По мере накопления подобных данных, не только о первом выпуске, но и о втором, и о третьем, Левин заметил одну любопытную деталь: студенты, которые упорно добивались успеха в колледже, не обязательно были теми, которые блистали академическими навыками в KIPP. Это были те, кто обладал другими талантами – такими, как оптимизм, гибкость и социальная подвижность.
Это были учащиеся, которые умели пережить плохие оценки и преисполниться решимости в следующий раз справиться с заданием лучше; которые умели абстрагироваться от разводов или ссор родителей; которые умели убедить преподавателей позаниматься с ними дополнительно после уроков; которые умели устоять перед искушением пойти погулять, а вместо этого оставались дома и занимались.
Левин понимал, что самих по себе этих качеств недостаточно, чтобы получить диплом бакалавра. Но для молодых людей, не обладающих обширными семейными ресурсами, не имеющих надежной базы безопасности, которая была у их более обеспеченных сверстников, именно эти характеристики позволяли дотянуть до дня вручения дипломов в колледже.
Те качества, которые Левин отметил в своих бывших учениках, окончивших колледжи, в значительной степени совпадали с набором способностей, который Джеймс Хекман и другие экономисты окрестили некогнитивными навыками. Но Левин предпочел другой термин: сильные стороны характера.
С первых дней работы программы KIPP в средней школе в Хьюстоне в начале 1990-х годов Левин и соучредитель KIPP, Майкл Файнберг, поставили себе четкую цель: обеспечить учащихся уроками характера, а не только академических навыков. Они завешали школьные стены такими слоганами, как «Трудись упорно», «Будь вежлив» и «Легких путей не бывает», создали систему вознаграждений и взысканий, целью которой было наставлять учеников не только в дробях и алгебре, но и в основах командной работы, сочувствия и настойчивости. В KIPP Academy дети носили футболки с текстом: «Одна школа. Одна задача. Два навыка. Знания и характер».
Изначально Левин и Файнберг пришли в Хьюстон как участники третьей волны программы «Учи ради Америки» (Teach For America); они были недавними выпускниками «Лиги Плюща»[8] и сравнительно неопытными педагогами. С самого начала они заимствовали академические приемы и тактики у педагогов-новаторов, особенно у Гарриет Болл, учительницы-ветерана, чей класс соседствовал с классом Левина дверь в дверь.
Придуманные ею стишки, песенки и скороговорки облегчали преподавание любого академического предмета, от таблицы умножения до Шекспира. Но когда речь зашла о воспитании характера, рассказывал мне Левин, они с Файнбергом не нашли для себя подходящего наставника.
Отсутствие какой бы то ни было установленной структуры для воспитания характера, отсутствие даже обсуждений этой темы означало, что каждый год дискуссии в школах KIPP будут начинаться с самого начала, что учителя и администраторы будут каждый раз спорить о том, какие добродетели и качества поведения они пытаются воспитать в своих учащихся, почему именно эти и каким образом.
Зимой 2002 года, когда первые выпускники KIPP Academy учились в старших классах школы, брат Левина, финансовый менеджер, дал ему почитать книгу под названием «Как научиться оптимизму» (Learned Optimism), написанную Мартином Селигманом, профессором психологии из Пенсильванского университета.
Селигман – один из ученых, стоявших у истоков позитивной психологии, и его книга, впервые изданная в 1991 году, является основополагающим учебником для этого движения, утверждая, что оптимизм – это усваиваемый навык, а не врожденное качество.
Маленькие и взрослые пессимисты могут натренировать себя так, чтобы взирать на жизнь с большей надеждой, говорит Селигман, и если они это сделают, то, вполне вероятно, станут счастливее, здоровее и успешнее.
В книге «Как научиться оптимизму» Селигман писал, что у большинства людей депрессия является не болезнью, как полагает большинство психологов, а просто состоянием острого «дурного настроения», которое возникает, «когда мы питаем пессимистические убеждения относительно причин наших неудач».
Если вы хотите избежать депрессии и улучшить свою жизнь, советовал Селигман, вам необходимо перестроить свой «объяснительный стиль», создать для себя лучшую историю о том, почему с вами случаются те или иные плохие и хорошие события.
