сенсации; мечтал о таинственных часах – чтобы было не понятно, как они работают.
«Тайна», которую они придумали с Куэ, было создание прозрачного циферблата, на котором стрелки часов выглядели так, будто висят в воздухе, показывая время непонятным образом. Вдохновленные трюками иллюзиониста Робер-Гудена, первые «таинственные» часы Cartier делались целый год. Никто, кроме мастеров и членов семьи Картье, не знал, как они работали. Даже продавцы были в неведении, и их изумление передавалось озадаченному клиенту.
Из разговоров с Жан-Жаком Картье
Дядя Луи очень хотел сделать «таинственные» часы. Мастера говорили, что сделать то, что он хочет, практически невозможно. Но для Луи такие утверждения были что красная тряпка для быка. Если они говорят, что это невозможно, Луи докажет, что они неправы. Таким уж он был человеком. Первые часы делали год; а год – это большой срок для бизнеса! Луи отсылал их в мастерскую снова и снова. Секрет заключался в том, что рабочая часть была спрятана в основании, но даже когда механизм был доведен до совершенства, работа продолжалась: изделие должно быть красивым. Ох, как же его боялись в мастерских, Луи был таким требовательным! Но он сделал это.
Банкир Дж. П. Морган-младший был одним из немногих, кто мог позволить себе такую вещь; он купил одну из самых ранних моделей, известную как Model А, в 1913 году. Недавно одна такая модель вышла на аукцион. Сделанная из горного хрусталя, оникса, эмали и бриллиантов, вещь принадлежала племяннице Консуэло Вандербильт. Аукционная цена на часы достигла более полумиллиона долларов.
Высокопоставленные клиенты
Репутация Cartier, подстегиваемая творческим ви́дением и высокими требованиями Луи к качеству, быстро росла. В 1902 году его брат Пьер открыл шоурум в Лондоне, и два года спустя фирма получила первый заказ от короля Эдуарда VII. Высочайшее одобрение одного короля послужило толчком для других: последовали заказы из Испании и Португалии. В 1907 году принцесса Мари Бонапарт, внучатая племянница императора Наполеона, выбрала украшения Cartier для своей свадьбы с принцем Георгом Греческим. Фирма была столь горда этим, что даже устроила выставку украшений в магазине. Основным экспонатом стала тиара с изумрудами и бриллиантами в виде оливкового венка в стиле греческих богинь.
Самыми важными с точки зрения покупательской способности были представители русской аристократии. Императорская семья Романовых сочетала страсть ко всему самому крупному и самому лучшему с ресурсами, на которые это можно было купить. Царь был самым богатым человеком в мире, действительным хозяином своей страны. Его ежегодный доход был 20 миллионов рублей (около $260 миллионов сегодня), и этого иногда не хватало. Он нередко запускал руку в государственную казну. Его дети тоже не бедствовали. Великие князья – дети и внуки – ежегодно получали огромные суммы после своего двадцатого дня рождения; приданое великих княжон оценивалось в один миллион рублей (около $13 миллионов сегодня).
В 1899 году великий князь Алексей, адмирал российского флота, известный своей любовью к быстрым женщинам и медленным кораблям, первым посетил магазин Cartier на Рю де ла Пэ. В 1900 году настала очередь его невестки Марии Павловны, супруги великого князя Владимира, которая обожала драгоценности, имела высочайший статус в Санкт-Петербурге – и стала идеальной клиенткой. В 1901 году Луи принимал и великого князя Павла, младшего брата Алексея, незадолго до его морганатического брака и последовавшей ссылки из России. Отверженная пара, поселившаяся в Париже в 1902 году, часто навещала салон в доме номер 13 по Рю де ла Пэ. В дневниках жены великого князя Павла графини фон Гогенфельзен, которые удивительным образом сохранились в российском государственном архиве, есть описания походов по магазинам на Вандомской площади, где упоминаются посещения магазинов Worth и Cartier по несколько раз в день.
Довольно скоро магазин Cartier принял целый поток посетителей из России: от невероятно богатой княгини Веры Лобановой-Ростовской (поменявшей дом в Москве на отель Ranelagh в Париже после смерти мужа) до дочери вдовствующей императрицы – великий княгини Ксении. И наконец, в 1907 году Луи приветствовал в своем магазине саму вдовствующую императрицу Марию Федоровну. Вдова императора Александра Третьего и мать правящего императора Николая Второго слыла очень влиятельной персоной. Она была младшей сестрой британской королевы Александры, которая, скорее всего, и рекомендовала ей Cartier: сестры иногда одевались одинаково и делились друг с другом адресами модных ювелиров.
Возможно, вдовствующая императрица, подобно другим важным клиенткам, была направлена на Рю де ла Пэ из Дома Ворта, расположенного в двух шагах. Она была верной клиенткой Ворта в течение многих лет – и слыла музой для самого Чарльза-Фредерика. Когда его спросили, почему он не может делать для других такие же платья, какие каждую неделю шил для императрицы, он ответил: «Приведите ко мне любую женщину из Европы: королеву, актрису или простую мещанку. Если она сможет вдохновить меня так, как ее величество, я буду делать для нее наряды бесплатно, пока жив».
Увеличившийся клиентский поток в Cartier потребовал расширения штата. Альфред, давно восхищавшийся размахом дела у Ворта, предложил посоветоваться с тестем Луи. Бизнес Ворта по-прежнему был гораздо крупнее, чем у Картье, с бóльшим числом талантливых работников, и Жан-Филипп Ворт, заинтересованный в процветании зятя, предложил ему нескольких недавно обученных сотрудников. При согласии своего босса, «очень талантливый» администратор Рене Приер (ставший секретарем Луи в 1901 году) и продавцы, включая Поля Муффа, который принес в Cartier знания о камнях, почерпнутые у отца, оставили кринолины и корсеты ради бриллиантов и жемчуга. Но главное – привели своих лучших клиентов. Луи был требовательным, авторитарным и зачастую очень тяжелым боссом. Но в то же время он вдохновлял и мотивировал своих сотрудников, добиваясь от них выдающихся результатов.
Несмотря на успехи Луи, начало ХХ века не было легким плаванием. Американский финансовый кризис 1907 года сказался и на французской индустрии роскоши. Как вспоминал один из соперников Cartier, всего за один год резко упал спрос на «самые разные предметы: украшения, картины, туалетные принадлежности, любопытные вещицы, антиквариат и так далее, потому что мы никогда не должны забывать, что Америка, страна, где постоянно создается богатство, является главным клиентом Европы в покупке предметов роскоши». Когда Луи-Франсуа и Альфред столкнулись с экономической нестабильностью в 1870-е годы, они стали рассматривать Англию для расширения возможностей. Теперь, когда большая часть Европы и Америка боролись за выживание, они сосредоточились на стране, где любящая роскошь элита была настолько богата, что экономическая депрессия была ей не страшна. Эта страна называлась Россия.
Операция «Россия»
Примерно в то время, когда вдовствующая императрица Мария Федоровна впервые посетила дом номер 13 по Рю де ла Пэ в 1907 году, семья Картье решила запустить операцию «Россия» на полную мощность. Альфред и Луи наняли Франсуа Дезире Сарда, двуязычного русско-французского бизнесмена, чтобы он сформулировал стратегию экспансии в страну Романовых. Первым заданием Сарда было выяснить, какие бумаги требуются для получения статуса поставщика императорского двора. Человек, говорящий по-русски и понимающий все
