— Ваша Светлость, прошу за мной.
Гадая, что же понадобилось вдруг императору, Иона направилась за секретарём.
Около дверей кабинета секретарь с поклоном открыл дверь, приглашающе махнув рукой. Тихо поблагодарив мужчину, герцогиня вошла внутрь.
— О, герцогиня. Я не задержу тебя. Просто хотел уточнить дату празднества.
— Простите?
— Бал в честь новой герцогини. Это традиция, Иона.
— Даже месяца не прошло, как я убила отца. Может, подождём хотя бы полгода?
— Это слишком долго. К тому же, скоро помолвка Лаэрта, лучше провести подряд два праздника.
— Ваше Величество… — Иона вздохнула и потёрла лоб. — Хорошо, давайте через месяц. Вас это устроит?
— Более чем, моя дорогая! Об организации не беспокойся, императорский дворец традиционно займется этим.
— Благодарю, мой император. Я пойду.
***
В резиденцию Иона вернулась крайне раздражённой и это поняли все, кто встретил девушку в коридорах, отчего те резко опустели.
Герцогиня сидела в кабинете и, недовольно кривясь, перебирала документы, то и дело начиная бурчать себе под нос.
— Нет, ну вы подумайте только… Как будто я настолько жаждала его убить, что готова через пару дней плясать на балу! Нормальные люди минимум три месяца в трауре ходят, но нет, приспичило. Традиции, чтоб их пикси разодрал! — Иона поняла, что смотрит один и тот же документ уже третий раз и, бросив его на стол, закрыла лицо руками. — Мало мне репутации отцеубийцы, теперь вообще зверем каким-то буду…
— Зато точно будут бояться.
— Уйди, Эль. Мне не до шуток.
— Вижу. Потому и пришёл поднять тебе настроение. Виан прийти не смог, важные дела короля.
— Мне так неловко, что вы оба тратите на меня кучу времени…
— Это наш выбор, малыш. Так что не кори себя за это. — Иона повернулась к Лаурелю и увидела в его руках бутылку вина. — Может, отложишь пока документы?
Усмехнувшись, девушка встала из-за стола и, приглашающе махнув рукой фейри, направилась в гостиную. Не сказать, что она была любительницей выпить, но сегодня настроение было как раз подходящим.
Вита принесла закуски — небольшие сэндвичи, фрукты, засахаренные и солёные орешки и ещё множество других угощений. Причём в таком количестве, словно пить собиралась как минимум компания из шести человек.
— К нам присоединится кто-то?
— Надеюсь, что нет. — Лаурель, ловко открыв бутылку, наполнил бокалы. — Потому что я хочу просто отдохнуть в компании человека, который меня не раздражает.
— Не похоже на комплимент, Эль.
— А это он, представь себе. Ну, за тебя!
Осторожно пригубив вино, Иона удивлённо округлила глаза. Оно одновременно было лёгким, словно сок, и тягучим, словно мёд. Лаурель расплылся в улыбке, когда заметил реакцию девушки и то, как она делает следующий глоток уже смелее.
— Ты главное сильно не налегай. Это вино фейри, такое же коварное, как и волшебный народ. Но в нём есть огромный нюанс, который мне нравится. Если ты пьёшь его весёлым — оно поднимет настроение ещё больше. Если ты зол — оно заставит тебя улыбнуться. Разгонит кошмары, пробудит нужные мысли, снимет усталость или усыпит, если это требуется. Прекрасный напиток! Жаль, что Виан вылакал почти все мои запасы.
Последняя фраза была сказана с такой тщательно состряпанной обиженной физиономией, что Иона не сдержала смешка. За разговорами обо всём и ни о чём прошёл почти час, прежде чем герцогиня заметила, что вино в бутылке не убывает. Она пару раз моргнула и присмотрелась внимательнее, но глаза её не подводили.
— Эль, ты уже новую бутыль взял?
— Нет, это ещё один большой плюс этого напитка. Он никогда не кончается!
— А как тогда Виан всё выпил?
— Это талант, моя дорогая, это талант…
Виан, появившийся в комнате уже после полуночи, прислонился плечом к стене и с улыбкой смотрел на развернувшуюся перед ним картину. Иона, улёгшись на колени Лауреля головой, громко жаловалась ему на… Сервиана. Язык девушки уже заплетался, но упрёка в голосе было столько, что Виану даже стало почти стыдно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нет, и ты понимаешь, вот он подходит обнимает, целует, а я не знаю, что делать!
— Ну в ответ поцелуй. — Судя по голосу, Эль тоже уже был сильно нетрезв. — Или ущипни его за зад.
— Не буду я его целовать! Он мне конечно нравится, но я же тебе всё объясняла. И к тому же я леди!
— Леди, лорды, вы вечно так всё усложняете. Нет, я понимаю твои опасения. Но вот эти церема…Церемонли… Тьфу ты! В общем, все беды из-за лишних титулов! И свои страхи надо побеждать! Вот, например…
Эль распинался ещё минут пять, рассказывая, как он, доблестный и прекрасный, перекраивал себя сам. И в море ходил, потому что глубины боялся, и в горы лез из-за страха высоты, и даже с девушками знакомился. Всё во имя победы!
— Эль, она уже спит, можешь заканчивать балаган.
— Ты долго. Что-то случилось?
Пожав плечами, Виан подошёл к дивану, на котором сидели Эль и Иона. С лёгкостью подняв разморенную вином девушку на руки, юноша понёс её в спальню. Там их встретила Вита, которая ждала, пока миледи отправится спать.
Передав Иону в заботливые руки камеристки, Виан тихо закрыл за собой дверь и вернулся в гостиную. Лаурель уже зажёг свечи, убрал пустые тарелки из-под закусок и даже поправил подушки на диванчике. На столике стояло два наполненных бокала, один из которых взял Сервиан и уселся в кресло напротив брата.
— Опять притворился, что напился вдрызг?
— Людям обычно некомфортно пить, когда они знают, что собеседник может долго не пьянеть.
— И что сумел вытянуть из нашей маленькой герцогини?
— Секрет. — Эль усмехнулся, глядя на вытянувшееся лицо Виана. — Эй, только не обижайся. Малышка доверила мне свои тайны, не хочу подвести её.
— Но обо мне она говорила? Да?
Синеволосый фейри только хитро улыбался, потягивая вино. Он мог бы рассказать Сервиану многое, но для молчания были веские причины.
Во-первых он и правда не хотел предавать доверие Ионы. В кои-то веки девушка расслабилась и хоть немного открылась, нажаловавшись на Сервиана и свои замешательства в отношении фейри. Ну, а, во-вторых, наблюдать за нервничающим братом было более чем забавно.
— Ну ты и скотина, Эль!
— Кто бы говорил. — Фейри внимательно посмотрел на Виана и вздохнул. — Ладно. Скажу только одно! Постарайся вести себя так, как привыкла она, а не ты.
Сказанное Лаурелем заставило Сервиана надолго замолчать. Синеволосый не торопил его, вместо этого призвав на столик невесть откуда уворованного кролика в собственном соку.
Лаурель прекрасно знал слабости своего брата, как и свои. Он видел, что на этот раз «зацепило» Сервиана. И они бы поменялись местами — брат бы ревновал, а Эль пытался объяснить, что всё это глупости. Атея стала в своё время причиной их раздора, из-за чего и погибла. Но фейри не собирался допускать такого же развития событий с Ионой.
Девушки были абсолютно разными, что сильно упрощало ситуацию. Атея была сродни одержимости. Любой её взгляд в другую сторону вызывал злость. Любое слетевшее с пухлых губ слово, адресованное не ему, пробуждало какого-то дикого зверя внутри. Сейчас, по прошествии времени, Лаурель даже порой задумывался, не опоили ли его чем. Иона же была другой. Ему нравилось как в ней сочетались в какой-то степени по-детски наивные представления о мире и сугубо прагматичный взгляд на остальное. Восхищало умение держать себя. Её хотелось оберегать и защищать, но не привязывая к клетке, а помогая убрать с пути тех, кто мешает ей взлетать всё выше.
