Кейном только усложнит всё. Моё тело было полностью готово, но в глубине моего сознания звенел крошечный предупреждающий звоночек.
Было ли это просто отвлечением? Заменяла ли я Адама этим мужчиной, просто потому что он был поблизости? Нет.
Это не было отвлечением или каким-то трахом из мести. Это было чистое, ничем не сдерживаемое влечение. Это были два человека, химия которых была взрывоопасной. Это я желающая Кейна. И он желающий меня в той же степени.
Если бы мы договорились об отсутствии обязательств, тогда в чём был бы вред? Потрясающий секс между соседями не должен был быть грязным. Когда я переехала сюда, я надеялась, что в конце концов найду лёгкие отношения. Просто это произошло немного раньше, чем ожидалось.
Если мы установим какие-то основные правила, то не было бы причин, по которым мы с Кейном не могли бы наслаждаться телами друг друга.
— У меня есть десерт. — Наши ноги продолжали свою игру под столом. — Такое огромное шоколадное печенье в чугунной сковороде. Сверху я кладу мороженое, а затем поливаю всё это шоколадно-карамельным соусом.
— Звучит чертовски невероятно, — его хриплый голос заставил моё сердце пульсировать.
— Так и есть. Я приготовлю один для нас. — Я не сделала ни малейшего движения, чтобы встать. Я была слишком занята, наслаждаясь ощущением грубого мужского ботинка, гладящего нежную кожу моей лодыжки.
Мы оба знали, что этот разговор был не о печенье.
Его ботинок поднялся по моей икре. Тепло разлилось у меня между ног, и я раздвинула их.
— Я не ищу отношений, — сказала я ему.
Он кивнул.
— Меня устраивает отсутствие обязательств.
— Никаких ожиданий?
— Не от меня.
— Хорошо, — прошептала я, неохотно убирая свою ногу от его, чтобы я могла соскользнуть со своего места.
Я убрала свою тарелку в раковину, но прежде чем смогла повернуться и взять тарелку Кейна, его тепло было у меня за спиной. Он потянулся вокруг меня, ставя свою пустую тарелку поверх моей. Затем он вырвал у меня из рук нож для стейка и вилку, со звоном уронив их в раковину.
Моё сердце бешено забилось. Моё дыхание остановилось. Мои руки дрожали от предвкушения того, что он сделает дальше.
Медленно он опустил свой рот к моей шее. Его дыхание коснулось моей кожи тёплым шёпотом, прежде чем его мягкие губы прижались к моей обнаженной коже.
Затем появились его руки, медленно скользящие вверх по моим рукам от запястий. Кончики его пальцев скользнули по моим предплечьям и чувствительной коже на внутренней стороне локтей. Нервные окончания воспламенились и опалились, когда его след продолжился вверх по моим бицепсам.
К тому времени, как его руки добрались до моих плеч, я дрожала. Я потеряла равновесие и покачнулась назад, врезавшись в его твердую грудь.
В тот момент, когда мы столкнулись, его движения изменились. Исчезла медленная, мучительная ласка. Его большие руки схватили меня за плечи, прежде чем скользнуть ладонями по моим ключицам. Его пальцы впились в верхушки моих грудей, разминая их, пока я не загорелась.
— Кейн, — простонала я, так близко к тому, чтобы кончить только от его губ и рук.
Но прежде чем я достигла пика, Кейн развернул меня, поднял на руки и понёс по короткому коридору в мою спальню.
Он швырнул меня на синее одеяло и набросился на меня с той же яростью, что и вчера на диване. Но на этот раз мы наслаждались. Мы поклонялись. Мы изучали.
Кейн Рейнольдс отлично владел своими руками, помимо прочих придатков. У него были чувствительные соски, и ему нравилось, когда я посасывала их. Его волосы были мягкими и идеально переплетались между моими пальцами.
И, несмотря на то, что произошло на диване, у этого человека была железная выдержка.
Задолго после захода солнца мы с Кейном наслаждались большим печеньем. Потом он оделся и ушёл домой.
Я наблюдала из дверного проёма, как он шел домой по дорожке в лунном свете, и смеялась про себя, приглушая смех рукой.
Из всех соседей, с которыми мне приходилось пересекаться, а таких было много, Кейн был моим самым любимым.
Глава 6
Кейн
Снаружи хлопнула дверца машины, и её двигатель загремел. Я поставил миску с хлопьями на кофейный столик и вытянулся на диване, чтобы выглянуть в окно. Я как раз успел увидеть, как Пайпер выезжает с подъездной дорожки на своей крошечной чёрной клоунской машине. Мини что-то.
Будет чертовски трудно вести машину зимой в Монтане, особенно по дороге, ведущей к её дому. Округ не станет расчищать прилегающие дороги, пока шоссе и все улицы города не будут очищены. Ей нужно было что-то с более высоким клиренсом и полным приводом.
Но меня не касалось, на какой машине она ездила. Мы были приятелями по траху, а не лучшими друзьями. Я не был её тренером по стилю жизни в Монтане. Если она застрянет, то разберётся со всем сама.
Хотя, если она действительно застрянет, она, вероятно, окажется у моей двери и будет умолять о помощи. Мне придется вытаскивать свой буксирный трос из магазина, затем ехать туда, где она застряла, и тащить её машину до дома. Она, вероятно, попросит меня отвезти её в Калиспелл и пройтись по автомобильным сервисам. Какая заноза в заднице.
— Ей нужна новая машина, — сказал я стеклу, затем вернулся к своим хлопьям. Я поговорю об этом с Пайпер до конца лета.
Я хмуро посмотрел на другие машины на её подъездной дорожке. Кроме кемпера, у дома стояли три грузовика. Её строительная бригада начала работать с половины седьмого утра.
Я не понимал, как ей, чёрт возьми, удавалось выносить это. И я не собирался спрашивать.
Прошло три дня с тех пор, как она пригласила меня на ужин к себе, и я избегал границ её собственности, как чумы.
Пайпер была способна украсть мою способность к рациональному мышлению. Когда она была рядом, у меня в голове всё путалось. Было трудно вести простой разговор, потому что я был слишком занят мыслями о том, чтобы поцеловать её, прикоснуться к ней или найти какой-нибудь способ проникнуть внутрь её сочного тела.
Поэтому я держался на расстоянии, не доверяя себе приближаться к ней. Мы договорились о случайном сексе. Я мог с этим справиться. Но она была из тех женщин, которых я хотел бы видеть каждый день. Часами напролёт. Такие частые встречи были бы слишком рискованными. У неё могут возникнуть чувства. Она может перепутать секс с любовью.
Ведь так? Это была чушь собачья. Я беспокоился о
