то, что не уследили, не предупредили об опасности. Не об опасности для граждан, не об опасности для чести, а об опасности для его положения. Это все нельзя считать нашей государственной традицией. Но и новшеством, пришедшим исключительно на волне девяностых, тоже.
Вспомним историю столетней давности. Летом 1917 года издания большевиков были закрыты Временным правительством, а самих большевиков подвергли обструкции за упорные предложения прекратить участие в войне. Или, как это называл Ленин, «за интернационализм». Прозвучали и обвинения о получении большевиками денег от немцев. Как теперь известно, немцы действительно спонсировали большевиков, а «интернационализм» в результате обернулся Брестским миром.
На самом деле речь о другом. Каменев заявил, что устраняется от политической деятельности на время расследования. То есть предпочел поступить честно вне зависимости от того, насколько честны были обвинители. Ленин ему возразил в том духе, что это глупо. Или, как бы сейчас сказали, контрпродуктивно. Что сказал Ленин? Не надо обращать внимания на любые обвинения со стороны политических оппонентов. Назовем все эти обвинения шантажом.
Большевик, по Ленину, должен признавать только суд собственной партии: «Не будем доставлять удовольствия негодяям шантажа – Милюковым, Гессенам, Заславским. Будем полагаться на суд пролетариев, сознательных рабочих, своей партии, состоящей из 240 000 интернационалистов… Будем стойки в клеймении шантажистов. Будем непреклонны в разборе малейших сомнений судом сознательных рабочих, судом своей партии, ей мы верим, в ней мы видим ум, честь и совесть нашей эпохи… И никакой податливости “общественному мнению” тех, кто сидит в одном министерстве с кадетами, кто подает руки Милюковым, Данам, Заславским!»
Это была цитата из статьи «Политический шантаж», давшей рождение лозунгу «Партия – ум, честь и совесть нашей эпохи». Сегодня такой подход кажется естественным. Обвинения со стороны оппонентов – это лишь технологии информационной войны. Такой «партийный» подход сейчас, к сожалению, торжествует в мире. Начало ему положили именно большевики. В те времена представления о чести и честности еще не утратили актуальности: после событий Февраля все политические силы ждали Учредительного собрания, которое должно было, собственно, учредить постоянную, а не временную власть в России.
Низложение Временного правительства (некоторое время именовавшееся Великой Октябрьской социалистической революцией) стало не более чем частным эпизодом, после которого на большевиков смотрели косо, но продолжали ждать Учредительное собрание. Учредительное собрание, как известно, учредило все не в пользу большевиков и было разогнано большевистской красной гвардией. Вот это и стало поворотной точкой не только в политическом смысле, но и в идеологическом.
Большевикам было наплевать, что о них скажут не-большевики. Было наплевать на достигнутые договоренности, вообще на все, что выходило за рамки голого политического прагматизма. Казалось бы, этот подход себя оправдал. Большевики пришли к власти. По этим же лекалам действовали и прочие авторитарные и тоталитарные режимы XX века. А в результате начался процесс деградации правящего сословия. Не только в России, но мы здесь еще с 1917 года – впереди планеты всей.
Власть стремительно теряет смысл не только в глазах тех, кем управляют, но и в глазах самих властителей. Генетические преемники советского государственного и партийного аппарата, наши современные чиновники наглядно демонстрируют то, как инфекция разложения продолжает жить и побеждать.
Сейчас российский чиновник не понимает, зачем он занимает свое место. Он ощущает себя временщиком, холопом, которого приняли за барина по ошибке и вот-вот прогонят на конюшню.
При этом чиновник может занимать свое кресло десятки лет, от этого он не превращается в реального властителя.
Россия стала «ненастоящей» страной (можно и без кавычек). Наконец, это не только наша беда, это общемировой процесс. Но как мы оказались во главе всеобщего разложения, так теперь можем оказаться во главе обратного процесса – возвращения чести. Возвращения власти и властителям – достоинства, которое стремительно тает не только у нас, но и повсюду в мире. Прежде всего в европейском мире. Возвращение мира к реальности. И любые властители, получившие ответ на вопрос, зачем им власть, будут готовы смотреть с надеждой на страну, где этот ответ был не только впервые утрачен, но и впервые вновь обретен.
Сейчас идет процесс восстановления статуса-кво: на Западе Россию не жаловали никогда. Она была непонятной и лишней, она не вписывалась в общую картину. Она не была загадочным Востоком, но она не была и Западом. Своей неопределенностью Россия пугает Запад.
Вот восточные страны к России относятся прагматично и цинично. Даже Япония, где официально считается, что у них с нами территориальные разногласия. Это потому, что Россия не пытается казаться восточной страной. Если бы Петр увлекся, например, Китаем (с соответствующими последствиями), то сейчас у нас были бы проблемы с Азией, а не с Европой.
Лишь на короткий промежуток времени европейский мир был к нам благожелателен, когда во время перестройки начали сдавать позиции. Нас готовы были принять слабыми. Да и то… Напомню, что термин «клептократия», пугалки с «русской мафией» и «отмыванием» – все это появилось еще при Ельцине. Теперь маятник качнулся в обратную сторону.
В России фактически возродилось самодержавие (по крайней мере, на уровне управления). Россия стала сильной. Россия предъявляет свои права на великодержавность – это вызывает в европейском мире страх, острый негатив, иррациональное неприятие. Отсюда всевозможные огульные обвинения и готовность Запада солидарно бороться с Россией, отсюда же высылки дипломатов и замораживание счетов. И страшилки про русских хакеров, разумеется.
Вскоре наверняка ситуация успокоится на обычном настороженном отношении Запада к нашей стране. И переломить эту ситуацию без вреда для России, без сдачи позиций и без скатывания к войне можно только одним способом – сыграв по-западному. Сейчас наша дипломатия по большей части балансирует между оправданиями и встречными обвинениями. Но это едва ли подействует. Впрочем, есть и продвижение в правильную сторону.
Отечественный МИД обвинил Великобританию в неспособности обеспечить безопасность граждан России на своей территории. Некоторые это объявили троллингом, но в реальности такое заявление – первый шаг к переходу на западный стиль игры. Чтобы стало понятнее, о чем я: сейчас ходит тезис, мол, русские – это евреи XXI века. На русских вешают всех собак, возводят кровавые наветы, русских в ЕС и США часто подвергают дискриминации. И реакция тут может быть «еврейская», точнее – европейская. С упором на борьбу против дискриминации и против мировой русофобии.
Россия может объявить об обиде на весь мир. Сегодня на обиженных вовсе не возят воду. Обиженных холят и лелеют. Что ж, вот мы и обидимся. Выставим Англии претензии за способствование революции. Выставим Евросоюзу счет за Гитлера. Выставим США счет за «гарвардских мальчиков» и экономическую шокотерапию. Станем жестко возвращать все долги (а не прощать их). Всех предателей, спрятавшихся за границей, ловить, возвращать и судить – как поступает Израиль. И
