не сделают, у них духу не хватит разорвать отношения с автором, за которым они так долго гонялись. Но Эндрю об этом не знает, что дает фору Parsons – часики тикают, заставляя его поторопиться.
Пока Нора говорила, Эндрю даже не притронулся к своей еде. Наклонившись к нему через стол, она сказала:
– А вы уверены, что другой издатель захочет подписать с вами договор?
Эндрю призадумался, подыскивая аргументы.
– Я могу нанять литературного редактора.
– Допустим. – Нора пожала плечами. – Дерзайте, если так уверены, что Parsons подождет месяц-другой. Пусть у вас будет агент, который, возможно, договорится с более крупным издательством. Только потом вы начнете думать: как же плохо мелкой рыбешке оказаться в большом пруду. – Это в плюс и Parsons, и Weber, которые не были гигантами книгоиздания.
Пока Эндрю переваривал ее слова, Норе пришла в голову еще одна мысль. Ведь если она переманит его в Weber, им будет заниматься Линн. Эндрю для них – настоящий прорыв, и никто не захочет, чтобы с ним работал какой-то внештатный редактор вроде нее.
А вот если он подпишет договор с Parsons, все будет по-другому: именно она станет его редактором.
Снова плюс в пользу Parsons.
Эндрю смотрел куда-то вдаль, словно пытаясь решить какой-то нерешаемый вопрос.
– А что плохого в том, что я взвешиваю для себя все за и против? Я забочусь о своей книге, и в этом нет ничего предосудительного.
Вот он, подходящий момент. Нора сделала глоток воды, обводя взглядом зал, просчитывая в голове все варианты. Вытаскивать заплесневелый козырь с Parsons – неубедительно. Если автор ищет другого издателя, на него такие доводы не подействуют. Называть издательство Weber – очень рискованно, ведь придется рассказать, что она имеет к ним отношение, придется доверить ему тайну, от которой зависит вся ее карьера. От страха схватило живот.
Все-таки Parsons – более безопасно.
Она перевела взгляд на Эндрю.
– Конечно же, вы заботитесь о своей книге, – сказала она. – Но ведь и мы тоже. – Мы – это она и Parsons, по крайней мере пока. Это чтобы прощупать почву, сможет ли она продавить его. Если же он откажется, можно перевести разговор на Weber.
– Мы тоже желаем вашей книге успеха, – продолжила Нора. – Уверяю вас, нигде больше вам не предложат таких выгодных условий. – Эндрю хотел было возразить, но она закончила свою мысль: – Конечно, можно попробовать подписать договор с крупным издательством, но вам потребуется литературный агент, а это потеря времени.
Он протестующе замотал головой:
– Да мне плевать. Эти ребята уволили Тома.
– Вы думаете, меня это не выбешивает?
Его лицо немного смягчилось.
– Как бы то ни было, – сказал он, – сокращения говорят о том, что у издательства есть проблемы.
Да уж, чтобы дойти до такой мысли, вовсе не требуется степень магистра.
– Но дело может быть просто в модернизации, – возразила Нора. Господи, она практически цитирует словечки из корпоративной рассылки. – В прошлом году Parsons попытались сосредоточиться на небольшом количестве крупных проектов, не разбрасываясь на мелочь. – Чистый плагиат. В Parsons нечто подобное говорят только исполнительные директора. Которые врут как дышат.
Но вот это она точно не украла:
– И вы могли бы стать этим самым крупным проектом.
Эндрю осторожно кивнул:
– И что это предполагает?
– Мы уже предложили вам прекрасный гонорар и большие роялти – даже больше, чем за предыдущую книгу. Мы теперь выпускаем меньшее количество книг и можем продвигать их более агрессивно. Кстати, недавно мы взяли в штат еще одного работника. – Нора не стала конкретизировать, что речь идет всего-то о младшем редакторе двадцати двух лет от роду. – Нет-нет, я имею в виду не вас. – Нора стрельнула в него взглядом. – Ваши навыки продавца книг оставляют желать лучшего.
Он расхохотался.
– Знаете, а мне нравится, что вы… как бы это сказать… не шибко вежливая. В отличие от остальных в Parsons. Bстреча на той неделе прошла бы гораздо веселее, если бы вы в ней поучаствовали.
Нора пожала плечами.
– Но кто-то же должен подавать вам смертельные сэндвичи.
Новый взрыв смеха.
– Да, мне точно не забыть такое покушение на мою жизнь. – Взяв вилку, Эндрю нанизал на нее аспарагус. – Ладно, я подумаю.
– Поступайте как хотите. Больно хочется разговаривать на такие темы. – Она притворно пожала плечами. Эндрю улыбнулся, делая глоток воды.
– Вот вы говорили, что не уверены, хотите ли остаться в книгоиздании и дальше. Глядя на то, как вы работаете, у меня не сложилось такое впечатление.
Нора провела пальцем по ножу. Разговаривая с ним подобным образом, она чувствовала себе сильной – ведь Эндрю воспринимал ее всерьез.
Сейчас он внимательно глядел на нее.
– Но если вы действительно сомневаетесь, – продолжил он, – то в этом нет ничего страшного. Мне нравится моя работа, хотя раньше я замахивался на другую.
– И какую же? – спросила Нора.
– Если честно, я хотел работать мороженщиком. Когда им дают чаевые, они поют – я сам видел.
У Норы потеплело на душе: она представила себе, как Эндрю зачерпывает шарики мороженого и распевает песни. Такой образ вписывался в ее представление об этом человеке. Ведь он умел завладевать аудиторией даже без песен.
– Так в чем же дело? – Нора оперлась рукой о стол, немного подавшись вперед.
– Моя сестра сказала тогда: не рассчитывай на чаевые, если тебе медведь на ухо наступил. Я знаю, что это правда, – сказал он со всей серьезностью, и Нора грустно покачала головой. – Я так расстроился, даже заплакал. Но смысл всей этой трагической истории в том, что семилетний Эндрю смог отыскать новую мечту. А потом еще и еще, пока не набрел на то, что для него подходит. – Он взял в руки стакан, обхватив его ладонями. – Ну как, хорошая подсказка?
Нора молча кивнула, мечтательно глядя куда-то вдаль.
– То есть вы хотите сказать, что сейчас я на уровне семилетнего Эндрю?
– Да, только гораздо симпатичней. У того Эндрю была ужасная прическа. – Ухмыльнувшись, он сунул в рот пучок шпината и начал его жевать, оставив Нору наедине с этим неожиданным комплиментом. Нора взяла кусочек пиццы, стараясь не выдать себя: эти слова накрыли ее теплом от пяток до макушки.
– И что у вас на завтра? Опять будете продавать книги? – поинтересовался он, складывая салфетку. Официант принес счет.
Нора оплатила счет карточкой, вернув ее в бумажник.
– Ну да.
Отодвинув стул, он поднялся и жестом пропустил ее вперед.
– Если вдруг захотите отлучиться, дайте мне знать, – сказал он. – Теперь я – прожженный торговец книгами.
Она рассмеялась.
– Это как сказать.
– Нет, правда, я с радостью помогу. Тяжело справляться в одиночку. –
