Тот день я хорошо помню. 21 декабря 2003 года.
Я запомнил его потому, что это канун Рождества.
Ясно, что я ненавижу Рождество. Рождество — синоним лицемерия. Все хороши на один день. А на следующий — щелк! Время кончилось. Дорогие, можете начинать ненавидеть друг друга!
В тот день Проф открыл передо мной дверь в свою секретную лабораторию.
Свои эмоции оставляю без комментариев. 21 декабря 2003 года Проф ввел меня в лабораторию.
Это была маленькая комната, забитая книгами и старинными картами. Кресло с потертой от времени и долгой службы кожей. Старинная бронзовая лампа. Четыре ковра странного рисунка. Очень яркие.
«Это мексиканские ковры, — сказал Проф, заметив мое любопытство. — Позже я объясню тебе их смысл».
Стены комнатушки были заставлены высокими, до потолка, шкафами из темного дерева, полными книг.
«Что ты знаешь о народе майя?» — задал он мне неожиданный вопрос.
«Только то, что это была древняя цивилизация Центральной Америки, уничтоженная испанскими конкистадорами».
«Все правильно. Это был великий народ. Превосходные математики. Великолепные астрономы. Майя не знали колеса, но первыми в истории человечества познали ценность нулевой точки, начала координат. Они страшно загадочны, эти майя. Появившиеся внезапно, они владели знаниями и инструментами, присущими высокоразвитой цивилизации. Никому не известно, откуда они явились...»
«Проф, вам нравится история?» — осмелился спросить я.
«Мне нравится эта история. На, прочти».
Он протянул мне лист бумаги. Слегка потертый и пожелтевший. Было видно, что лист старый, и кто знает, сколько людей держало его в руках до меня.
«Аккуратнее, — предупредил он, — это хотя и копия, но очень ценная. Она пришла ко мне издалека, хотя точно неизвестно, из какого источника».
Название: «Послание о предстоящих изменениях Земли».
Далее рассказывалось об ураганах, землетрясениях, потеплении земной атмосферы. Одним словом, обо всех тех катастрофах, которыми нас постоянно пугают по телевидению.
Только дата, стоявшая в конце текста, 1991 год, свидетельствовала о том, что документ был написан по меньшей мере десятью годами раньше, чем эти феномены стали обсуждать на всех углах.
Я посмотрел на Профа, ища объяснений.
«Я не знаю, кто это написал и зачем, — признался он. — Эту листовку нашли в парижском метро пятнадцать лет назад. Нет никаких сведений, как она там оказалась».
«В настоящее время происходят неотвратимые изменения в недрах и на поверхности Земли...»
Проф прочитал эту фразу, посмотрел на меня и продолжил:
«...Случится резкий рост негативных явлений, смысл которых у вас не будет времени постичь. Знайте, что во время этого самоочищения высвободится внутренняя энергия, и вы ощутите божественные вибрации, каких не испытывали никогда прежде. Вам нужно обратить внимание на постоянную аккумуляцию вашей энергии, чтобы быть готовыми к новому изменению и ко всем последующим...»
Ниже шло несколько зачеркнутых предложений и с трудом читаемая часть даты: 20...
Я спросил Профа, почему зачеркнуты цифры.
«Некоторые вещи не могут быть нам пока открыты, — ответил он мне загадочно. — Многое предстоит сделать. У нас есть Миссия».
«У нас — это у кого?» — услышал я свой вопрос.
Я уже и не знал, стоило ли доверять написанному на листке, стоило ли ужасаться предсказанию, стоило ли вообще входить в потайную дверь и подчиняться Профу раньше, чем стало слишком поздно.
«У нас — это у людей, которые, как и я, верят, что существует способ выйти за рамки видимого мира. За пределы этой жизни. В Вечность. К Божественному».
Он сумасшедший, подумал я. Ты ведь тоже так думаешь, не правда ли, Мег? Он вложил мне в руку бумажку с адресом: Лондон, Илинг-Виллидж, Вестбери-роуд, 34. И с именем: Дебора Грейв.
ГЛАВА 15
28 октября
Вторник
21:00
Южный Кенсингтон, элитный район Лондона. Адрес долгожданной вечеринки года. — Bay, да ты просто красавица! — воскликнула, увидев ее, Фло.
Сегодняшним вечером этот комплимент в разных вариантах Майе пришлось выслушать неоднократно и от многих присутствующих. Даже от Фебы, искренне пораженной тем, как Майя выглядит.
Ее появление на празднике произвело неописуемое впечатление.
По длинной лестнице, ведущей в салон, освещенный словно «Титаник», она прошла сквозь строй взглядов восхищенных родителей и очутилась возле танцевальной площадки. Здесь царствовали подружки Стейси, звезды тусовки, упакованные в фирменные платья, с божественным макияжем и прическами как у кинодив.
Стейси, увидев Майю, побледнела и моментально отвернулась, даже не поздоровавшись.
Тем лучше, подумала Майя. Так, что здесь у нас, осмотримся. У стены кучкой стояли парни. Все те же, пусть даже и в смокингах, взятых напрокат.
— Эй, подруга, надеюсь, ты сюда явилась не на парней пялиться?
Фло стояла на страже нравственности Майи.
Все те же физиономии, все те же шутки, те же поклонники. К чему была тогда такая нервотрепка, все эти переживания, с тоской подумала Майя.
— Мы что, делаем это только для других? Разве мы наряжаемся, как Золушка на бал, для мужиков? Мы это делаем, чтобы восхищаться друг другом, — словно подслушав мысли подруги, вынесла приговор Фло-мудрая.
— Ты ошибаешься, — возразила Майя. — И я разочарована. Очень разочарована. Тут нет ни одного парня даже из РБДП, расти-большой-да-поскорей.
— Ну и в чем дело, Майя? Тебе никогда не приходилось общаться со своими однолетками, что ли?
— В этом возрасте они все еще сопляки... Остается надеяться, что со временем...
— Интересно, каким станет Марк со временем, если мы дадим ему его?
Майя посмотрела на одноклассника: рыжеватые патлы, прорезающаяся бородка, весь в угрях.
Хмыкнув, Майя направилась к огромному столу, уставленному сладостями. Она уже собралась положить на тарелку кусок с виду вкусного шоколадно-грушевого торта, как вдруг ощутила смутное беспокойство. У нее возникло впечатление, что сейчас что-то произойдет. «Опасность!» — подавали сигнал ее приведенные в боевое состояние чувства.
Она оглянулась в поисках Фло, единственной, кто способен был успокоить ее в такую минуту.
И в этот момент увидела его.
Он стоял у стены, прямо за ее спиной, и смотрел на нее.
Ощущение опасности исходило именно от него. От его странной манеры глядеть на нее. Казалось, что он сканирует каждый сантиметр ее тела, прикрытого огненно-красным платьем. Но в этом взгляде было и нечто большее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
