Читаем без скачивания Анекдоты Омирбека - Эпосы

– Мы делаем все, как приказывает хозяин. И мясо взяли самое лучшее!

– Слушайте и дальше его приказания! – подмигнул работнику Омирбек. – Да не попадайтесь ему на глаза!

– …А из какого риса готовить плов? – спросил Сыкмар-бай спустя час, просовывая голову в юрту. – Из розового? Из белого? Из прозрачного?

– Все равно. Лишь бы плова было побольше, – ответил Омирбек.

– Тогда я прикажу взять рис розовый! – скряга скрылся, а из гостевой юрты донесся хохот.

И еще раз появился Сыкмар-бай, чтобы спросить у шутника, чего он больше любит а плове: кишмиш или урюк, и сколько сыпать в плов соли, и не добавить ли еще чего?

– Можно ничего не добавлять, – молвил Омирбек. – Впрочем, я сам пойду посмотрю – ведь плов вот-вот должен быть готов.

– Пойдем-пойдем, посмотрим, – согласился скряга. – Он уже стоит в нашей гостевой юрте!

«Вот было бы весело, если бы я пришел и усидел пустой дастархан!» – подумал Омирбек.

– Иди вперед, – сказал он, – а я совершу омовение и приду потом в гостевую юрту… Надеюсь, без меня к плову не сядут?…

– Не качнут, почтеннейший Омирбек, не начнут! – весело произнес Сыкмар-бай и, колыхаясь всем телом, поспешил к гостям: предупредить, что птичка попалась в силок и сейчас ее можно будет оттуда вынуть.

Но Омирбек направился за бугор, к кипящему казану. Плов был, действительно, уже готов. Омирбека ждали, и все с аппетитом принялись за еду.

Когда на дне казана осталось несколько горсточек риса, подошли Сыкмар-бай и несколько его друзей.

– Мы ждали тебя, Омирбек, ждали… – начал было бай, но, увидев еще дымящиеся угли под казаном, чуть не проглотил язык.

– У тебя такие хорошие работники, что даже не просили повторять приказаний дважды! – сказал Омирбек. – Выслушали твои приказы и сварили для меня плов, как для хана… Из розового риса, на конопляном масле, с самым лучшим бараньим мясом… Спасибо тебе, бай! Может, ты чем-то недоволен? Плов был на славу, клянусь аллахом!

Через несколько дней Омирбеку надоела эта мелочная возня, он рассердился – время шло, а Сыкмар-бай по-прежнему не платил долга! – и решил, что пора проучить скрягу.

– Он не только мне заплатит, но еще станет посмешищем на все хивинское ханство, – сказал Омирбек друзьям. – Но вы должны помочь мне.

– Говори, чего ты от нас хочешь! – с готовностью согласились они.

…На другой день незнакомый и хорошо одетый жигит подскакал к юрте Сыкмар-бая. После положенных приветствий попросил скрягу о беседе наедине.

– Всем известна ваша бережливость, таксыр, – сказал жигит, когда остался с глазу на глаз с Сыкмар-баем. – Я не знаю ни одного человека во всем Хивинском ханстве, который бы был менее расточителен, чем вы. Аллаху было угодно призвать к себе моего отца Джавдат-бия, и мне осталось небольшое наследство…

– Сколько? – предчувствуя наживу, спросил Сыкмар-бай.

– Немного… Две тысячи золотых монет.

– И что же ты хочешь с ними делать, о достойнейший сын Джавдат-бия? – заискивающе произнес Сыкмар-бай.

– Я уезжаю путешествовать. А деньги эти решил оставить вам на хранение. Знаю, что из них не будет потрачена ни одна тилля!

– Мудрое решение! Сам аллах надоумил тебя! – воскликнул Сыкмар-бай.

И в это время в юрту вошел Омирбек. Увидев его, скряга недовольно произнес:

– Потом-потом, я занят.

– Ты каждый день говоришь «потом-потом», – проговорил Омирбек. – Сколько дней прошло? Я вот сяду здесь и не уйду, пока ты не отдашь мне моих ста золотых.

– Какие сто золотых? Ты с ума сошел! – закричал Сыкмар-бай. – Я тебе должен всего три монеты!

– Э-э, нехорошо, – покачал головой Омирбек. – Зачем обманываешь?

– Что случилось, господин? – забеспокоился жигит. – Почему вы не хотите отдать деньги этому человеку?

Сыкмар-бай растерялся. Он понимал, что если Омирбек сейчас же не уйдет, то сорвется большая сделка – две тысячи золотых! Но отдавать этому обманщику Омирбеку ни за что ни про что сто золотых – от такого огорчения заболеть можно! Впро-чем, ведь потом можно будет доказать, что Омирбек обманщик, и получить золото назад.

– Я оставил этому уважаемому человеку, – тем временем рассказывал жигиту Омирбек, – сто золотых монет. Он сохранил их для меня, но вот никак не может отдать… Вы, почтенный, тоже хотите оставить ему деньги?

