали эфес со сломанным клинком. До боли знакомым клинком.
Детально выполненная и донельзя безупречная работа. Складывалось впечатление, что татуировка и оружие казались будто бы живыми.
Глазам не верю. Неужели это…
— Ха-ха… Это бред какой-то, — вырвался изо рта полубезумный смешок, а лбом я уткнулся в деревянную стену, неподалёку от врат. — Вот как, значит? Вот как всё случилось. Вот откуда появилось пламя. Нашлась пропажа, да. Теперь всё встало на свои места. Теперь всё ясно.
— Мне кажется, или он свихнулся? — раздалось за спиной тихое сопение Тэйна, который обращался к Аркасу и Ганграту.
— Всё может быть, — рассудительно заметил Рамас. — Только дурак не станет добивать своих врагов.
Я не заметил, как остальная пятерка окружила меня со всех сторон и с задумчивым видом наблюдала за моими вывертами. Правда, одновременно они весьма профессионально перекрыли обзор другим смертникам, которые то и дело бросали в нашу сторону завистливые, презрительные и отчасти заинтересованные взгляды.
— Нет. Со мной всё в порядке, — тихо отозвался я. — Дайте немного подумать. Хотя бы минуту.
— Да хоть две, — ухмыльнулся весело Ганграт. — У меня сегодня второе рождение произошло.
Значит, всему виной артефакт? Это он перенёс моё тело в Альбарру? Паскудство! Знать бы ещё как, и для чего. Хотя понятно для чего. Неужели он таким образом спас меня от смерти? Но почему именно сюда? Почему именно на Вечное Ристалище? Погодите-ка. Язык. Архаика. Артефакт как-то связан с этим миром? Выходит, это он наделил меня этими знаниями. Получается, тогда в ущелье та тьма не привиделась. Я каким-то образом призвал его. Боюсь, что и провалы в памяти тоже связаны с этим.
Стоп! О чем там балаболил полубожок?
— Аркас, — резко обернулся я к нему. — О чем ты только что говорил? Объясни. Почему её могут срезать? Для чего?
— Так ведь в коллизии ты призвал оружие, — с недоумением отозвался он, почесывая щетинистую щеку, а после покосился на ребят, которые один за другим кивнули. — Мы все это видели. К тому же я слышал и даже один раз видел, как подобные рисунки на свои руки наносят аристократы и голубокровные. Правда, у тебя она огромного размера… Чересчур огромного, — указал тот глазами на тату. — Благородные называют их пространственными оттисками. Они хранят в оттисках оружие или нечто очень ценное. Но занимаются подобной работой высокоранговые одарённые со стихией пространства. Ранг у такого чародея
