Тут же появилась коляска; гоблин-рикша закинул туда вещи, и бодрой трусцой побежал вдоль улицы.
Лорд Николас решил не брать экипаж, чтобы я смог насладиться видами Преисподней.
– К тому же, – продолжал он, все норовя приклеить мне руку на плечо, словно боа, – после полета на дирижабле полезно пройтись пешком.
Я понял, в особняке не все еще готово к смотринам, и баронет хочет немного потянуть время.
Джоуи подтолкнул Франсуаз в бок и спросил:
– В твоем чемодане найдется красивое платье?
– Примерить хочешь? – мрачно спросила она.
Девушка все еще не могла прийти в себя, после внезапного налета родни.
– Нет, оно же на меня не налезет, – рассудительно отвечал юный демон. – Но тебе понадобится очень-очень красивое платье; а еще я приготовил тебе подарок, сапфировое ожерелье.
Франсуаз с подозрением посмотрела на Джоуи.
Очевидно, после такого подарка сразу же последует просьба, выполнить которую будет чуть сложнее, чем скатить с неба солнце и водрузить туда печеную тыкву.
– А в чем дело? – спросила она.
– Сегодня ты должна быть очень красивой, – отвечал Джоуи. – И смотри, не прозевай удачу.
– Да что происходит? – потребовала Френки, которая уже начала тревожиться всерьез.
Не будь здесь дядюшки Николаса, она бы наверняка уже схватила кузена, да стала трясти за хвост, пока тот все не расскажет.
– И помни, – продолжал Джоуи, надувшись от важности. – Что тебя есть, кому защитить.
Он гордо выпятил грудь, и тут же налетел на пожилую даму, едва не сбив ее с ног.
– Джоуи, смотри, куда идешь, – сказал лорд Николас, и чуть не кувыркнулся сам о старушку в огромных солнцезащитных очках.
– От кого меня надо защищать? – спросила Франсуаз.
– Не волнуйся, Френки, – продолжал интриговать Джоуи. – Я завел несколько папок; и уже целый год собираю факты. Тебе остается только просмотреть их; обрати внимание на графу «финансы».
– Дядюшка, – обратилась девушка к лорду. – О чем это он?
– Дорогая моя, – отвечал Николас. – Сейчас мы придем в дом твоей тетушки, и Артанис тебе все расскажет; о таких вещах должна говорить только она.
Глава 2. Бубновая дама
1
Чародей Льда беззвучно упал на камень.
Его ноги сгорели полностью. Остались лишь две культи, по дюйму, не больше. Колдун тяжело дышал. Я понял, что он растратил все заклинания, пытаясь справиться с болью. Но дэв был жив, и собирался бороться.
– Почему ты цел? – спросил Ледовик.
Я скорее угадал, чем расслышал его слова.
– Мамочку в детстве слушал…
Чародей медленно поднялся на руках.
– Жми на пятый рычаг, – приказал он брату. – Я собираюсь выбраться отсюда, даже если мне придется ползти…
А ему придется.
Только маг Огня не слышал приказа. Его и не было в келье, рядом с ржавым пультом. Вот он, – валяется возле трупа мантиспы. Почти потерял сознание.
Я шагнул ближе.
Ноги у Огненного еще остались. Правда, только по колено. Зато руки сгорели, – видимо, он хотел упереться в раскаленную панель, и жар за пару секунд приварил его ладони к металлу.
В его гримуаре не было таких заклинаний, как у Ледовика.
К тому же, все свои силы хобгоблин потратил на заклинание Рокировки.
Теперь он почти потерял сознание. Обычный человек давно умер бы от таких ран. Но плоть колдунов сильнее, – пусть даже мышцы обычно дряблы, а пузо заросло жиром. Тело мага укрепляется каждым заклинанием, которое он произносит.
А передо мной был не простой человек, не хоббит, – но степной дэв-хобгоблин, из тех, кого не так-то просто убить.
– Живой? – спросил я.
– Не делай этого, – предупредил Уильям Шекспир.
– Но я должен.
Он покачал студенистой головой, наполненной ядом.
– Подумай, и ты поймешь, что совершаешь ошибку. У тебя осталось не так-то уж много магии. И ты с таким трудом ее собирал. Глупо потратить все, на этих хобгоблинов.
– Ты сам сказал, что мы должны спастись вместе.
– Мало, что я сказал; Громовый уже мертв, значит, правила вы не соблюли. Так стоит ли мелочиться? Не надо им помогать! Оставь себе колдовство, оно еще пригодится.
Но я не слушал его.
В моей руке лежали два волшебных фиала, – каждый с лечебным зельем.
Создавать снадобья, – не моя область. Но я очень старался. Опустившись на колени перед хобгоблином, я разжал ему челюсти коротким кинжалом, и влил целую склянку.
Руки и ноги стали медленно отрастать.
– Будь ты проклят, эльф, – простонал чародей.
Да не за что.
Я перешел к магу Льда. Он успел сесть, – если так можно сказать о человеке, у которого нет ног. Его рука потянулась ко мне, за флаконом. Но я не отдал склянку, – еще выронит, а третьей у меня нет.
Чародей выпил, а потом облизал горлышко.
Хрясь!
Я услышал, как воздух свистит над моей головой. Только чудом мне удалось откатиться в сторону. Надо мной стоял Огненный, сжимая в руках клешню мантисты, вместо дубинки.
– Ты умрешь, – в бешенстве прохрипел он.
– Убери оружие, – властно приказал Ледовик.
На его обугленных культях медленно отрастало новое мясо.
– Эльф пытался убить нас! – прорычал Огненный. – Это его лап дело. Смотри, туфли как новые!
Я тихо засмеялся.
– А ты забыл, что сам должен был там стоять? Мое место в келье, там, где ты едва не сгорел.
Чародей осекся, и не нашел, что ответить.
– Мы должны двигаться, – глухо произнес Ледовик. – Я не доверяю ни одному из вас, и вы не должны. Где-то здесь спрятан новый рубильник.
Бубновая дама начала улыбаться.
2
Пятый рычаг поднимался за трупом мантисты.
Чародей Огня подошел к нему, и протянул руку. Потом раздумал. Видимо, не понравилось ему рубильники дергать.
– Надо что-то решать, – сказал Ледовик.
Я посмотрел на Даму.
– У нас осталось десять минут, не больше.
– Кто построил все это?
– Маг, по имени Уильям Шекспир. Я уже говорил, – похож на медузу. Вы ему нужны, вроде как. Может, хочет убить вас, поинтересней.
Чародей Холода заглянул вниз.
Демонические игуаны почувствовали наш запах. Они вставали на задние лапы, и тянули к нам зубыатые морды. Серые твари взбирались друг на друга, пытались карабкаться по скале.
– Голодные, – пробормотал я.
– Или мы умрем от Бубонного проклятия, или попробуем рычаг, – сказал Ледовик.
Я опустил рубильник.
Апокалипсис не выпал.
Нам не поотрывало головы, не разрезало пополам, и даже не запела Максим.
Откуда-то сверху медленно спустились четыре гондолы, – словно у воздушного шара. На первый взгляд, крепкие, но кто знает? Каждая держалась на мифриловом тросе.
– Думаю, мы должны сесть, – сказал я. – Они отвезут нас прямо к двери.
Огненный распахнул дверь одной из гондол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