Любой пессимист может научиться взирать на жизнь с большей надеждой. Сделав это, скорее всего он станет счастливее, здоровее и успешнее.
Пессимисты, писал Селигман, склонны реагировать на отрицательные события, объясняя их как постоянные, персональные и повсеместные (Селигман называет эти три качества «три П»). Провалил экзамен? Это не потому, что ты плохо подготовился; это потому, что ты глуп. Тебя отвергли на свидании? Нет смысла приглашать кого-то другого; тебя просто нельзя любить.
Оптимисты же, напротив, ищут конкретные, ограниченные, краткосрочные объяснения для скверных событий – и в результате при столкновении с неудачей у них больше шансов собраться и попробовать снова.
Читая эту книгу, Левин распознавал многие объяснительные три-П-шаблоны в самом себе, в своих учителях и учениках. В те дни он славился среди учащихся и персонала школы своими долгими, громкими выговорами, которые регулярно устраивал плохо себя ведущим или неуспевающим ученикам («Чуть что – он принимался орать!» – вспоминал потом Вэнс со смехом). А теперь Левин задумался о том, как эти проповеди должны были звучать для учащегося, который слышал критические замечания в свой адрес, воспринимая их как персональные, постоянные и повсеместные.
«Почему ты не сделал домашнее задание?» – этот вопрос мог быть легко интерпретирован как «Да что с тобой такое? Ничего ты не можешь сделать правильно!».
Левин закупил экземпляры «Как научиться оптимизму» для каждого из учителей и администраторов KIPP Academy, а также составил список вопросов для размышления и рефлексии, вдохновленный этой книгой.
Во время дня повышения квалификации летом 2002 года он раздал копии этого списка всем учителям для обсуждения. В список входили некоторые неудобные для Левина и его сотрудников вопросы, например: «Почему некоторым из наших учеников кажется, что их не любят (не ценят или не верят в них)?», «Почему некоторым из наших родителей кажется, что их умаляют, не уважают, дурно говорят о них?», «Как нам продолжить развивать дух и характер учеников KIPP, не ломая их?»
Для Левина это было началом долгого процесса переоценки ценностей. Он потратил почти целое десятилетие, пытаясь воспитать характер в своих учениках. А что, если методы, которыми он пользовался, просто были несостоятельны?
3. Riverdale
Дэвид Левин посещал школу в Бронксе, как и его ученики, но это была совсем другая часть Бронкса и совсем другая школа.
Если двинуться на запад от KIPP Academy, миновать стадион Yankee, потом повернуть на север и проехать несколько миль по скоростному шоссе Мейджор-Диган, то вскоре доберешься до Ривердейла – цветущего зеленого района, расположенного на высоких холмах, с извилистыми улочками, в котором более сотни лет обитают некоторые из самых богатых семейств Нью-Йорка.
Там, посреди исторических особняков, стоят три самые престижные частные школы города: школа Horace Mann, школа этической культуры Fieldston и расположенная на вершине высокого холма, высокомерно поглядывающая на парк Ван-Кортлендт и простершийся внизу город школа Riverdale. Левин, который вырос на Парк-Авеню, перевелся в Riverdale в восьмом классе и преуспел там, став не только выдающейся «звездой» в области математики и естественных наук, но и капитаном баскетбольной команды.
Если вы посетите эту школу сегодня, первое, что поразит вас – это ее кампус, самый большой в городе: 27 акров земли, украшенной каменными зданиями и тщательно обихоженными площадками для лакросса[9]. Строго говоря, униформы в школе нет, но учащиеся средних и старших классов тщательно подбирают для своего гардероба пиджаки и куртки от Abercrombie and Fitch и рюкзаки North Face. (В один дождливый день в конце зимы, когда я присутствовал на занятиях английского в десятом классе, все девочки, кроме одной, были обуты в одинаковые резиновые сапоги Hunter по колено, стоимостью 125 долларов.)
В свое время школу Riverdale недолго посещали Джон и Роберт Кеннеди, а сегодняшний поток учеников в основном приходит из верхнего Ист-Сайда и самых рафинированных районов графства Вестчестер. Это заведение из тех, куда члены истеблишмента посылают своих детей, чтобы те могли научиться быть членами истеблишмента. Стоимость обучения стартует от 38 500 долларов в год – и это только за младшую группу детского сада.
