Еще не прошло и суток, как он два раза ее чуть не достал. Пока делал заявления и распинался перед идиотами в Совете — они уверены, что я нашел повод напасть на Марбо, — Ясмина отбивала атаку на зеркала в замке. Я поверил в браслеты, но ублюдок дезактивировал их через Изабель. Посмотри, ножницами она также порезала себе руки и ноги… Как итог он выкачал из нее силы, и девушка еще слабее, чем была вчера. Хорошо, что Ясмина скоро вернется. — А чего ты хотел? Ты привык к прямым магическим поединкам. А тут мы имеем дело с магией, которая творится исподтишка. Он будет придумывать все новые способы, чтобы вернуть ее себе, — выплюнул Аргус.
— Я уже вернулась, — раздалось от порога. — Вы правы, князь. Физически она значительно потеряла. До комы оставалось совсем немного. Это везение, или что-то еще, но больше на него полагаться нельзя. Еще одно такое воздействие, и мы будем ломать голову, как соединить это тело с сознанием.
Кристиан поглаживал мои плечи одной рукой, а другой наносил антисептик. Потом наклонялся и дул на поврежденную кожу выше локтя, — и, стыдоба, потом дул на открытые бедра.
— С этим я справлюсь. Давайте все обработаю.
Линней приблизилась к постели и провела рукой по моему лбу. В голове стало гораздо яснее. Мутная боль, пульсировавшая над переносицей, нехотя убралась.
Тон магички был чересчур нейтральным. Она тоже сдерживала раздражение?
— Послушайте, вы двое, — сказал Кристиан, отходя от кровати. Когда его руки перестали меня касататься, я чуть не застонала от огорчения. Вот же напасть. — С Меленой мы встречаемся четыре года. Она заслужила хотя бы понимать, что происходит.
— Мне подготовить еще одни покои или расширить ваши? — так же ровно поинтересовалась Ясмина.
Меня просто обдало волной чужой ярости. Все-таки преобладание огненной магии сложно скрыть, когда ты в гневе. Однако голос князя был спокоен:
— Леди не остается ночевать. Мы редко проводим ночи вместе, как вы оба знаете, а Энтин не самое безопасное место для здоровых и крепких людей. Я рад, что вы так близко к сердцу восприняли то, что произошло с графиней Вальмонт. Однако я не был ей нужен пять лет назад. И сейчас она явилась ко мне в самый последний момент. Только под угрозой, что для нее оказалась страшнее, чем смерть. Ничто не мешало ей обратиться за помощью раньше или передать просьбу через кристалл.
— Я оставлю свое мнение при себе. Но вы, мой лорд, тоже могли бы интересоваться, как у нее дела.
Менталистка обтирала мое лицо и губы салфеткой, и, наверное, тоже поняла, что я не сплю… Однако состояние весьма странное. Я попробовала открыть глаза и не сумела.
— Не переживайте, леди, это нормально. Это полустазис. Он пройдет через час или два. А князь пусть немножко помучается, — зазвучал голос миссис у меня в голове.
— Как ты себе представляешь? Писать девушке, которая сделала свой выбор в пользу моего врага? По-моему, это была бы натуральная попытка испортить ей семейную жизнь, — в голосе Леграна добавилось стали.
Аргус поднялся с ковра, подошел к подоконнику и положил на него передние лапы. Я не могла этого видеть, однако наблюдала за всем, что происходило в комнате.
— Так и скажи, Крис, что без магии, полуживая, с непонятными перспективами к размножению она тебе не нужна, — протянул фамильный дух. — На нее отреагировали не толко источники Вилля. Я же читаю и твои эмоции тоже. И они весьма разнообразны… Мы с Ясминой служим семье. Я должен понимать, кому отдаю свой ресурс, — девушке, которая вскоре покинет эти земли, или будущей госпоже.
— Мои дела с Изабель тебя не касаются, следи за источниками, — сухо бросил князь, разворачиваясь к двери. — За ней же ухаживай так, словно это я нахожусь при смерти.
Он вышел, но мы слышали, как за ним по коридору хлопали пустые двери. Во всем замке звенели стекла.
— Ты всегда был к нему строг, — вздохнула Ясмина.
— Зато от него есть толк. А то три поколения подряд рождались какие-то хлюпики, — рыкнул медведь.
Глава 21
Полустазис, о котором говорила Ясмина, имел свои преимущества. В нем я могла перемещать сознание по всему замку. Смотреть и слушать, оставаясь при этом невидимой. Но обо всем по порядку.
Менталистка провела со мной еще полчаса. Она обработала порезы. Затем поколдовала над брачными метками, намазав и без того незаметные белые нити (черными порезами они становились, если разглядывать их другим зрением) прозрачным раствором.
— Кажется, уснула, — сказала она Аргусу, который из боевого коня, — тьфу, медведя — превратился обратно в болонку. Надо будет спросить у духа, почему так. Скорее всего большое тело требовало больше затрат, и расходовать столько энергии в нормальных условиях не имело смысла.
— Нервно мне, представляешь. Столько всего насмотрелась, а такого не наблюдала ни разу, — поделилась она с собачонкой, как ни в чем ни бывало улегшейся у меня в ногах. — И ведь натуральная напасть. У нас мощнейший заслон, магии в Энтине предостаточно, Кристиан наш молодец. Но эта тварь и не должна ничего преодолевать. Он прет через девочку, как через открытую дверь.
Аргус сердито зафырчал. Впрочем, мелкую злую мартышку сложно испугаться по-настоящему. Словно понимая это, он оглушительно чихнул.
— Я бы так не сказал. Она сопротивляется. Явилась сюда сама, больше не верит мужу. И повезло, что она до сих пор неравнодушна к Леграну. Хотя из сна ее вывела Хель, но ты бы видела, как Изабель металась, пытаясь избавиться от навязанной воли. Это было страшное зрелище… Я встречал одержимых, но никто из них не отбивался так отчаянно.
Оба замолчали, думая каждый о своем. В это время игрушечный мишка, которого усадили на подоконник, начал с него сползать. Мне даже показалось, что я вижу худенькие детские ручонки, торчащие из широких рукавов. Они тянулись к нему снизу, а потом мишка исчез.
Ясмина и Аргус не обратили на этот момент внимания, а, может, и, правда, не заметили.
— А как ты это чувствуешь? Расскажи. На моих глазах она свила петлю из четырех стихий в нескольких измерениях сразу. А потом затолкала в нее Люка. Она явно не работала с его сознанием, с чем-то другим, но мысли мальчика сразу стали менее рваными, закруглились… Разве можно войти в контакт с источниками так быстро? Черпать магию оттуда, без артефактов, без церемоний. Помнишь тех лекарей месяц назад? Сколько времени все четверо бились, чтобы создать хоть что-то отдаленно подобное…
— Мне не понравилась твоя идея с псами, — вдруг перебил ее
