Весьма сомнительно, что у Антанты достанет сил для установления стратегической связи северных войск (Мурманск-Архангельск) с Восточным фронтом, но это и не имеет большого значения, целью, достойной усилий и средств, могло бы стать отделение Сибири и по возможности овладение ею. Значительная часть наших военнопленных уже сейчас отрезана, и в случае длительных военных действий их доставка из русской части Сибири может быть серьезно затруднена.
Из высказываний графа Мирбаха несколько дней назад следует, что на Вильгельмштрассе взгляды несколько изменились. Похоже, что там поняли, что настоящее сотрудничество с советским правительством невозможно, что оно долго не продержится, и что отвернуться от всех буржуазных партий означало бы в перспективе нанести большой вред нашей политике, несмотря на диктуемые необходимостью задачи текущего момента. Насколько повлияло на министерство иностранных дел мнение верховного главнокомандования и повлияло ли оно вообще — судить не могу.
Приходится сожалеть, что и наши здешние искусные политики с недоверием относятся к проявляемому нами интересу ко всем происходящим событиям, к будто бы существующему нашему стремлению проводить свою собственную политику, к нашему донесению, сделанному по приказу свыше. Но подозрительность, видимо, в традициях нашего министерства иностранных дел. По-моему, единственный человек, стоящий над этим — граф Мирбах. Наше согласие не только в совместном проживании, но и в совместной деятельности могло бы лишь способстовать интересам дела. Достигнутое теперь сходство позиций, вероятно, как раз и послужит этим интересам.
Наши дипломаты находятся в плену идей английской ориентации, которая до сих пор считается единственным спасением. У меня уже не раз были оживленные дискуссии по этому вопросу, особенно с Рицлером. Я согласен, что еще 30 лет назад Германия ввиду сложившейся тогда ситуации вынуждена была решать, с кем идти на тесное единение — с Россией или Англией. В зависимости от решения предстояло затем на годы вперед чем-то жертвовать; в случае ориентации на Англию — созданием собственного флота; при ориентации на Россию определенной в отношении стран Ближнего и Среднего Востока, получив за это взамен какие-то преимущества. Думаю, что договориться с Россией нам было бы легче, если бы мы убедили Австро-Венгрию в необходимости пойти на уступки в угоду кайзерскому союзу и решали бы турецкий вопрос вместе с царем, вместо того чтобы брать под защиту султана.
Ориентации на Англию даже при том, что было бы найдено согласие в вопросе о флоте, всегда сопутствовал бы призрак зависти нашим торговым делам. Мы были и оставались всегда сильнейшим государством на континенте, т. е. в принципе традиционным противником Англии. Мне совершенно не понятно, почему и сейчас еще существуют надежда и мнение, будто Англия не ставит своей целью уничтожение Германии и выбранная в свое время ориентация на Англию восторжествует, а политика Бетман-Гольвега блестяще оправдается.
8 июня.
С Чичериным давно ведется полемика по поводу присутствия сил Антанты на Мурманском побережье и их продвижении на юг, а также по поводу того, как Россия намерена такие действия на ее территории привести в соответствие с ее нейтралитетом. Чичерин отрицает эти очевидные факты. Наконец, он заявил, что немецкий представитель может сам на месте проверить действительное положение дел. Сегодня получена телеграмма из министерства иностранных дел, в которой говорится, что по поручению Верховного главнокомандования мне предписывается совершить поездку вместе с русским комиссаром. Такая командировка может оказаться интересной, и, надеюсь, она не закончится для меня в завершающей стадии войны английским пленом. Но я думаю все-таки, что Россия откажется от своего предложения, поскольку она не может представить требуемых нами доказательств.
В последнее время монархистские круги особенно энергично ищут возможностей контактов с нашими офицерами. Не выслушивать их нет никакого основания, тем более что мы сочувствуем этим людям. Такие встречи организуются разными путями, места встречи постоянно меняются. На таких встречах я познакомился со многими симпатичными и благородными людьми (сейчас все они за границей). Все их высказывания сводятся к тому, что без нас они ничего не могут сделать, что мы должны наступать, тогда они смогут начать движение. Если они, отметя диктатуру, придут к конституционной монархии, то мы в качестве возмещения должны вернуть им Прибалтику или по меньшей мере Эстонию, Лифляндию и Украину.
Их планы были бы верны, не будь мы полностью связаны тяжелыми боевыми действиями на запале. Обстоятельства и без того вовлекли нас в такую авантюру, что наша стратегия пришла в чахоточное состояние. Будь у нас ощущение, что в России организованы достаточные силы и небольшого толчка с нашей стороны было бы достаточно для создания такой России, которая снова пришла бы к законным формам правления, т. е. конституционному правительству, наше вмешательство, по моему мнению, было бы нашей обязанностью. «В противном случае, мы должны искать помощи у Антанты», — заявляли наши русские собеседники в ходе наших встреч. Для оказания такой поддержки потребовалось бы от шести до восьми дивизий и сильная кавалерия.
11 июня.
Предположения сбылись. Русское правительство попросило временно отложить намеченную контрольную поездку ввиду полученных сведений о предстоящей высадке на Мурманском побережье английских войск. Таким образом, определенная ясность в этом вопросе достигнута. Русская комиссия вернулась из инспекционной поездки, очень довольная ее результатами и несколько обескураженная увиденным у нас порядком и хорошей организацией. Позавчера в доме Берга меня посетили (здесь это заметное событие) бывший генерал Савченко-Казенка и инженер железных дорог Блюмберг, чтобы поблагодарить за оказанное им внимание со стороны немцев, кремлю такие естественные формы не ведомы. Блюмберг с некоторых пор стал душой обеих комиссий по вопросам железных дорог, в его задачи входит облегчить контакты между мной и русскими властями. Умный, деловой и приятный человек, мне нравится работать с ним.
13 июня.
Конфликт по вопросу обмена военнопленных «транспорт на транспорт» не решен. Мирбах доложил об этом в наше министерство иностранных дел. Ответ не получен. Русские уже выпускают щупальца в лице господина Навашина, но сами на уступки не идут. Чтобы выиграть, было бы достаточно энергичной ноты из Берлина.
Сначала были признаны недействительными все достигнутые с таким трудом договоренности, облегчающие вывоз немецких пленных, основанием чему послужило правовое заключение, составленное Исаевым. Чичерин на переговорах изворачивается, сначала все обещает, на следующий день под влиянием Гиллерсона, Радека и других все сказанное берет обратно. Если Вильгельмштрассе не проснется, дело окажется непоправимым. Несколько дней назад Троцкий сказал одному из работников дипломатической миссии: «Мы уже фактически покойники; теперь дело за гробовщиком». Однако положение советского правительства еще не настолько плачевное. Гробовщиков нашлось бы много, но до сих пор ни у кого не хватает решимости и силы. Большевики выигрывают именно потому, что среди этих гробовщиков нет единства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
