– Что с вами? – удивился Джейсон. – Вы не похожи на изнеженную дамочку, которая падает в обморок при виде собаки, терзающей зайца.
Он протянул руку и похлопал Хелен, которая сидела рядом с ним, по спине.
Рейчел спокойно наблюдала, как граф ласкает собаку. Тут подбежала Венера, которой тоже хотелось получить свою долю внимания от графа. Улыбаясь, словно удачливый охотник, которому в награду достался лисий хвост, Рейчел посмотрела на графа:
– Хелен может ловить и терзать столько зайцев, сколько ей захочется, их развелось слишком много, и они наносят вред садам. Вся беда в том, что, преследуя зайца, она попала в заросли ядовитого дуба.
Проклиная все на свете, Джейсон мгновенно отдернул руку, затем отодвинулся от собаки и приказал ей сесть.
– В сумке у моего седла лежит специальное мыло, которым можно смыть ядовитую пыльцу с шерсти собаки, но оно, к сожалению, бесполезно, если пыльца уже попала на кожу, – сказала Рейчел и неторопливо направилась к Редди. – Кстати, вы не поможете мне искупать Хелен?
В ответ Джейсон что-то сердито пробурчал, скинул с себя сапоги и с разбегу нырнул в озеро. Оказавшись в воде, он стал яростно натирать песком лицо и руки.
– Черт бы вас побрал! Вы мне заплатите за это, графиня! Клянусь! – прокричал он.
Эхо далеко разнесло раздавшийся в ответ смех Рейчел.
– Послушайте, мой друг, что-то вы неважно выглядите, – деликатно заметил Драм, стараясь держаться от Джейсона на безопасном расстоянии. Граф то и дело скреб ногтями покрытые отвратительно пахнущей мазью руки и лицо. – Твои пальцы больше похожи на жареные колбаски, а лицо… Боже, я лучше ничего не буду говорить о твоем лице.
– Благодарю за сочувствие, старина, – огрызнулся Джейсон.
– Вот что случается, когда уезжаешь из города и проводишь много времени в сельской местности, – проговорил Драм, передернув от отвращения плечами.
– Вот что случается, когда проводишь полдня с такой фурией, как Рейчел Фэрчайлд, – резко ответил Джейсон и стиснул зубы, пытаясь преодолеть очередной приступ невыносимой чесотки.
– А почему запах такой отвратительный? Воняет, как гниющий мусор, когда в августе его сплавляют по Темзе, – сказал Драм, поморщившись, и прикрыл нос белоснежным носовым платком.
– Это самодельное домашнее средство, снимает раздражение от ядовитой пыльцы дуба, – пояснил Джейсон. – Почти все травы я привез с собой из Америки, но ты себе не представляешь, как трудно найти в Англии медвежий жир!
– Медвежий жир? Только ничего мне не говори. Это какое-нибудь индейское средство.
– Именно так, и я благодарен Богу за то, что такое средство есть. Когда я в первый раз участвовал в вылазке вместе с шауни, любое кожное заболевание в то время могло оказаться для меня гораздо опаснее стрел чероки. Хранитель Очага приготовил эту мазь специально для меня. И каждый раз, собираясь в поход по лесу, я смазывал ею все тело. Но кто мог подумать, что в старой доброй Англии мне может пригодиться такое сильное средство?
– Медвежий жир. – Драм недоуменно покачал головой. – Теперь понятно, почему эти краснокожие так бесшумно ходят по лесу. Они же просто проскальзывают между веток.
– Это не так смешно, как может показаться на первый взгляд.
– Между прочим, этих неприятностей можно было бы избежать, если бы ты остался в городе, – сказал Драм. Сам Френсис Эдвард Драммонд редко выезжал за пределы Лондона, только в случае крайней нужды, чтобы съездить в поместье Беркшир к отцу с обязательным визитом, и только в экипаже.
– Вы же прекрасно знаете, что у меня есть обязательства, которые требуют моего присутствия в Фальконридже.
Мужчины сидели в одной из комнат усадьбы. Всякий раз, когда Джейсон во время разговора наклонялся слишком близко, Драм отодвигался от него подальше.
– Пожалуйста, мой друг, осторожнее, я не хочу, чтобы на моем сюртуке осталось пятно от медвежьего жира.
Разговор касался обстоятельств, которые заставили Драма покинуть Лондон и приехать в поместье Фальконридж.
– Мне удалось кое-что выяснить. Когда в вас здесь стреляли, Форрестел находился в Лондоне, это совершенно точно. Что-то здесь не сходится. Мне кажется, он предпочел бы стрелять сам, а сидеть в засаде и поджидать жертву – это слишком малодушный поступок даже для такого человека, как Форрестел. К тому же он очень меткий стрелок и гордится этим. Вряд ли он стал бы нанимать кого-нибудь, чтобы убить вас.
– Даже если он и нанял кого-то, я благодарен Богу, что этот человек оказался не очень метким стрелком.
– Вероятно, это какой-нибудь браконьер из поместья Эдерингтона, – предположил Драм.
Джейсон на какое-то время даже забыл о своей чесотке.
– А что вы думаете по поводу той ночи у Вити? – спросил он.
– Это мог быть и сам Форрестел. Никто не знает, куда он подевался после бала в Каргрейв-Холле.
– Возможно, он, как и вы, не любит уезжать из Лондона и до сих пор находится в городе, – предположил Джейсон.
– Все может быть. У нас есть еще один подозреваемый – ваш дорогой кузен Роджер.
– Это только ваше предположение. Для Роджера Далберта убить человека то же самое, что поднять лондонский Тауэр.
– Ой ли? После вашей смерти именно он станет наследником Каргрейва. Я, конечно, выяснил, где он был во время каждого покушения на вас. У него есть алиби. Однако все возможно, если постараться и нанять несколько человек.
Джейсон упрямо покачал головой:
– Роджер – один из самых мягких и спокойных людей, которых я знаю, к тому же он совершенно не заботится о положении в обществе. Титулы ничего не значат для него, достаточно посмотреть на его жену. Гарнет происходит из семьи коммерсантов, и у нее совсем нет амбиций. Больше всего на свете ее интересует судостроение. Им вполне хватает денег, чтобы жить в достатке, да и Роджер никогда не стремился к роскошной жизни.
– Должен признаться, что после встречи с ними я склонен согласиться с вами. Он производит впечатление человека, которому гораздо уютнее у камина со своими гончими, чем на приеме в высшем обществе. А про миссис Далберт говорят, что у нее удивительная способность выбирать самые безвкусные наряды. По правде сказать, женщины вообще непредсказуемы.
– Поверьте, друг мой, я в этом убедился на личном опыте, – мрачно проговорил Джейсон, пытаясь отвлечься от нестерпимого зуда. – Клянусь, я отомщу Рейчел за ее коварство… если только смогу придумать что-нибудь ужасное, чтобы причинить ей физические страдания.
– Как я понимаю, ядовитая пыльца дуба на нее не действует?
Джейсон отрицательно покачал головой и грустно вздохнул.
– Надо было утопить ее в озере. Это решило бы сразу две проблемы, – посоветовал Драм.