– Вот тебе сто монет, – доставая из сундука мешочек с золотыми, простонал Сыкмар-бай, – и уходи…

Омирбек поклонился и вышел из юрты.

– Хорошо, – сказал жигит, – завтра утром я приду с деньгами.

– А сегодня вечером я приглашаю вас попробовать молодого барашка, – сказал как можно радушнее Сыкмар-бай.

И вздохнул про себя: «На что только ни пойдешь ради двух тысяч монет!»

Вечером, за пловом, Сыкмар-бай решил сделать еще одну попытку посмеяться над Омирбеком. По его расчетам выходило, что Омирбек непременно станет посмешищем и спастись ему на этот раз уж никак не удастся.

Выдумка была проста: Сыкмар-бай попросил своих гостей приходить в юрту не сразу, а поодиночке. А Омирбека он повел в юрту первым и усадил на почетное место. Когда же по очереди входили байские приятели, то Сыкмар-бай говорил им:

– Садитесь выше Омирбека!

И они садились туда, куда им указывал хозяин, а Омирбек все дальше и дальше отодвигался от почетного места, пересаживаясь все ближе и ближе к выходу из юрты.

Сыкмар-бай был очень весел – Омирбека должны вот-вот вытеснить из юрты на улицу!

Но Омирбек сам, улучив момент, выскользнул на улицу. Он забежал в юрту одного из недавно приехавших родственников бая, переоделся, прикрепил седую бороду и вернулся в большую юрту.

– Садитесь сюда, ага! – сказал Сыкмар-бай, увидев незнакомого аксакала и приглашая его на почет-кос место.

И Омирбек сел туда, где он сидел вначале.

Дождавшись, когда все гости уселись за дастархан, Омирбек сорвал с себя шапку, седую бороду. Изумленный Сыкмар-бай только охнул, а шутки «сказал:

– Если кто-нибудь занимает место по праву, то никакой хитростью его оттуда не уберешь! И не забудь, почтенный Сыкмар-бай, веселье еще впереди!

Когда барашек был уже съеден, кто-то попросил Омирбека рассказать самую смешную историю, какую он знает.

И Омирбек рассказал, как он сегодня заставил Сыкмар-бая заплатить все свои долги ему, Омирбеку, и другим пастухам и работникам.

– Нам лишних денег не нужно, – сказал Омирбек. – Каждый взял столько, сколько ты был ему должен. Вот тебе обратно десять золотых, которые у меня остались…

– А как же… две тысячи монет? – все еще не веря в случившееся, проговорил Сыкмар-бай. И он обратился к сыну Джавдат-бия: – Ты же их привезешь завтра?

– Я решил не давать тебе их на хранение, – сказал жигит.

– Почему? – ужаснулся Сыкмар-бай.

– Причин много, – улыбнулся жигит. – Но хватит и одной, у меня за душой нет и половинки золотой монеты! Я такой же бедняк, как Омирбек! Я его друг Досназар по прозванию Левша!

Но Сыкмар-бай не мог простить Омирбеку своего позора и долго искал случая, чтобы отомстить: в конце концов он послал одного из своих родственников ко двору самого Хивинского хана, к светлейшему и могущественнейшему кази, высшему духовному сановнику в ханстве, с подарком – мешком серебряных монет, А на словах родственник должен был передать, что известный шутник Омирбек говорит про наместника аллаха на земле – великого хана Хивы – разные нехорошие слова, и про гарем хана рассказывает всякие шутки, и даже над самим аллахом смеется и других смеяться заставляет.

А когда по хорезмийской дороге мимо юрты Сыкмар-бая проскакали стражники хана, то бай-скряга радостно улыбнулся – не иначе как за Омирбеком послал их великий! И он не ошибся.

Так Омирбек был привезен во дворец хана Хивинского…

Омирбек при дворе хана

Глава пятая

Как встретился владетель Хорезма, хан Хивинский, с шутником Омирбеком, рассказывают по-разному.

Что правда, что нет – разве теперь разберешь?

Но народная молва склоняется все же к тому, что именно Сыкмар-бай сунул голову Омирбека в пасть› хану-самодуру. И то, что Омирбек остался цел и невредим, конечно, можно считать чудом. Так многие и говорили:

– Аллах спас нашего Омеке от хана и его палачей!

Говорить-то говорили, но не забывали, что аллах аллахом, а острый ум Омирбека и его природная смекалка тоже кое-чего стоят!

Когда Омирбека везли в Хиву, он по дороге все вспоминал – эх, знать бы, какие из шуток известны хану, а какие – нет? Все легче было бы!

…Спросили Омирбека:

– Как ты думаешь, каков собою великий хам Хивы?

– Говорят, у него уши на ногах, – ответил Омирбек.

– Откуда ты это взял?

– А как же! Рассказывают, что если просто так с ним разговаривать, то он ничего не слышит. Только когда к ногам кинешься, тогда и услышит… Значит, он слышит ногой…

В другой раз Омирбека спросили: