Невысоко оценивал командующий Западным фронтом и самого М. Г. Ефремова. Как раз в период подготовки к «проталкиванию» к Вязьме, 28 января 1942 г., он написал на командующего 33–й армией нелестную характеристику. В ней, в частности, были следующие определения:
«Оперативный кругозор крайне ограничен. Во всех проведенных армией операциях неизменно нуждался в постоянном жестком руководстве со стороны командования фронтом, включительно тактического применения отдельных дивизий и расположения командного пункта армии. Приказы выполняются не в срок и не точно. Приходится все время подстегивать, за что имеет выговор в приказе» (ВИА, №3, с. 68).
Общий вывод из характеристики был неутешительным:
«Должности командующего армией не вполне соответствует. Целесообразно назначить командующим войсками внутреннего округа» (там же).
Сейчас уже трудно установить, чем руководствовался Г. К. Жуков, принимая решение бросить на Вязьму пешим маршем несколько стрелковых дивизий под командованием «не вполне соответствующего» командарма. Возможно, он предполагал, что выход к Вязьме и перехват коммуникаций войск противника в районе Юхнова заставит нарыв у Юхнова лопнуть и откроет путь на запад 43, 49 и 50–й армиям. Также перехват основной транспортной артерии группы армий «Центр» неизбежно привел бы к расшатыванию всего ее фронта.
К моменту принятия Г. К. Жуковым решения о рывке пехотой к Вязьме в обход Юхнова с севера 33–я армия вела бои за Верею фронтом на северо–запад. В директиве от 17 января 1942 г. командующий Западным фронтом развернул армию М. Г. Ефремова для наступления фронтом на запад:
«1. 5–я армия атакует Можайск и овладевает им без Вашей помощи. Движение 33–й армии на Ельню, как запоздалое, отменяется.
2. 43–я армия (194 сд), не встречая особого сопротивления противника, овладела Износки, Кошняки и наступает на Юхнов.
3. Создалась очень благоприятная обстановка для быстрого выдвижения 33–й армии в район Вязьмы в тыл вяземской группировки противника» (ВИЖ, №3, 1992, с. 10).
В последующем командующий Западным фронтом детализировал задачу 33–й армии:
«Ударную группу иметь в составе 113, 338, 160, 329 и 9–й гвардейской стрелковых дивизий… Вам (М. Г. Ефремову. — A. И.) быстрее выехать в 113–ю стрелковую дивизию, откуда управлять ударной группой» (там же).
Общая численность войск ударной группы составляла около 10 тыс. человек.
Выход из боев в районе Вереи потребовал около двух суток. Первые части соединений 33–й армии начали выдвижение в назначенный район только 19 января, после того как 222–я и 110–я стрелковые дивизии овладели Вереей. В городе даже была поначалу оставлена 110–я стрелковая дивизия армии. После 50–километрового марша ударная группа 33–й армии только 23—24 января сосредоточилась в районе Износки и Извольска.
Войска 33–й армии, наступавшие на Вязьму, 26 января перерезали дорогу Гжатск — Юхнов. В этот день командующий Западным фронтом ориентировал М. Г. Ефремова в том, что утром в этот день 11–й кавалерийский корпус Калининского фронта вышел в 12 км западнее Вязьмы и все пути отхода немецких войск оказались прерваны. Г. К. Жуков потребовал от командующего 33–й армией «форсированным маршем выйти 28.1 в район Красного Холма, Гредякина, Подрезова, где войти в связь с авиадесантом 4 вдк и конницей Калининского фронта». К утру 2 февраля армия вышла к Вязьме, и 113, 160 и 338–я стрелковые дивизии армии заняли исходное положение для атаки Вязьмы.
С целью развития успеха 33–й армии в ее полосу наступления 1—2 февраля выдвигалась 9–я гвардейская стрелковая дивизия А. П. Белобородова с правого крыла фронта. Впрочем, дивизия уже была сильно потрепана боями в декабре 1941 г. и начале января 1942 г., и ее возможности были уже сильно ограничены.
Затребованное Г. К. Жуковым продвижение к Вязьме заставило 33–ю армию сильно растянуть фланги. Армия к 31 января представляла собой вытянутую с запада на восток «кишку», занимавшую фронт 30 км и в глубину 80 км. Наиболее напряженным было положение в точке прорыва фронта. Сам прорыв представлял собой узкий 15–километровый коридор южнее железной дороги, идущей на Вязьму из Калуги. Для защиты флангов М. Г. Ефремовым были оставлены 1290–й стрелковый полк 113–й стрелковой дивизии, по стрелковому батальону из 338–й и 93–й стрелковых дивизий, три стрелковых батальона из 9–й гвардейской стрелковой дивизии.
Немцы довольно оперативно отреагировали на продвижение 33–й армии к Вязьме и 2—3 февраля нанесли контрудар силами 4–го пехотного полка СС с юга и 20–й танковой дивизии с севера. В результате контрударов противник перерезал коммуникации прорвавшихся к Вязьме войск 33–й армии, а затем и 1–го гвардейского кавалерийского корпуса. Попытки деблокировать 33–ю армию силами 9–й гвардейской стрелковой дивизии потерпели неудачу. Армия М. Г. Ефремова перешла к боевым действиям без устойчивого снабжения.
