— Вы искусно рифмуете, — заметил Эшарт, —декламируете же оба ужасно. Но могли бы обратить это наказание в свою пользу на сцене.
— Наказание, которое приведет к состоянию? — спросила Дамарис.
Фитц усмехнулся:
— В такой перспективе есть свое обаяние.
— По-моему, ты выдохся, друг мой, — сказал Эшарт. Дамарис неожиданно осознала, что эта игра доставляет ей удовольствие. Она составила фразу и повернулась к Фитцу:
— Сударь, чтобы это занятие не стало проклятием, мы оба должны быть очень внимательны. Отныне не больше слова за раз. Это приказ.
— Браво! — зааплодировал Эшарт, к которому присоединились все остальные. — Только отдельные слова, Фитц. Я, как твой друг, обязан следить, чтобы с тобой ничего не случилось, так ведь?
— Так, выходит, — сказал Фитц.
— Что здесь происходит? — спросила леди Аррадейл, только что вошедшая в зал. Все собравшиеся разразились хохотом. Эшарт объяснил, и их хозяйка рассмеялась.
— Дуэль рифм. Надо будет как-нибудь еще попробовать. Ну а сейчас прошу всех занять места для дуэли клинков.
Дамарис заняла место рядом с Дженивой Смит, радуясь, что есть немного времени, чтобы успокоиться. Она была слишком взбудоражена, находилась под влиянием момента. Сейчас интерес большинства людей казался веселым или даже добродушным, но она поймала на себе гневный взгляд лорда Генри. Без сомнения, он считает, что она слишком дерзка.
Родгар вошел в овальное пространство, образованное стульями, через оставленный проем. Дамарис была шокирована, увидев, что он одет только в рубашку, бриджи и чулки. Фитцроджер будет сражаться в таком же виде?
— Друзья мои, мы с кузеном Эшартом давно хотели проверить мастерство друг друга в фехтовании. Этот турнир — простое развлечение, уверяю вас. Кровь не прольется.
Среди собравшихся послышался смех: еще совсем недавно дуэль между кузенами могла быть смертельной.
— Турнир с маленьким призом — для стимула. — Родгар извлек золотую цепочку с подвесками-капельками. — Безделушка, но приятный подарок для дамы сердца. На данный момент участниками состязания являются: ваш покорный слуга, Эшарт, лорд Брайт и мистер Фитцроджер, но любой из вас, джентльмены, может присоединиться. Мы фехтуем до первого касания. Трехминутная схватка без касания будет засчитана как ничья. Сэр Ролоу согласился быть хронометражистом.
Сэр Ролоу улыбнулся, поднял вверх большие карманные часы.
— Я бы хотел принять участие. — Лейтенант Осборн вышел вперед.
Дамарис подавила стон. Он был ее настойчивым поклонником здесь, и иногда она поощряла его, пытаясь заставить Эшарта ревновать. Она не хотела, чтобы он поставил себя в глупое положение из-за нее, но и, разумеется, не желала, чтобы он выиграл.
Еще один молодой человек, мистер Стентон, поднялся, и они с Осборном ушли, чтобы снять с себя сковывающую движения одежду. Лорд Брайт присоединился к своему брату, держа две рапиры, и тоже разделся.
— Прошу заметить, — обратился ко всем лорд Брайт, бросив брату рапиру, — я никогда не утверждал, что фехтую лучше, чем Родгар.
Но когда поединок начался, потрясенной и изумленной Дамарис он показался блестящим фехтовальщиком. Она никогда раньше не видела, как мужчины фехтуют. Они носились то вперед, то назад на сильных, гибких ногах, не видя ничего, кроме друг друга, и выискивая уязвимое место для наконечника на острие рапиры. Она была не в состоянии уследить за их молниеносными выпадами. Какую опасность они представляли бы, будь это настоящая дуэль! Наконечник рапиры лорда Родгара уперся в грудь брата, лезвие изогнулось, словно березовая ветка, и поединок закончился.
Дамарис приложила руку к груди:
— О Боже!
— Да уж, — отозвалась мисс Смит. Дамарис искоса взглянула на нее:
— Для вас это тоже внове?
Мисс Смит разрумянилась от возбуждения.
— Нет, но я никогда не видела такой скорости. Думаю, Родгару не стоит бояться, что придется расстаться с безделушкой.
— Эшарт не может конкурировать? Мисс Смит застыла.
— Уверена, что может.
Следующим в круг вошел Эшарт в паре с мистером Стентоном. Вскоре стало очевидно, что Эшарт может конкурировать и даже не уступает в мастерстве кузену. Когда поединок закончился вничью, Дамарис заподозрила, что Эшарт дрался не в полную силу. Но смеющийся и запыхавшийся мистер Стентон с поклоном покинул состязание.
Фитцроджер и Осборн боролись следующими. Дамарис была разочарована, что ни один из них не показал мастерства других фехтовальщиков. Возможно, в жизни солдата не было места для артистического фехтования.
Да и не всегда, вспомнила она, фехтование бывает артистическим. Не так давно лорд Родгар убил человека с помощью этого смертоносного искусства, вот и сейчас казалось, что Осборн с удовольствием убил бы противника. Он проиграл и, прежде чем выйти из круга, чтобы дожидаться следующего поединка, бросил на нее гневный взгляд.
Бремя богатства давило на нее. Мужчины могли бы за него убить.
Теперь воздух был насыщен напряжением, и, когда Эшарт вернулся в круг, чтобы сразиться с лордом Брайтом, она заметила, что у обоих мужчин рубашки прилипли к телу. Пот катил градом.
Возможно, какие-то искры старой вражды между Маллоренами и Трейсами вспыхнули вновь, ибо Дамарис ощутила чуть больше остроты в напряжении Эшарта, некоторую резкость в его выпадах. Лорд Брайт широко улыбался, явно находя все это забавным, но Дамарис крепко стиснула руки и молилась, чтобы никто не пострадал.
— Время! — крикнул сэр Ролоу, и оба фехтовальщика отступили назад, тяжело дыша.
Дамарис разволновалась, частично из-за прекрасных контуров, вырисовывающихся под влажным, прилипшим батистом. Она взглянула на мисс Смит и увидела такую же реакцию и, вероятно, такой же страх. Почему, ради всего святого, мужчины считают это увеселением?
Родгар и Осборн сражались следующими, и молодой человек явно нервничал перед началом. Хотя Дамарис ничего не знала об искусстве фехтования, она подозревала, что три минуты, которые за этим последовали, были демонстрацией мастерства, которое не давало Осборну шанса на победу, а просто позволило довести поединок до вежливой ничьей. Это, как догадалась девушка, был тонкий намек выйти из игры, как это сделал мистер Стентон, и лейтенант понял его, правда, при этом бросил еще один косой взгляд в ее сторону. Это могло бы польстить, если бы Дамарис не знала, что его интересует только ее приданое.
— Итак, — проговорила мисс Смит, возможно, себе самой, — остались главные четверо. — Она повернулась к Дамарис: — Кто, по-вашему, выиграет?
Дамарис не хотелось быть злой, но все же она сказала:— Родгар.
Мисс Смит кивнула, нахмурившись:
