Читаем без скачивания Охота на оборотней - Александр Хинштейн

Прежде чем рассказать об этом, следует сперва хотя бы в двух словах поведать, что представляла собой знаменитая гольяновская ОПГ.

ПРИНЦИП КАРАТЭ

…Все началось с каратэ. Именно в кружке каратэ пересеклись в далеком уже 82-м году дорожки будущих создателей банды — Игоря Вугина и Максима Шенкова. Первый тренировал второго.

На какое-то время они потеряли друг друга из вида. Встретились лишь в конце 80-х. Вугин уже вовсю занимался бизнесом. Шенков только-только демобилизовался. Парень он был крепкий, служил в десанте, такие ребята его бывшему тренеру были нужны позарез.

«Вугин предложил мне создать банду, — покажет потом на следствии Шенков, — Вначале ко мне примкнули мои школьные друзья и друзья, с кем я занимался спортом, впоследствии к нам присоединились другие. Оружие доставали стихийно, деньги на содержание банды давал Вугин».

Первое время группа Шенкова занималась в основном охраной Вугина, перевозкой ценностей, разборками с другими бригадами. Но аппетит, как известно, приходит во время еды. Постепенно «шенковцы» перешли к делам более серьезным. Обложили данью лоточников на Тверской. Стали прибирать к рукам других коммерсантов.

А потом и вовсе пустились в одиночное плавание. Теперь это была уже не какая-то «бригада», а профессиональная, хорошо вооруженная преступная группировка с огромными возможностями. Под контроль были взяты вещевые рынки в Восточном округе, магазины, коммерческие структуры.

Во многом, если не сказать больше, своим «взлетом» бандиты были обязаны счастливому знакомству с полковником ФСБ Игорем Кушниковым. Произошло это в 92-м.

Кушников, как и подобает чекисту, мыслил масштабно. Он предложил создать на базе банды частное охранное предприятие. Ход нетрадиционный, но очень удачный. Во-первых, бандиты получали возможность контролировать рынки не только юридически, но и фактически; между ЧОПом и администрацией спорткомплекса «Измайлово», на территории которого располагался один из крупнейших в округе вещевых рынков, был заключен договор об охране. Во-вторых, отныне они, без боязни, могли носить оружие, упражняться в стрельбе, изучать боевые искусства — да мало ли какие еще возможности открываются перед ЧОПом.

Почему кадровый чекист, зам. начальника отдела Информационно-аналитического управления ФСБ Игорь Кушников стал идеологом банды — вопрос отдельный. Оборотней хватает везде, даже на Лубянке. Впрочем, сейчас не об этом.

Кушников принимал самое непосредственное участие в организации и подготовке многих преступлений. Он снабжал бандитов спецталонами, которые запрещают ГАИ досматривать машины, выдавал им удостоверения сотрудников ФСБ и МВД, оснащал спецтехникой. На своем автомобиле лично доставлял им оружие — нередко прямо к месту преступления. Помогал беспрепятственно проходить таможенный контроль в «Шереметьеве», когда преступники вывозили на Запад крупные суммы денег.

Если бы не полковник Кушников, гольяновские никогда не стали бы теми, кем стали. Правда, в этом заслуга не только его одного…

Банда Макса Гольяновского — так именовал себя Шенков — отличалась невиданной жестокостью. С людьми, отказывавшимися платить им дань, или с теми, кто пытался конфликтовать с их «подопечными», преступники расправлялись зверски. Когда один из коммерсантов — некто Казанджян — из-за аренды повздорил с фирмой «Сирин», «крышевали» которую гольяновские, бандиты попросту расстреляли его.

К счастью, Казанджян выжил. Выжил и другой коммерсант, Карташов, осмелившийся заявить в милицию о фактах вымогательства. Бандиты изрезали его ножами. А вот бизнесмену Кочеткову повезло меньше. Он был похищен прямо у дома, вывезен на территорию «Лужников» и расстрелян. И подобных примеров множество…

Двенадцатого ноября 1993 года в районе Дербеневской набережной сотрудники ГАИ остановили проехавший на красный свет «вольво».

«Все нормально, свои». — Сидящий за рулем человек открыл окно и помахал красной книжечкой с тисненой золотом надписью «Министерство безопасности». От чекиста за версту разило перегаром.

Инспектора были люди опытные. Конечно, с «соседями» связываться — себе дороже, но что-то подозрительное показалось им в этом человеке. На всякий пожарный они попросили документы на машину. И тут произошло удивительное. Чекист вытащил из кармана увесистую пачку долларов.

Гаишники переглянулись. Подобное в их практике встречалось впервые. Если уж сотрудник спецслужбы достал удостоверение, откупаться ему и в голову не придет.

Водитель был доставлен в ближайшее отделение — в ОВД «Павелецкий». При личном досмотре у него обнаружили пистолет «ПМ» и 3 тысячи долларов. «Сонис Александр Маркович», — было написано в его служебном удостоверении…

Не буду интриговать вас дальше. Скажу сразу, что гр-н Сонис никакого отношения к Лубянке не имел. Это был один из активнейших членов гольяновской ОПГ по кличке «Малыш». Удостоверение ему выписал уже известный нам сотрудник ФСБ Кушников.

Фальшивку милицейские опера почувствовали с ходу. Удостоверение было заполнено не каллиграфическим, как положено, почерком, а чуть ли не каракулями. Несмотря на все крики «чекиста», изъятый пистолет они тут же отправили на Петровку, для проверки, а самого Сониса задержали на трое суток. Следователь ОВД «Павелецкий» возбудил уголовное дело по статье 218 Уголовного кодекса — незаконное ношение оружия.

И сидеть бы Сонису как миленькому, если бы не начались дальше совершенно фантастические события. Буквально через пару часов бандит Сонис был выпущен на свободу вместе с пистолетом и фальшивым удостоверением. Из отделения его забрал чекист Кушников.

Я читал объяснения милиционеров из ОВД «Павелецкий». В подобные «сказки» может поверить только ребенок. Якобы они освободили задержанного, потому что контрразведчик уверил их, что Сонис — тоже чекист.

Это при том, что в своих показаниях Сонис путался с самого начала. Утверждал, например, что является сотрудником Службы охраны президента (хотя удостоверение-то было МБ!). Одно это уже должно было насторожить милиционеров. Не насторожило. Почему-то они не удосужились проверить по милицейской картотеке и пистолет, изъятый у лжечекиста. А ведь достаточно было потратить всего полчаса, чтобы узнать, что пистолет этот был похищен еще в конце 80-х у сотрудника МВД Армении.

Впрочем, без протокола начальник отделения честно признался следователям, как было дело (это произошло уже в период разгрома гольяновских, когда следственная группа поднимала из небытия все уголовные дела, связанные с бандой). Как ему позвонил один из руководителей ГУВД, как потребовал немедленно выпустить бандита и закрыть дело. Разумеется, человек этот сейчас от своих слов откажется, поэтому ссылаться на него я не буду, тем более что пять лет спустя, в 98-м, уже сидя в СИЗО, Сонис расскажет обо всем сам.

Из заявления Сониса в ФСБ России:

В 1993 году в СЗК «Измайлово» Шенков через гендиректора СЗКХмеля Л.П. познакомился с нач. УУР ГУВД Купцовым В.Н. Позже он (Шенков) познакомил с ним и Кушникова. Возможно, что в некоторых случаях Купцов оказывал помощь Кушникову и Шенкову.

Когда меня отпустили из милиции по факту удостоверения и оружия, то через некоторое время я тоже познакомился с Купцовым и я передавал ему через Хмеля Л.П. 2 тыс. долларов США в конверте в коридоре СЗК «Измайлово» за помощь в освобождении.

Две тысячи долларов… Что ж, недорого стоит генеральская честь. А ведь если бы еще тогда, в 93-м, Сониса посадили, не было бы этих сорока трупов. Банду уничтожили бы в самом начале: надо было только чуть прижать «чекиста», но…

Впрочем, на этом история с изъятым пистолетом не закончилась. Истина известная: висящее на стене ружье обязательно в 4-м акте стреляет…

В марте 94-го сотрудники 1-го отделения милиции ЦАО задержали некоего гражданина Иванова. При нем был обнаружен уже известный нам пистолет Макарова (№ ГЕ1434), с которым годом раньше попался Сонис. Как этот ствол оказался в руках Иванова — дело темное. Впрочем, это и не суть важно. Важно другое: дотошные следователи «пробили» пистолет и вышли на историю с арестом Сониса.

Запахло жареным. Ведь стоило лишь чуть-чуть копнуть вглубь, как выяснится, что никакого отношения к Лубянке бандит Сонис не имеет, и пойдет-поедет. Но тут — о, чудо! Как только следователь вызвал чекиста Куш-никова на допрос, ему немедленно пришло письмо с Петровки. Официальный запрос, подписанный лично начальником МУРа Купцовым:

«Прошу предоставить в Управление уголовного розыска ГУВД материалы по факту получения сотрудником МБ Кушниковым И.Л. материалов на Сониса A.M.»

Дальнейшее предугадать нетрудно. Естественно, материалы тут же были отосланы на Петровку и эпизод с освобождением Сониса выпал из уголовного дела. Навсегда…

Я спрашивал у многих муровцев, у сотрудников ГУВД: как часто начальник МУРа — сам, лично — запрашивает материалы по такому незначительному поводу: незаконное ношение оружие?