– Простите меня, милорд, что пачкаю ваш ковер, – сказал он, обращаясь к виконту.
– Бог мой, что с вами случилось?! – воскликнул Хью Фэрчайлд хриплым от волнения голосом, с ужасом глядя на алый от крови рукав.
– Папа, разве ты не видишь, что в графа стреляли? – спросила в ответ Рейчел и приказала одной из девушек, чтобы нашли Битти и принесли корзинку с медикаментами и кувшин воды.
– Боже мой! В вас стреляли?! – эхом отозвался Харли. – Зачем?!
– Папа, я могу назвать тебе тысячу причин, – раздраженным тоном произнесла Рейчел, внимательно глядя на Джейсона.
– Дочка, не обязательно так грубить.
– Пойдемте, пока вы окончательно не испортили ковер, – скомандовала Рейчел, не обращая внимания на упрек отца. Она взяла графа за здоровую руку и повела его в маленькую гостиную. Виконт поплелся за ними следом, нервно сжимая и разжимая руки.
– Этот злодей хотел вас ограбить? – спросил виконт.
– Судя по тому, что он или они стреляли сразу, не спросив у меня сначала кошелек, я сомневаюсь, что это были грабители. Хотя вполне возможно, что он или они хотели убить меня, а потом ограбить мой труп и украсть коня, – ответил Джейсон.
– У вас просто необыкновенный талант попадать в беду, – саркастически заметила Рейчел и, слегка толкнув, усадила графа на стул с овальной спинкой.
– Боюсь, что этот талант у меня на всю жизнь, – ответил Джейсон.
– К сожалению, это плохо сказывается на ее продолжительности, – парировала Рейчел.
В этот момент в двери гостиной вперевалку вошла толстенькая приземистая женщина с огромной бородавкой на подбородке, держа в руках корзинку с медикаментами.
– Вот ваша корзинка, миледи. Фарли сейчас принесет воду, – сказала она с явным неодобрением, наблюдая затем, как Рейчел снимает сюртук с раненого графа. – Давайте-ка я о нем позабочусь.
– Все в порядке, Битти, я сама справлюсь, – ответила Рейчел. Служанка поставила корзинку на раскладной столик возле стула. Рейчел опередила толстуху и открыла крышку корзинки.
– Но, Рейчел, это не совсем прилично, – вмешался виконт. – Ты незамужняя девушка и не должна смотреть на полураздетого джентльмена.
– Думаю, не стоит напоминать о вашей договоренности с маркизом Каргрейвом, из которой следует, что этот «джентльмен» мой жених? К тому же я лучший доктор в нашей округе.
– Да, но ты лечишь животных, а не людей, – озабоченно произнес виконт и нахмурился.
Рейчел хотела возразить и посмотрела на Джейсона.
– Ничего не говорите, – предостерег ее он.
– Вы думаете, мне есть что сказать, милорд? – жеманно проговорила Рейчел, но, когда она доставала ножницы из корзинки, граф заметил дьявольский огонек в ее глазах. – Я должна разрезать ткань, прежде чем приступить к обработке раны.
Кровь опять начала сочиться, и тонкий батист, мгновенно промокнув, стал неразличим в глубокой рваной ране на предплечье Джейсона. Здоровой рукой он начал расстегивать пуговицы на рубашке.
– Она все равно уже испорчена, – сказал он себе под нос и попытался сбросить рубашку движением плеча, но нечаянно шевельнул раненой рукой и поморщился от боли.
Рейчел старалась не смотреть на голую широкую грудь Джейсона.
– Давайте быстрее, иначе мы провозимся весь вечер, – торопливо произнесла она, пытаясь скрыть возбуждение, вызванное близостью Джейсона. – И пожалуйста, постарайтесь не потерять сознание, когда я буду вытаскивать кусочки ткани из раны.
Граф взглянул на кровоточащую рану.
– Бывало и хуже, но я до сих пор жив… к несчастью, для вас, графиня. Думаю, мне стоило поинтересоваться у конюхов, как давно вы вернулись и не слишком ли затянулась ваша верховая прогулка.
– Если бы я в вас стреляла, то не промахнулась бы. А теперь не шевелитесь. Приготовьтесь, будет очень больно.
– Как предусмотрительно с моей стороны, доставил вам столько удовольствия именно в этот вечер, – проворчал Джейсон и стал молча наблюдать за тем, как Рейчел, разрезав рукав, аккуратно вытаскивает кусочки ткани из глубокой раны.
– Придется наложить около дюжины швов, – сказала она, стараясь изо всех сил сдержать, дрожь в руках.
– Не думаю, что вы научились обращаться с иголкой, вышивая модные узоры.
– Я научилась этому, зашивая раны животных, которые попадают в беду по своей глупости. Совсем как вы, – ответила Рейчел. – Где Фарли? Мне нужна вода, чтобы промыть рану, иначе я не смогу наложить швы.
На пороге комнаты появился старый слуга, держа в руках большой таз и кувшин с водой. Рейчел приказала ему поставить таз на стол и налить в него воды, затем отпустила слугу и повернулась к отцу. Виконт, бледный как полотно, держал в руке носовой платок и время от времени прикладывал его ко лбу, стирая выступившие капельки пота.
– Папа, ты же знаешь, это зрелище не для тебя. Лучше иди в кабинет и подожди нас там.
– Ты права, моя дорогая, – ответил виконт и быстро направился к двери. – Я прикажу Перкинсу открыть мой самый лучший портвейн. Нет лучшего способа восстановить силы после такого ранения, чем выпить бокал хорошего вина, – сказал он, обращаясь к Джейсону, и поспешно удалился.
– Последний раз он пытался помочь мне, когда я принимала роды у его призовой кобылы. Так он тогда потерял сознание, бедняжка, – шепнула Рейчед графу.
– Я приложу все усилия, чтобы остаться в сознании, хотя бы для того, чтобы помешать вам, если вы начнете пришивать мою руку к ноге или выкинете еще что-нибудь подобное.
Битти прыснула от смеха. Рейчел бросила на нее строгий взгляд и принялась промывать рану. Затем она присыпала рану порошком из сушеного тысячелистника и стала вставлять специальную нить в иглу.
«Держи себя в руках!» – мысленно приказала себе Рейчел и сосредоточилась на игольном ушке, стараясь не думать о мужчине, сидящем так близко от нее. Она чувствовала его тепло и теперь уже хорошо знакомый мускусный аромат его тела. А его глаза… Рейчел точно знала, что граф внимательно следит за каждым ее движением, и намеренно избегала его насмешливого взгляда. «Этот олух заслужил, чтобы я пришила ему руку к ноге, а лучше к другой, более чувствительной части тела!» – подумала она.
Потеряв много крови, Джейсон почувствовал сильное головокружение. Усилием воли он заставил себя не потерять сознания и не упасть на глазах этой сильной девушки. Ведь он дал ей слово. Острая игла проколола кожу, и Джейсон стиснул зубы, чтобы не показать Рейчел, как ему больно.
У Рейчел были изящные руки с тонкими, длинными пальцами, но без колец и с коротко подстриженными ногтями. Это были ловкие, привычные к любой работе руки, а не изнеженные ручки прекрасно воспитанных английских аристократок.