Тем временем 3 февраля передовые части 33–й армии под Вязьмой (в районе Стогова) вошли в соприкосновение с частями 1–го гвардейского кавалерийского корпуса. Начались совместные действия в немецком тылу конников Белова, стрелковых дивизий армии Ефремова и высаженных в районе Знаменки десантников.
В обход Ржева и Оленина
Крупномасштабная операция по окружению основных сил группы армий «Центр» потребовала привлечения войск двух фронтов. Если Западному фронту потребовалось искать пути для выхода в тыл противника после спрямления линии соприкосновения войск после декабрьского контрнаступления, то его северный сосед находился изначально в более выгодном положении. Войска Калининского фронта с конца осени 1941 г. занимали нависающее положение над коммуникациями 9–й армии и группы армий «Центр». Поэтому в директиве Ставки ВГК от 7 января фронту предписывалось в рамках проведения Ржевско–Сычевской операции «ударной группировкой силою двух армий в составе четырнадцати — пятнадцати стр. дивизий, кавалерийского корпуса и большей части танков нанести удар в общем направлении на Сычевка, Вязьма с задачей, перехватив железную и шоссейную дороги Гжатск — Смоленск западнее Вязьма, лишить противника основных его коммуникаций». Кроме того, часть сил предписывалось выделить для освобождения Ржева.
В период осуществления этой операции войсками Калининского фронта командовал генерал–полковник И. С. Конев, членом Военного совета фронта был корпусной комиссар Д. С. Леонов, а начальником штаба — генерал–майор М. В. Захаров. Тандем Конев — Захаров прошел практически всю войну. Энергичный командующий и отлично подготовленный штабист хорошо дополняли друг друга.
В соответствии с общим замыслом зимнего наступления, очерченным директивой Ставки ВГК, командующий Калининским фронтом поставил наступательные задачи подчиненным ему армиям. Главный удар из района западнее Ржева должна была нанести 39–я армия генерал–лейтенанта И. И. Масленникова. В состав армии входили 361, 373, 355, 381, 183 и 357–я стрелковые дивизии. Непосредственную поддержку пехоты в ходе наступления должны были осуществлять 148–й и 165–й отдельные танковые батальоны. После прорыва фронта развитие наступления 39–й армии предполагалось в направлении на Сычевку и Вязьму. Далее во взаимодействии с 30–й армией и 1–й ударной армией Западного фронта армия Масленникова должна была разгромить действовавшую здесь группировку противника. На острие наступления Калининского фронта ставился 11–й кавалерийский корпус, перегруппированный с левого крыла фронта в полосу наступления 39–й армии. Он получил задачу войти в прорыв в полосе этой армии и, развивая наступление в общем направлении на Вязьму, перерезать автомагистраль и железную дорогу между Вязьмой и Издешковом. Задача по овладению городом Ржевом была возложена на войска 29–й армии генерал–майора В. И. Швецова (220, 369, 252, 243, 246 и 174–я стрелковые дивизии) и 31–й армии генерал–майора В. А. Юшкевича (250, 5, 119, 375, 359, 262 и 247–я стрелковые дивизии). Армия В. А. Юшкевича получала самую сильную на фронте группировку танковых войск. Ее наступление должны были поддерживать 8, 21, 35 и 58–я танковые бригады, 145–й отдельный танковый батальон. Находившаяся на правом фланге фронта 22–я армия генерал–майора В. И. Вострухова (179, 186 и 178–я стрелковые дивизии, 129–й отдельный танковый батальон) наступлением в общем направлении на Белый, Ярцево должна была обеспечивать основные силы фронта от возможных ударов противника с запада. В резерве фронта оставались 256, 375–я и 185–я стрелковые дивизии.
Наступление Калининского фронта началось 8 января 1942 г. Войска 39–й армии прорвали оборону XXIII корпуса 9–й армии Штрауса западнее Ржева на узком, 15–километровом участке фронта. Была разорвана локтевая связь между 256–й и 206–й пехотными дивизиями XXIII корпуса. Наступление Калининского фронта поначалу развивалось по классической схеме: после прорыва фронта в полосе 39–й армии был брошен в бой эшелон развития успеха в лице 11–го кавалерийского корпуса. Если быть точным, из 11–го кавалерийского корпуса в прорыв вводилась так называемая группа полковника Н. В. Горина (командира 82–й кавалерийской дивизии) в составе 18, 24 и 82–й кавалерийских дивизий и 107–й мотострелковой дивизии. Общая численность группы составляла 5800 человек, 5000 лошадей, две 122–мм гаубицы, сорок семь 37–мм и 45–мм орудий, тридцать пять 82–мм и 120–мм минометов, семь танков КВ–2. Группа полковника Горина вошла в прорыв 12 января, продвинулась к югу на 110 км и 26 января вышла к автомагистрали в 12 км западнее Вязьмы. На следующий день части корпуса перерезали автомагистраль, но затем были отброшены противником к северу и перешли к обороне.
