становился всё неукротимее. И вот Энлиль решился на великое деяние. Медным ножом он надрезал края небосвода. Бог неба Ан со стоном оторвался от своей супруги, богини земли Ки. Великая мировая гора с треском раскололась. Плоский диск, на котором лежала богиня земли, остался на поверхности первобытного Океана, омывавшего его края, а крыша мира – огромное оловянное полушарие – повисла в воздухе, и только мелкие кусочки, отколовшиеся кое-где от него, упали на землю, и люди до сих пор находят в горах ценнейшие обломки небесного металла.
Так разделилась первая супружеская пара. Небесный праотец и мать-земля были навеки разлучены друг с другом. Великий Ану остался жить на верхушке оловянного свода и никогда уже не спускался вниз к своей супруге. Хозяином на земле стал Энлиль.
Он основал в самой середине земного диска город Ниппур и поселил там богов. Огромное пространство, которое образовалось между землёй и небом, было предоставлено им. Носясь по просторам Вселенной, они подымались иногда наверх к своему отцу Ану, а затем возвращались в Ниппур.
Освобождённая Энлилем земля вздохнула. Тут и там поднялись горы, и с их склонов потекли потоки. Орошённая почва произвела травы и деревья. Семья богов увеличивалась и под верховенством Энлиля наводила порядок на огромных просторах Вселенной, а бог Ану уже безмолвно взирал сверху на своих детей и внуков».
Уту отложил последнюю табличку и посмотрел на гостей:
– Вот как на самом деле создалась Вселенная! И это откровение я обычно никому не читаю. Это одна из тайн моего народа. Но вы об этом откровении всё узнали. Ну и что ты думаешь по этому поводу, Варлаам?
Аматтея не сразу нашлась что сказать. Миф ведь был действительно очень древний, и той же лидийке он уже казался в чём-то даже весьма наивным, хотя она, как и подавляющее большинство людей того времени, верила в богов и в их всесилие. Но Аматтеи некоторые моменты в этом мифе показались уж совсем похожими на сказку, однако лидийка не хотела обижать старца тем, что в чём-то разочаровалась.
– Я во-о-о… Я восхищён, Уту. Ведь многое от шумеров перешло к другим народам, и вы стали их первыми учителями.
– Да, это так! И аккадцы, а после них и нынешние ассирийцы и вавилоняне очень многому научились у нас, шумеров. Они это и сами до сих пор признают!
– Ну а можешь ты мне ответить, Уту, почему тогда исчез твой народ?
– Э-э-э, я это могу тебе, Варлаам, объяснить. Народы – как и люди: они рождаются, набирают силу, а потом дряхлеют и обессиливают. Мой народ уже почти полторы тысячи лет назад одряхлел и потерял жизненные силы. И когда рядом с ним появились более молодые народы, такие, к примеру, как аккадцы и ассирийцы, он постепенно стал им уступать во всём. Печально, но это так. Исчезновение шумеров было закономерным. Но точно так же рано или поздно произойдёт и с нынешними ассирийцами и вавилонянами, и с халдеями. Ничего не вечно во вселенной, кроме великих богов!
После этого старец пожелал показать Варлааму тайники, устроенные в храме и рядом с ним, где хранились главные шумерские реликвии.
Наутро Уту вышел провожать гостей и протянул Варлааму потемневшее от времени ожерелье:
– Вот, возьми его, юноша. Оно досталось мне от отца, а тому – от его отца. И так оно передавалось из поколения в поколение на протяжении тысячи лет. Оно передавалось только смотрителям этого храма.
– Я не могу принять такой ценный подарок! – запротестовала Аматтея.
Старец всё-таки настоял, чтобы Аматтея приняла это ожерелье. Со вздохом он продолжил:
– Варлаам, вчера я показал тебе все тайники в моём храме, теперь ты знаешь, где и что там спрятано. И сделал я это неслучайно! Я чувствую, что в ближайшие день-два умру, и со мной пресечётся последняя линия моего народа. Но кто-то же должен перенять наши последние секреты, и память о шумерах не должна сгинуть во времени. Для этого нужен новый смотритель, и я выбрал тебя, Варлаам. Я проникся к тебе доверием. Надеюсь, что я в тебе не ошибся! Езжайте, и пусть вас с Маликом хранят великие боги! Скорее всего, к заходу солнца меня уже не станет… Передайте старосте ближайшего селения, чтобы завтра пришли за мной и похоронили старого Уту по шумерскому обряду рядом с моими родственниками, с отцом и старшими братьями, которые покоятся на берегу моря. Староста знает, где захоронены они. Я ему показывал это место.
Аматтее стало жалко Уту, но он был непреклонен и не хотел, чтобы их расставание затягивалось. Малик помог Аматтее забраться на колесницу, и они выехали на дорогу. Аматтея ещё долго смотрела на уменьшавшуюся тщедушную фигуру старца, последнего из шумеров, и на её глазах невольно проступили слёзы.
Уту действительно умер на закате, и его похоронили там, где он велел это сделать.
***
Ур являлся одним из древнейших поселений Южной Месопотамии и располагался в низовьях Евфрата. Основали его ещё в 7 тысячелетии до новой эры, но только три тысячи лет спустя он превратился в полноценный город – после того, как вокруг него была возведена первая кирпичная стена и на близлежащей священной храмовой территории его жители возвели ступенчатый зиккурат. На протяжении многих веков Ур соперничал с Уруком за гегемонию в Южной Месопотамии, и в конце XXII века до новой эры он окончательно превратился в главный центр шумерской цивилизации в её последний период расцвета. Почти на сто лет так называемая III династия Ура объединила всю Месопотамию и сопредельные земли и создала очень крупное государство на руинах Аккадской империи. В это время в Уре правили такие прославленные цари, как Ур-Намму и его сын Шульга, и влияние этого царства распространялось от берегов Средиземного моря и почти что до самой Мелуххи (нынешней Индии).
И гораздо позже, уже во времена Ассирийской империи Ур оставался важным городом, и именно в нём располагался центр провинции Южная Месопотамия, напрямую подвластной Великому царю, и где сейчас губернаторcтвовал великан Бел-ибни, муж старшей сестры Ашшурбанапала.
Набуэлю стало известно, что на Бел-ибни какие-то неизвестные совершили покушение во время его охоты на кабанов в окрестностях Урука, но в итоге пострадал не он, а его супруга. Шерруа-этеррит всегда хорошо относилась к Набуэлю, и наряду с царицей-матерью Накией-старшей она тоже ему покровительствовала, и поэтому халдейский князь захотел её проведать. Но когда Красавчик прибыл в Ур, он уже не застал Шерруа-Этеррит. Муж её отправил в Ниневию.
Великан Бел-ибни встретил Красавчика у себя в апартаментах и предложил
